Притворяясь А разве нужно О искать себе А?

Капитан сказал: Это гнездо действительно мягкое. Он ответил слишком естественно, даже Линь Цзинъе верил, что Лэй Энь не усомнится в нем, он все равно чувствовал странное чувство, поднимающееся в его сердце. Не так, чтобы до слез, но просто... Это было хорошее чувство. Он неосознанно смягчил голос и улыбнулся: — Вообще-то, мы даже года не знаем друг друга, не слишком ли рано такое безоговорочное доверие? — О… — протянул Лэй Энь, затем перевернулся, сел и наклонил голову ближе, снова мягким голосом отвечая в покрасневшее ухо Линь Цзинъе: — Тогда не реагируй так сильно на мои феромоны. Длинные мягкие волосы прикоснулись к его щеке, а сладкий аромат медленно окружил его, не торопясь, но словно разъедая территорию, вскоре разрушив все щиты и охватив самое сердце мостика. Но маршал, которому предстояло добиться успеха, не торопился с последним штурмом, он наклонился настолько, насколько мог, но остановился перед самим прикосновением, и Линь Цзинъе подсознательно склонил голову, в результате чего горячее дыхание противника упало ему на затылок. — Сейчас, сейчас не самое подходящее время, не так ли… — Линь Цзинъе говорил с трудом, почти выдавливая эти слова из уголков губ. Лэй Энь долго смотрел на него и, наконец, подавил бушующие эмоции в этих голубых глазах. Да, торопиться было некуда. Другая сторона была практически побеждена, поэтому не было необходимости торопиться. Он поднял руку, чтобы подразнить налитую кровью мочку уха собеседника, и рассмеялся: — Почему ты так нервничаешь? — …феромоны… — У меня нет физиологического периода, так что нынешний уровень феромона примерно равен духам! — Лэй Энь с улыбкой объяснил: — Кроме того, я не снял свой браслет. Линь Цзинъе медленно-медленно повернул голову, пристально на него посмотрел и тихо сказал: — Значит, первые несколько раз ты намеренно, тайком, снимал браслет? Лэй Энь: ... Затем под его взглядом Линь Цзинъе снова медленно повернулся на бок, повернувшись к Лэй Эню затылком. — У меня действительно не было его в первый раз, — объяснил Лэй Энь, — Защитный браслет не на 100% эффективен, как ты знаешь, поэтому нужно, чтобы АО носили его одновременно, это двойная защита, я просто немного промахнулся в тот раз, это обычная утечка браслета, кто же думал, что ты так сильно отреагируешь! —Значит, второй раз был специально. Лэй Энь: ... Лэй Энь потянулся и опасно прищурившись схватил Линь Цзинъе за челюсть, и повернул его лицо к себе: — А что, у тебя есть возражения против действий маршала? — А я могу их иметь? — Нет. Линь Цзинъе сказал с ничего не выражающим лицом: — О, тогда у твоего подчиненного нет возражений. С омегой не стоит спорить. Особенно не стоит спорить с омегой, которая старше тебя по званию, и который тебе нравится. Лэй Энь еще некоторое время поддразнивал его, затем довольно откинулся на спинку кровати. Линь Цзинъе тихо прильнул к его плечу, окруженный мягким гнездом и насыщенным ароматом шоколада, который ему почти не доводилось пробовать в детстве. Сколько он себя помнил, отец считал, что сладости — это то, что нравится только капризным омегам, и только мать изредка тайком давала ему маленькую шоколадку, такую, в которой был арахис. Именно тогда эта миниатюрная женщина постепенно сходила с ума; она уже не могла сдержать свою любовь ко всему сладкому. Он прислонился к плечу Лэй Эня, закрыв глаза, ощущая тепло, окутывающее его тело, и вдруг почувствовал, что понимает почему омеги так любят делать гнезда. Оказывается, в окружении запаха людей, которые тебе нравятся, действительно чувствуешь себя в безопасности. Он резко заговорил: — Каждый раз, когда мой отец возвращался в наш старый дом, как в гостиницу, он привозил моей матери много конфет. Я мог найти большую банку на прикроватной тумбочке моей матери всякий раз, когда на ней появлялась реклама со словами "Омеги любят это" или что-то в этом роде. В то время она была очень расстроена психически, ни один человек не мог долго сопротивляться ее бессознательным атакам, все, кто заботился о ней, были роботами, моя мать обнимала банку с конфетами каждый день, и они никогда не могли остановить ее, потому что она знала, как отключить роботов, хотя у нее почти не осталось здравомыслия. Лэй Энь слушал молча, подняв руку, чтобы взять прядь волос Линь Цзинъе и намотать ее на кончики пальцев. — Она тайком давала мне одну и говорила, что она очень вкусная, — Линь Цзинъе засмеялся, и тоже схватил прядь рассыпавшихся рядом белых волос: — Она быстро съедала все конфеты, пока сидела на кровати одна и дулась, а отец, наверное, еще с десяток дней не приходил домой, поэтому я каждый день по несколько штук возвращал ей конфеты, которые она мне подсовывала раньше. Было время, когда Линь Цзинъе чувствовал, что эта женщина больше не понимает связи между матерью и сыном, что банка фруктовых конфет для нее важнее ее самой — ведь когда ее состояние окончательно ухудшилась настолько, что ее нужно было поместить в закрытый санаторий, она смертельной хваткой вцепилась в его руку, но врач вытащил конфету по указанию отца, и женщина тут же отбросила его в сторону. Затем каждые несколько месяцев он приходил к палате и смотрел в окно, чтобы увидеть, как женщина катается по кровати с конфетами, как счастливая маленькая девочка, которой принадлежит весь мир. Счастливая маленькая девочка снова проснулась и подумала о Линь Цзинъе, когда ему было пятнадцать лет. Линь Цзинъе снова засмеялся: — Она устроила сцену, разыскивая меня, и даже напала на доктора своими психическими способностями, только потому, что нашла вкусный шоколад и хотела поделиться им со мной. Но она больше не узнавала взрослого меня; она приняла за меня Сяо Рана, который тайком пробрался со мной. Его мать была миниатюрной и за ней хорошо ухаживали в этом дорогом медицинском учреждении, поэтому маленький взрослый Линь Цзиньран сидел напротив нее на маленьком табурете и очень серьезно говорил: — Старшая сестра, ты не можешь есть так много конфет каждый день, о, твои зубы сломаются! К сожалению, маленький взрослый сказал это, разделяя с женщиной банку шоколадных бобов. — А потом группа межзвездных бандитов напала на тот санаторий. Они забрали мою мать и Сяо Рана. Лэй Энь наклонил голову: — А тебя не поймали? — Охранники подоспели очень быстро, у них не было времени все обыскивать, нападение было молниеносным и внезапным, моя мама держала Сяо Рана и не успела отпустить, она успела только вытолкнуть меня ногой за дверь, а ее так и увезли вместе с Сяо Раном. Больница вызвала полицию, и силы безопасности прибыли быстро, но грабители пришли подготовленными, с тщательным и подробным планом. Силы безопасности проверили и обнаружили, что никто не погиб, а ущерб имущества был минимальным, и решили, что это должно быть похищение богатой жены с целью выкупа, сказав им спокойно ждать, и когда похитители с ними свяжутся и выдвинут свои требования, тогда они пойдут по их следу. Но Линь Цзинъе так не думал.