Невидимки

Невидимки. Глава 7. Джонатан и Элизабет все видят и чувствуют. В их головах быстро летают мысли, а сердце стучится словно мотор, но они не могут пошевелить и мускулом лба. -”Вы заставили меня ждать. Прошло столько времени, я все ждал…ждал и ЖДАЛ!”- Силуэт размахнулся и ударил Джонатана по лицу. Он упал на пол, но ничего не смог сделать, все также чувствуя себя парализованным. -”Ты и твоя подружка. Вы оба заставили меня ждать!”- Силуэт начал избивать юношу, он бил его ногой в живот. Элизабет видела это, она кричала в своих мыслях, завала на помощь, сама ринулась в битву против незнакомца, умоляла его остановиться- бесполезно, она была парализована. -”Но теперь, я наконец-то на свободе и с удовольствием устрою вам феерию!”- Незнакомец в кровь растерзал тело юноши. На черных туфлях мужчины была алая кровь, которая блестела от света свечи. -”Сюда уже бежит этот старикашка…как же он меня достал своими КОНФЕТКАМИ!”- дверь в тайную секцию открылась и в нее вбежали трое: Профессор Макгонагалл, Бенджамин Трамм и Призрак Филча. Они застали страшную картину. Избитый Джонатан, с разбитым в кровь лицом, лежал на полу и был без сознания. Элизабет, стояла будто замороженная. Ее глаза были широко открыты, а лицо застыло в гримасе растерянности. Никакого мужчины они не нашли. Детей быстро подняли в воздух и отнесли в медицинское крыло. Прошел целый день, дети все также лежали парализованными. Портрет Мадам Помфри пускала слезы, глядя на них. Она боялась, что неужели кто-то создал василиска? Однако нынешняя медсестра Хогвартса вела себя более хладнокровно, ежедневно следя за состоянием детей и отпаивая их различными зельями, отварами. -”Г.Где мы Джонатан?”- -”Понятия не имею…”- Двое друзей, слизеринец и гриффиндорка стояли плечом к плечу, смотря на бескрайнее пшеничное поле. Луна пропала, сейчас на небе было солнце в зените. Было ужасно жарко. -”Постой, а как мы тут оказались?”-Элизабет посмотрела на лицо Джонатана, оно было целым. -”Не помню…сейчас меня беспокоит не это, а палящее солнце. Давай-ка мы от него…”-Юноша достал палочку из внутреннего кармана и направил в небо-”...исправим. Meteolojinx Recanto!”- Испепеляющее солнце исчезло, на небе снова воцарилась холодная луна. -”Все прямо как во сне, может мы спим?”- -”Джонатан, на нас кто-то смотрит..”- Элизабет прижалась к плечу друга и кивнула в сторону силуэта, как вдруг у них в головах вспыхнули воспоминания. Оба товарища сразу выхватили палочки и направили на силуэт. -”Спокойнее, я понимаю, я погорячился, но поймите- ваша свобода в моих руках”-Силуэт сделал шаг вперед и оказался прямо перед детьми. Это было мужчина лет сорока, с абсолютно “мертвым” лицом. Его седые волосы и борода, эти шрамы на лице, эти серые, не способные на эмоции глаза- Он уже давно умер внутри. -”Я лишь хотел свободы. Прошло столько времени и наконец-то часы нашли тебя, мой мальчик”- Он положил руку на плечо Джонатана, на что он ответил дерзким хмыком и сбросил ее с плеча. -”Я не ваш мальчик, кто вы вообще такой?”- Джонатан и Элизабет не опускали палочек. -”Вы сами читали мою книгу. Я- волшебник, Бурфанар Кордский. Я не призрак, не животное, не демон и не ангел, я волшебник. Я такой же как и вы, разве чуть-чуть сильнее.”- Мужчина ухмыльнулся и взмахнул в воздухе рукой. Палочки детей превратились в прах. Они испуганно отшагнули. -”Поймите, я хочу лишь одного- вернуться домой. И для этого мне нужен один из вас. Я не стану выбирать за вас, я дам вам вы..”- Он не успел закончить, как Джонатан схватил его за одежду и толкнул вперед, сам идя вместе с ним. Он прижался к нему как можно плотнее и прошептал ему что-то на ухо. Мужчина закрыл глаза и кивнул, Элизабет услышала как Джонатан плачет. Он повернулся к ней и с улыбкой сказал- “Я люблю тебя, очаровательная ведьма из гриффиндора. Прощай.” После произошла яркая вспышка света. Элизабет с криком вскочила с койки. Она кричала имя- “Джонатан!”. Девушка осматривалась по сторонам и увидела, как в себя уже пришел и ее друг, вот только его глаза были серыми, как ночь. -”Прости, я просто хотел свободы”-Джонатан встал с койки и щелкнув пальцами исчез. Элизабет смотрела в пустоту. Ее лицо застыло, лишь спустя несколько секунд ее глаза зажмурились, нос сморщился, руки закрыли лицо и она заплакала. Ее плач был тихим, но в нем было столько боли, что портрет мадам Помфри начал реветь. -”Прощай, мой слизеринец.”-