Сборник по мазейкам(+ксюрины)

      Девушка медленно покачивается на качели, обхватывая двумя руками железную ручку и ложась головой на холодное железо, слушая тихий плачь подруги и отстраненно смотря на влажную землю площадки, так грустно, будто влажной ее сделали слезы, а не дождь несколько часов назад. Вторая девушка сидит на скамейке напротив и всхлипывая каждые пятнадцать секунд, рассказывает, как видела их парней, целующихся, на потеху публики, в клубе. Ксюша поймала ее, идущую домой с убитым лицом, да настолько, что почти незнакомка, остановила и спросила «Что случилось?..», а Арина не выдержала и почти мгновенно разрыдалась, сначала крепко обняв, сжав в тонких руках кофту девушки, а затем попросив присесть.       — Мудаки блять… — надрывно, уже почти что не имея сил, шепчет Арина, а затем берет снова бутылку вина в руки, хлебая его прямо с горла. Ксюша, у которой тоже слезла вся тушь и расплылась узором по лицу, аккуратно спрыгивает с качели и как только Шикина обратно ставит бутылку под скамейку, поддевает ее за плечи, крепко обнимая. Она делает это так редко, чаще отнекивается от такого близкого контакта, но сейчас, ей это самой необходимо. В светло-розовую блузку Арины впитывается черная тушь подруги, а у Ксюши уже вся белая кофта покрыта следами истерики. Они стоят в тишине, лишь иногда вздохи друг друга режут слух. Кажется, они слышат сердцебиение друг друга, и от каждого стука больно. Раньше оно билось для их парней. А сейчас стучит от утраты. — Конченные. — шипит Арина, и Ксюша до белого, на костяшках, сжимает ее в объятиях. Будто пытаясь вытрясти всю эту смертельную обиду из Шикиной. Забрать ее всю себе.       — Они нам не нужны. — дрожащим голосом говорит Ксения, наконец поимев в себе силы отпустить хрупкую девушку и садясь на скамейку рядом. Она задевает кроссовком недопитое вино, и они обе смотрят, сквозь щелины, в скамейке на разливающийся ручей красного алкоголя. Уже вечер, но все равно видно. Ручей стекает по неровностям в земле, залезая одной ногой в ямы, продолжает течь. Небольшой спуск вниз, по протоптанным местам и жидкость стекает вниз, а затем прячется в светлой траве. Будто замедленная съемка, обе девушки бездумно наблюдали за ней, а затем почти одновременно посмотрели друг другу в глаза.       Свет желтых фонарей, отражение звезд в небе, тусклый оттенок кофе.       Свет чужих окон, отражение мерцающей луны, светло-голубое озеро грез.       Обе зависают в маленьком мирке друг друга. Блики от света теперь зеркало души?       Ксюша первая промаргивается, и отводит взгляд, а Ариша как зависла, так отвиснуть и не может. Ноги и кончики пальцев замерзли на прохладе воздуха, а сердце продолжает быть горячим, все еще обливаясь кипятком от измены.       Арина давит своим взглядом. Будто ждет чего-то, хотя лишь наслаждается подрагиванием ресниц. А Ксения держится из последних сил. Снова осмеливается поднять взгляд и смотрит на пухлые розовые губы в обвивке кровавого вина.       И на душе так больно. И ты такая красивая.       Кобан хмурит брови, последний раз посылая Илью и за ним Дениса. Подёргивают по привычке искусанные губы, шепча «чтобы больше никогда».       — Солнце… — начинает девушка, смотря вниз, дабы не сбиться от навязчивого взгляда. Облизывает губы. Внутри всё стянуло крепким узелком по самый позвонок. Шикина наконец вернулась в реальность, и дрогнула, продолжив смотреть, но положив руку на плечо подруги. — Я не думаю, что нам стоит переживать из-за них. — со вздохом говорит Ксения, обе болезненно жмурятся. В головах крутится столько мыслей. Так больно от перегрузки эмоций. — Они нам теперь никто. — обе сглатывают. Обещают что не будут больше рыдать из-за них. Они явно его нарушат, но… хотя бы для «сейчас».       Тишь.       — Луна зато сегодня красивая. — с паузами говорит Шикина, смотря за спину Ксюши, посмеивается от своего умения перевести тему. Ксюша тоже смотрит на летающий объект, но в отражении зрачка подруги. Сейчас, ранее незнакомка, стала чем-то настолько родным. Перечеркнула всю историю с Ильей буквально одним взмахом ненакрашенных ресниц. Она выплакала сегодня всё, что только могла. А Кобан так больно от этого смешка через силу. Боль, будто бы ножом, себе случайно прям по сердцу заехала. И обидно, что сама. Из карих глаз уже не может литься слез, их там тоже не осталось.       — И ты тоже. — тихо говорит Ксения, а Ариша, будто бы снова с мокрыми глазами смотрит. Смотрит то в один глаз, то на губы, то на другой глаз, то на розовые щеки. И где-то в мутном озере, далеко за обидой, с мутой и всем негативом, она всё так же сияет.       — А ты когда нибудь слышала как мерцают звезды? — меланхолично, также шептит Ариша, с полу-улыбкой. Ксюша щуриться, приулыбается. «Мерцают звезды?»       — Нет… А ты? — еще тише. Будто бы больше никто не должен узнать эту тайну. Они наклоняются к друг другу ближе, чтобы слышать даже такой шепот. Их носы, буквально в паре миллиметров. Лбы соприкоснулись и девушки с глупыми ухмылками смотрят друг на друга. Все еще грустно, все еще обидно. Но хотя бы ради друг друга, они улыбнуться. Это всего лишь приподнять уголок розовых, поддерганных и искусанных сегодня губ. Улыбнуться ради того, чтобы она улыбнулась в ответ.       — Слышу. — говорит Ариша и глупо хихикает. Все еще наиграно, но так искренне. — Ты ведь не немая. — и снова хмыкает. Сил не осталось улыбаться. Ксюша мило смеется, а затем снова убирает улыбку с лица. Самое светлое мгновение за этот темный вечер пролетает слишком быстро. Два обедневших, потускневших ярких глаз столкнулись. Они медленно наклонились к губам друг друга, что дыхание из носа опаляет, почти что сжигает холодную, почти оледеневшую кожу.       А затем отчаянно до боли, нежнее чем порхание крыльев бабочки, чувственно, что как будто бы никогда не испытывала, целуют. Успокаивают друг друга. Пытаются забыться. Руки аккуратно лежат на щеках, в целом, такая же аккуратная как и Арина. Неторопливо, гладит ушко, постоянно заправляются чужие, вьющиеся рыжие пряди, подсвеченные лунным светом. Две звезды, что погасли, кажется, снова зажглись. Может ради того, чтобы забыть. Может ради того, чтобы не упасть. Может ради друг друга.       А может красиво отражается луна.