Wah

Она была идеальна. Так считал Кёрк. С ней никто не мог сравниться. Ничьё другое присутствие не согревало его жизнь и не делало его настолько счастливым, как её. Она прекрасна. -Ты самое лучшее, что есть в моей жизни, - умилённо говорил Кёрк, нежно гладя гитарную педаль. Да, именно она, wah-педаль, или простыми словами квакушка, и была любовью всей жизни Кёрка. Она была ему и верным другом и незаменимым помощником. Кёрк никогда не мог забыть это прекрасное чувство, когда начинаешь играть на гитаре стремительное выпендрёжное соло, а она квакает, подпевая, делая звук гитары ещё более пронзительным и ярким. Ну и пусть, что все говорят, что Кёрк слишком много её использует. Квакушки много не бывает. -Я люблю тебя больше всех на свете, - приговаривал он продолжая гладить "сидящую" у него на коленях педаль. Но тут всю идиллию прервал ворвавшийся без стука Ларс, забывший в репетиционной комнате, где и находился Хэммет, барабанные палочки. Он с некоторым удивлением посмотрел на Кёрка, который немного смутился, оттого что его застали за таким странным занятием. -Ты что делаешь? - спросил Ларс, - Разговариваешь со своей квакушкой? -Ну да, - пожал плечами Кёрк, - она же тоже живая. У неё есть чувства, ей тоже приятно, когда с ней разговаривают. -Чего? - взвыл Ларс и залился громким смехом. Кёрк обиженно на него посмотрел. -Что смешного? Но Ларс уже едва стоял на ногах от смеха. -ХАХАХАХАХААХАХА! Кёрк, ты просто цирк, нет, ну надо такое придумать, КВАКУШКА, хахахахахаха! - Ларс даже не мог внятно говорить, - Может, ещё и поцелуешь её, чтобы она это, из лягушки-квакушки в принцессу превратилась, а?! Ульрих, спотыкаясь от смеха, добрался до ударной установки, на которой лежали забытые палочки и, забрав их, удалился, не прекращая истерично ржать и бормотать: "Квакушка, серьёзно, Господи, ну надо же". Кёрк с гордым видом посмотрел Ларсу вслед. Ну и пускай смеётся. Он даже не гитарист. Он просто не понимает. И вообще, никто, кроме Кёрка, не способен в полной мере понять всё прелесть это чудесной вещи - wah-педали.