Застрявший в другом измерении

Суини стремительно взбежал по лестнице и влетел в свою комнату со скоростью, казалось, летучей мыши. Уже по привычке он подошел к эркеру, выходящему на тускло освещенную фонарями улицу, чтобы как следует поразмыслить. Судья Терпин был тем, кто разрушил его жизнь, и теперь он собирался сделать это снова. Если бы Суини не был так сильно увлечён делами Нелли и не продумал свой план действий на всякий случай против Терпина… Но предстоящая встреча с судьёй произошла раньше, чем ожидалось. В первоначальной временной шкале их встреча была спонтанной, где-то в конце июля или начале августа. Они прогуливались по городу с Люси и Джоанной и о чем-то разговаривали. Тогда Суини совершил ошибку: отвлекся на посетителя, решившего с ним поздороваться. Когда он повернулся, Терпин уже болтал с Люси и жадно раздевал ее своими темными глазами. Его улыбка была настолько похотливой, что это знаменовало о его странной и даже опасной одержимости. В тот день они шли за подарком на день рождения Элеонор. Суини сжал ладонь в кулак, готовый разразиться своей манерной тирадой с обвинениями в адрес Нелли, но вовремя понял, что это бесполезно. Ему лучше сосредоточиться не на пережитках прошлого, а на том, чтобы хоть как-то повлиять на будущее. Ведь, как сказал Наблюдатель, у него есть дар предвидения, и он воспользуется им и не упустит возможность спасти свою семью. Итак, теперь он подумал над ситуацией холодной головой. Тодд понимал, что на этот раз виноват он сам. Если бы Артура не арестовали, не было бы судебного процесса, на котором их пути с Терпиным пересеклись бы в июле. Более того, он знал, что Люси, скорее всего, вызовут для дачи показаний, поскольку в момент ограбления она находилась дома, в комнате с Джоанной. Суини не хотел этого допускать. Он не мог позволить судье смотреть своими наглыми глазами на его любимую жену. К сожалению, у Люси не было права отказаться давать показания, если только... ее не будет рядом. — Бен, — позвала его Люси, не вставая с постели. Со сна ее голос звучал слегка хрипло. Она выглядела удивленной, увидев его проснувшимся так рано. Суини подошел к ней, очарованный ее утренней красотой. Он ни в коем случае не хотел потерять ее снова. — Доброе утро, моя любовь. — он нежно поцеловал жену в губы. Она приняла его ласки, хотя и без особого энтузиазма. Их отношения по-прежнему оставались напряженными, однако лед со стороны Люси постепенно начинал таять. Суини надеялся, что то, что он собирается сделать, не оттолкнет ее еще больше, поскольку частично это было и в ее интересах. Люси оттолкнула от себя мужа, когда посчитала, что его объятия затянулись. Затем она встала и пошла на кухню готовить завтрак, а Суини в этот момент заправлял постель. — Сходи на рынок и купи продукты для ужина. Мне нужны картофель и брюссельская капуста. Еще разузнай, сколько стоила курица. Если цена больше двух шиллингов, не покупай ее. И посмотри шерсть — я вяжу новое одеяло для Джоанны. О, и еще мне нужна лента в тон к моему бирюзовому платью. Ах да, и цветы — ты давно мне их не покупал... — она продолжала перечислять список, не беря во внимания то, что Суини не мог позволить себе и половины того, что она хочет. Суини вздохнул. Он бы с удовольствием подарил ей хоть луну на веревочке, но, к сожалению, нужно быть реалистом: у них не было таких денег... И все же ему казалось, что она всегда ждала от него большего. Больше нарядов, больше цветов, больше знаков внимания... Почему было недостаточно одной любви? Завтракал Суини в тишине, а затем вместе с Джоанной отправился в больницу Святого Дунстана. В этот день он хотел порадовать жену, прежде чем рассказать ей о своей задумке, поэтому ему нужно было распланировать бюджет. На его хмуром лице почти появилась улыбка, когда он подумал о том, как гордилась бы Нелли его проницательностью. Но потом быстро отогнал от себя эти мысли и снова сосредоточился на Люси. Суини остановился у цветочного киоска, чтобы выбрать букет для жены. Вдруг он задумался, какие цветы ей нравятся больше — маргаритки или жасмины. В итоге он выбрал маргаритки, так как они были немного дешевле. Однако вскоре он поймет, что сделал неправильный выбор. — Бен, это отвратительно! Эти цветы для нищих — просто безвкусица. Почему ты не купил лилии? Ты же знаешь, что это мои любимые цветы. Они не могут быть слишком дорогими, ведь сейчас как раз сезон! А маргаритки... Они слишком простые и растут везде. Если бы я хотела маргаритки, то пошла бы в Гайд-парк и нарвала их сама! — капризничала Люси. Ее муж даже не стремился предпринять попытку, чтобы ее успокоить. Ему только стало интересно, всегда ли она была такой капризной? Она успокоилась и, не обращая внимания на поспешный уход мужа, села на стул и вернулась к вязанию. В этот момент он заметил новую хозяйку, возвращающуюся с рынка со своим мужем. В ее руках, по иронии, тоже был букет маргариток. Суини с ужасом вспомнил, что маргаритки и левзеи были любимыми цветами Нелли. Она заметила его и лучезарно улыбнулась, поздоровавшись с ним уж слишком жизнерадостно: «Добрый день, мистер Баркер», — сказала она и, зайдя в лавку, тут же скрылась из виду. Она и мистер Ловетт ничего не заметили, но взгляд Суини был прикован к ее пышной заднице. Он сглотнул, когда дверь лавки захлопнулась, выводя его из состояния транса. Скорее бы Элеонор сбежала с Артуром и навсегда покинула мою жизнь, — подумал он. Потому что чем ближе он к ней подбирался, тем невыносимее становилась его жизнь. Только когда ее не будет рядом, он сможет сосредоточиться на том, что для него действительно важно. Когда Суини вернулся домой, Люси по-прежнему сидела на своем месте и вязала. — Люси, дорогая, так больше продолжаться не может, — неуверенно сказал он. — Тебе нужно отдохнуть, сменить обстановку. Сидеть на одном месте вредно для здоровья. — Я не могу, Бен! Ты не представляешь как мне стыдно... ехать туда, где все про тебя знают. Они знают, что ты мне изменял! — ее голос поднялся до визга. Честно говоря, Суини устал искать новые оправдания, но он старался понять ее. — Я понимаю, мне очень жаль. Но, может быть, ты хочешь навестить свою сестру в Бедфорде? — предложил, надеясь, что Люси будет задавать ему лишних вопросов. — Можешь взять с собой Джоанну. Они еще не знакомы с Мэри, и, кроме того, свежий воздух пойдет вам обеим на пользу. Всего на пару недель. Мэри была старшей сестрой Люси, которая жила на ферме со своим мужем и двумя сыновьями. — Ты остаешься здесь, — осторожно произнесла Люси. Суини медленно кивнул головой. — Тебе нужно, чтобы меня здесь не было, потому что хочешь побыть с ней. Ему не нужно было спрашивать кого она имеет в виду. — Конечно нет! Я буду работать, — ответил он. Люси недовольно фыркнула. — Но ты можешь взять отпуск на пару недель и поехать в Бедфорд вместе с нами. Мы могли бы устроить семейный праздник! — она смотрела на него милейшим взглядом, после которого Суини ни в чем не хотелось ей отказывать. Но не в этот раз. — Я не могу. Нужно платить за аренду. Если я поеду с тобой и перестану платить за жилье, мистер Ловетт сдаст нашу комнату кому-нибудь другому. Мы не можем позволить себе переехать в другое место, — оправдывался он. — Тогда я остаюсь. Я твоя жена, и мое место рядом с тобой, — гордо заявила Люси. — Не говори глупостей, ты уедешь всего на пару недель... — Я остаюсь с тобой! Я не собираюсь оставлять тебя с ней наедине. — Люси, я уже оповестил твою сестру о твоем скором приезде. Эта была ложь, но Люси никогда этого не узнает. В дальнейшем, он просто скажет, что письмо попросту затерялось. Люси, разумеется, разозлилась. — Хватит, Люси! — прикрикнул Суини, — Я твой муж, и я сказал что ты едешь в Бедфорд. И ты поедешь туда. На этом закончим. Заметив, что Люси заметно загрустила, он сбавил тон: — Я делаю это ради тебя. Потому что я люблю и хочу, чтобы ты немного отдохнула. А теперь собирай вещи, твой отъезд состоится сегодня вечером. Это был их последний разговор за вечер. После шести часов Суини помог Люси спуститься на первый этаж с тремя сумками, в которые она сложила все свои платья и некоторые вещи Джоанны. Он слышал, как ворчала Люси, медленно волочась за ним с ребенком на руках. Ему тоже не хотелось отправлять их к Мэри, но он по-прежнему считал, что так будет лучше. На улице Суини заметил, как отпрыск одного из посетителей дал несколько пенни молодому парню, поручив ему подогнать для них экипаж. Альберт уже стоял у двери, поскольку только что перевернул табличку «Открыто» на «Закрыто». Затем на первом этаже появилась Нелли. — Альберт, дорогой, ужин готов! — весело объявила она и, заметив гостей, улыбнулась. — О, мистер и миссис Баркер! Я так рада вас видеть! Не хотите присоединиться к нам за ужином? -— предложила она и ее улыбка стала еще шире. Ее поведение менялось каждый раз, когда в поле ее зрения появлялся Суини Тодд. Их разговор прошлой ночью заставил ее задуматься о многом. Она посмотрела на маленькую Джоанну и произнесла: — Как поживает маленькая леди? Ты так выросла! Нелли хотела подойти к ребенку, но Люси прижала младенца к груди. Миссис Ловетт поняла ее жест недружелюбия и отступила. — Нелли, не беспокой их. Мистер Баркер сообщил мне, что его жена уезжает на некоторое время, — сказал Альберт и посмотрел на Суини. — Навестить родных. — Ох, вот оно что! Что ж, желаю вам приятного путешествия, миссис Баркер! Нелли протянула ей руку для рукопожатия, и, несмотря на сопутствующее презрение, Люси пожала ее пожала. А затем ее взгляд остановился на каком-то предмете позади Альберта. Суини уловил этот ее взгляд и посмотрел туда же, где увидел стоящую на подоконнике вазу с маргаритками. Сам он не придал этому особого внимания, потому что видел, как эти цветы ей подарил мистер Ловетт, но вот Люси все восприняла совсем иначе. Прежде чем он успел перевести разговор в другое русло, в его руках оказалась Джоанна, в то время как Люси грубо оттолкнула Нелли, назвав ее шлюхой. Миссис Ловетт была ошарашена столь грубым поведением женщины, но в ту же секунду ответила ей тем же толчком, но сильнее. Люси Баркер упала на пол. — Люси! — воскликнул Суини и подошел к жене чтобы помочь ей подняться. Она плакала, закрыв руками лицо. — Зачем ты это сделала? Люси оттолкнула его руки, она смогла встать самостоятельно и в ужасе отступила назад. — Что происходит? — переспросил Альберт, который удерживал Нелли, и обратился теперь к Люси. — Как вы смеете нападать на мою жену? — Цветы! — взвизгнула Люси. — Бен и мне дарил маргаритки, разве это может быть совпадением? Мой муж продолжает ухаживать за вашей женой, и она не против! Как не стыдно держать у себя в магазине такие уродливые цветы? От ее слов Нелли только задорно расхохоталась. — Ты, наверное, с ума сошла! — сказала она. Мистер Ловетт,по-прежнему удерживающий жену тоже ухмыльнулся. Люси же ударилась в истерику. — Ты знаешь, что это правда! Я не такая наивная, какой кажусь, и я вижу насквозь таких как ты, миссис Ловетт. Я знаю, что ты не перед чем не остановишься, чтобы получить желаемое. — продолжала рыдать миссис Баркер и голос ее был пропитан беспомощностью. Глубоко внутри себе Суини был солидарен с ней, но за все это время он не проронил ни слова. — Ох, но именно сейчас я убедилась, что ты все-таки слишком наивна... И так сомневаешься в собственном браке... Все это выглядит слишком уж жалким. И бы я пожалела тебя, если бы ты, миссис Баркер, не была сумасшедшей двуличной сукой. Чтобы ты знала, мистер Баркер мне не интересен, я счастлива в браке со своим замечательным мужем, — взгляд Нелли скользнул по Суини, затем вернулся к Люси. — Я дам тебе совет, дорогуша: если ты не хочешь, чтобы твой мужчина засматривался на чужие юбки, тебе стоит чаще его удовлетворять. У мужчин есть свои потребности, милочка. Но глядя на тебя, каждый мужчина понимает, что ты не сможешь удовлетворить его. — Нелли! — встрепенулся Альберт, но никто не обратил на него внимания. — Я смотрю, ты многое об этом знаешь? Ты Афанасьева девка! Ведьма! Наложница дьявола! — ответила Люси, но, глядя на безразличие Нелли, она повернулась к Альберту. — Мистер Ловетт, пожалуйста, обратите на это внимание! Мой муж ухаживает за вашей женой! Маргаритки тому подтверждение! — Хватит нести чушь! Я купил ей эти чертовы цветы! — внезапно закричал Альберт, лишив всех присутствующих дара речи. У него началось учащенное сердцебиение, и с каждой секундой его лицо становилось все краснее и краснее. Выглядел он так, словно был на грани сердечного приступа. Нелли заботливо положила ему руку на плечо и отвела в гостиную, подальше от очага конфликта. Суини, признаться, впечатлился от ее красноречивости. — Люси, я не ухаживаю за миссис Ловетт... Я люблю тебя. И ты слышала слова мистера Ловетта, это он купил ей цветы. Это просто неудачное совпадение, — объяснялся он, но Люси его уже не слушала. Она на цыпочках шла к двери, соединявшей магазин с гостиной, куда только что ушла парочка. — Чертовы остолопы, вечно раздувающие споры! — негодовал Альберт, да так громко, что его можно было услышать не стоя у дверей. Он сидел на своей любимом красном кресле, а Нелли стояла у него за спиной и делала ему массаж шеи. — Не понимаю, почему ты так настаиваешь на то, чтобы я их оставил? Наверняка мы можем найти более спокойных жильцов. — Дорогой, у них маленький ребенок. Бедняжка ни в чем не виновата. Кроме того, нашему будущему малышу нужен будет друг, — проворковала миссис Ловетт. Когда Суини услышал это, то нервно сглотнул. Неужели она беременна? — Клянусь, что ты с ним в сговоре, — проворчал мужчина, но все же усадил Нелли к себе на колени. — Я так не поступлю. Как я вообще могу засматриваться на другого мужчину, когда у меня такой красивый и добрый муж? Она поцеловала его в щеку и встала с его колен, чтобы налить в пустой стакан алкоголь. Затем Нелли опустилась перед ним на колени — Вот, возьми, и сядь поудобнее. Я собираюсь доказать тебе свою преданность.  Суини понимал что она собирается делать, именно поэтому мягко коснувшись за локоть Люси, отвел ее от двери. — Какая она шлюха! Это отвратительно. Взять это в рот... — кидалась недовольствами Люси и была рада, что Бен вовремя увел ее оттуда. Когда Люси с Джоанной на руках и Суини вышли на улицу, карета уже стояла перед входом в магазин. Прежде чем они сели в карету, он поцеловал обоих в щеку. — Я буду скучать по тебе, любимая, — сказал Суини. Он пытался хоть как-то сгладить разговор. — Пообещай мне, что ты не ляжешь с ней в постель в мое отсутствие. И что когда я приеду, ты все еще будешь любить меня, — умоляла она. — Я обещаю тебе. Люси, я люблю только тебя. Через две недели я сам поеду в Бедфорд и заберу тебя. Карета медленно тронулась с места. Люси смотрела на него через заднее стекло, и по ее щекам текли слезы. На сердце у Суини стало тяжко, но это было к лучшему. Неожиданно сзади к нему кто-то подошел. Нежные руки обволокли его лицо, и когда он повернулся, то увидел Нелли. Ее теплые губы неожиданно накрыли его, притягивая к себе в глубоком обжигающем поцелуе.