Хладнокровный

***

В кабинете мистера Кима сидели почти все работники, атмосфера была до невозможности тугой и громоздкой, что даже дышать становилось тяжелее. Любой зашедший в это помещение, человек, скажет, что дышать просто нечем. Даже насекомое летящее в воздухе, застряла на месте, крылья бы просто не смогли двигаться больше. — Итак, все пришли? — Голос Кима эхом пробежался по кабинету. По сказанной им интонации, можно было понять, что ничего хорошего ждать нельзя. — Тогда начнём, мне сегодня пришла новость, что некоторых, внимание одних из самых важных документов, попросту нету, он исчез. И сколько бы его не искали, не могли найти. — Мужчина сложил руки в замок и положил их на стол, оглядывая и пронзая каждого находящегося, своим взглядом. После слов главы все начали шептаться, а некоторые впали в ступор, а некоторые, как Юнги остались такими, какими были. Все были шокированы, ведь за столько лет, никогда и никто ничего не делал с документами, а сейчас происходит что-то очень странное, как для работников, так и для главы. — Тишина! Значит так, если эти документы не окажутся в моих руках уже сегодня вечером, достанется всем, включая даже тех, кого здесь не было. А вот, если кротом окажется кто-либо из наших, я буду рвать и метать. Не так страшно будет, даже, если этим кем-то окажется кто-то левый, но только не вы, будет страшно, а сейчас все пошли работать, и думать, что все-таки вы будете делать! Ясно?! — Мистер Ким бесился и уже начал кричать на всех, иногда его кулак падал на стол с такой силой, могло показаться, что стены сейчас упадут, а штукатурка начнёт осыпаться, падая и разбиваясь на маленькие кусочки. Все находившиеся в кабинете засуетились, закивали и стали собираться быстрее свалить от туда, ведь злого Кима, на столько злого, никто не видел. Люди огромной толпой высыпались, как крошки хлеба, со стола, ведь ненароком оставленное открытое окно и дверь образовали сквозняк. Было забавно смотреть, на то как они не могут выйти, ведь несколько человек не могут пройти через один дверной проем, так что они застревали. — Ким, как вы думаете, кто это мог быть? — Юнги подошёл к столу главы и опёрся на ближний край. — Юнги, это точно кто-то из заказчиков, так как в моих людях я уверен на сто процентов. А ты, как думаешь? — Я думаю, то что это тот самый подозрительный заказчик, надо посмотреть у всех данные их. Да, скорее он, ведь тот даже настоял на личном общении со мной, да и лицо свое он ни разу не показывал. А страница закрытая, постов никаких, аватарок тоже, что более странно, так это его вечные странные вопросы и не правильные формулировки предложений, словно не кореец он, а может даже и она. — Да я согласен с Юнги, мы можем этим заняться. Проверим всех и узнаем кто же сделал такой подлый поступок. — Подхватил Чонгук, прикладывая руку к голове, дабы убрать свои шикарные, чёрные волосы, с не менее прекрасного лица. За то время, пока парни шли на собрание, они конечно, помирились. Точнее Чон начал извиняться, а Мин его остановил, словами «я не обижаюсь, извиняюсь» — Это все на что способен Мин, может он тоже бы хотел извинится, но почему-то никогда так не делал. А вот, Чимина Чонгук пристроил к Луне, девушке, которая всегда за, то чтобы помочь своим друзьям, точнее Чонгуку, потому что с Юнги, а точнее с Шугой, как правило никто ни то чтобы дружить, с ним даже заговорить бояться. А Пак там такой цирк устроил, что не будет сидеть с девушкой, что он будет сидеть и находиться только со знакомыми, а точнее с Юнги-хеном. Тогда Мин просто взял и подопнул его в кабинет закрыв тех на ключ. Было странно, но по крайней мере эффективно. — Да, парни, будет очень прекрасно, если вы мне поможете с это хернёй. Вах — Ким потёр лицо ладонями. — Я так устал, блядь, так ладно, идите работайте, и да сегодня будет свининка барбекю, в качестве извинений за мои крики. Передайте всем, кто захочет тот и пойдет, а кто не захочет тот идиот. Все, идите уже идите. — Мистер Ким помахал рукой в сторону двери, провожая взглядом парней. — Пошли, Юнги, да и Луну надо спасти от этого ребенка. Он ведь ее уже добивает, или уже, бедная Луна, умерла от балобольства парня, это сильно глупо и смешно, если сравнивать в тем, где она работает. И парни вдвоем пошли сначала забрать подопечного Юнги. Но дабы сократить время, по дороге они заглядывали в разные кабинеты и говорили про барбекю. Ну а если быть точным, то говорил это Чонгук, а Мин так, просто рядом стоял. Постучавшись в дверь, Мин зашёл в кабинет к Луне. Даже ещё за дверью, было слышно, как Чимин что-то увлеченно рассказывает. — О! Юнги-хен, я вас так ждал, я буду у вас или у вашего друга, как там его… Чонгука? Точно! Лучше, если я буду у вас или останусь у Луны, она классная, даже не ругает меня за мою болтовню. — Подожди, Чимин, выйди и подожди в коридоре, там Гук стоит, с ним и наговришься, я надеюсь. Взрослым поговорить надо, а маленьким не нужно слушать разговоры старших. Чимин с грустной миной вышел из кабинета, слегка махая рукой на прощание Луне, на что та улыбнулась и отправила Паку ободряющий воздушный поцелуй, котрый Чимин с удовольствием «словил» и «прилепил» его к своей щеке. И после ухода младшего, в кабинете стало куда тише и спокойнее, чем было до. Можно было услышать свое сердцебиение. — Луна, мы не сильно тебя побеспокоили? — Задал вопрос Мин, одновременно разглядывая кабинет, ведь он никогда не ходил по чужим рабочим зонам, ведь Юнги в этом не нуждается, да и ни с кем, кроме Кима и Чонгука не близок. — Да, ты что, Юнги, все нормально, Чимин классный, такой болтун, думала, что с ума сойду, но нет, прикольно, он на все темы разговора может говорить. Приводи ко мне его почаще, прикольный мальчик. Не знаю, что Чонгук заладил, нормальный пацан, мне понравился. — Ладно, ну раз мы тебя не побеспокоили, то я иду, пока, увидимся. — Сказал Юнги, желая скорее закончить этот разговор и наконец посидеть в тишине, да работой. — А, Юнги, подожди, — Луна схватила за руку Мина — ты же там с Чонгуком остались у Кима, что он сказал? Не думай, ничего такого, просто интересно. — Да, так, не волнуйся, — Мин посмотрел на руку девушкам и от его недовольного взгляда, она сразу же убрала ее. — Он уверен в нас, так что всех подозревать в этом происшествии не будет, только заказчиков и посредников, ну и новеньких конечно, котрые прямо совсем недавно пришли. — А ну, ладно, давай тогда, пока. И Мин вышел из кабинета. В коридоре стояли Чонгук с Чимином, те о чем то разговаривали. «С Луной что-ли ненаговрился, кошмар, сколько он ещё болтать может» — Подумал Мин и пошел к парням. — Все, парни, пошлите работать, а ты. — Мин ткнул пальцем в грудь Чимина — Идёшь со мной, если много болтать будешь, поедешь на работу к отцу. Окей? Чимин закивал и пошел вперёд, даже не зная дорогу и куда идти. Перспектива сидеть в офисе, где он ничего не может делать, Пака вовсе не устраивала. — Эй, Юнги, смотри, смотри скорее, капец. — Чонгук резко повернул ноутбук к Мину, дабы тот увидел, что изображено на экране. Но экран был просто черный, без намека на важность его информации, контроля попросту отсутствовала. . — Ты идиот, я думал, ты что то дельное нашел, а тут, придурок. Работай дальше и не отвлекай больше меня. — Эй, ну прекращай, обидно, вообще-то я хотел обстановку развеять, а то ты погружен в работу, меня эта бесит. Вот Чимин вообще уснул. — Если хочешь, иди тоже спи, я и сам поработаю. — Ладно, работаю. — И Чонгук придвинул обратно свой ноутбук к себе. И клацанье пальце по кнопкам ноутбука наполнило кабинет, вернув прежнюю обстановку. Парни сидят уже третий или четвертый час и из самых подозрительных лиц осталось три. Это слишком много. Надо каждого проверить, да и это чуть больше половины проверенных позади. Но ведь богатых людей очень много, да и не очень богатых так же много, так и договоров и заказчиков огромное количество, так что им ещё сидеть и сидеть. Но все подозрения, больше и больше, падают на заказчика у Юнги, который не очень любит мистера Пака. Но сначала надо поговорить с Кимом, в затем только действовать, ну или можно остаться без головы. *** Джин сидит в своей комнате и тихо плачет в свою любимую игрушку. Ведь тот остался, как он считает и без друга и без парня, котрый ему нравится. Уже идёт второй день, а этот забастовщик сидит и не вылезает из своей комнаты и только делает, что корит себя за столь глупый и необдуманный поступок. А ведь никто даже не догадывается о таком его решении. На работе Джин попросил отгул на три дня, а дома родителями сказал, что много работы и лучше его не отвлекать от дел. Ну а с друзьями он ведь поссорился. Так что про него никто не вспоминает и не волнуется. — Ну, ванилька, что ты мне прикажешь делать в этой ситуации, какой я все-таки идиот, блин, перед Намом надо извинится, он же не виноват. Кажется я уже сошел с ума, с игрушкой разговариваю. — Джин отложил в сторону медведя и лег на спину, но повернулся на бок, чтобы увидеть вид из его окна. Хоть шторы и были закрыты, но там образовалась щелка, через которую видно улицу, если сильно приглядеться. Ну а ему делать больше просто нечего, вот фигнёй и страдает. — А-а-а-а, как же меня это бесит. — Крикнул Джин и лёжа на спине стал стучать ногами и руками по кровати. От чего с нее свалился собеседник Джина. — Может быть все-таки надо идти и извинится. Нет ну реально, Сокджин, — Парень посмотрел в зеркало, стоящее у кровати, подкладывая под голову руку, чтобы быть чуть выше и чётче видеть свое лицо, — ты вроде взрослый, иди, подойди и мужественно произнеси, — Прости меня, я был на нервах, а ты попал под горячую руку вот так и получилось, блядь, это слишком, сука, как же сложно извиняться. Сокджин просто сдался и лёг обессиленный обратно на кровать, и тот крылся с головой под одеяло, надеясь на то что это поможет избавиться от мыслей, что он плохой друг. Но совесть сгрызала его изнутри, словно была голодна, как волк. И Сокджин игнорируя все позывы совесть, сходить извинится или хотя бы написать, лег спать, ведь во сне не хочется ничего, сон самое лучшее на планете. Да что там есть не хочется, это ли не счастье, никаких лишних и не «нужных» нужд, мыслей, действий и все такое. *** Намджуну Хосок рассказал, всё о том парне, котрый как оказалось нравиться Джину. А Намджун от переизбытка информации чуток завис, можно было заметить в его глазах кружочки загрузки. Любовный треугольник назревает. Будет весело, как подумал Намджун, конечно, это сарказм. Ему никогда не нравилось, то что он будет заставлять своего любимого человека делать, лишь то что хочет Нам, а не сам возлюбленный, такого даже в мыслях парня никогда не было и не будет. Этот парень любит искренне, самой настоящей и искренней любовью, он тот самый, кто пойдет на все ради его любовника. А вот, если так делает, кто-то другой, заставляет, ставит перед выбором, приказывает угрлжает и все подобное насилию, Намджун просто сгорает и сразу же видно, что это не любовь, просто жалкая пародия на нее. Один из них явно любит, вот второй под вопросом, большим таким вопросом. Намджун даже, если и работает можно сказать убийцей, но к любви всегда был ответственен, относится к любимому человеку как к пушинке, словно от неаккуратного движения тот рассыпится на части. — То есть, ты хочешь сказать, что этот парень, такой эгоистичный, нарцистичный, мог понравится Сокджину, я не верю. — Нам перекинул одну ногу на другую, как только переварил информацию. — Ну я рассказал правду, кстати о Джине, давно я его не видел, надо будет его проверить, поедем к нему вечером, ты со мной. Хоть поговорите нормально, а не то тут такие не договоренные моменты, что аж плакать хочется. — Хоби встал со стула, на котором он все время сидит, когда приходит к Намджуну на работу. — Тогда я пошел, позвоню тебе, не ответишь прийду, узнаешь, что такое страх, и злой Хосок. Нам лишь кивнул головой в знак согласия, ведь выбора ему просто напросто не предоставили, так что это было единственное, что можно б сделать в данной ситуации — согласиться.