Снежный Дровосек

Серое небо грузом укрывало голый и темный лес. Ветки с уже коричневыми листьями хрустели под ногами. Погода была не самой лучшей, но для этого места просто замечательной. Это был проклятый лес где бродили брошенные в наказания существа. Сюда посылали нарушивших правила мирной жизни существ, лес сам выбирал наказание для преступника и для каждого оно было особенным и индивидуальным. Вот к примеру прекрасного ангела, что позарился на власть тем самым нарушая закон, превратил лес в мерзкую бескрылую птицу, что душит своими когтями всех кто хоть на шаг приблизится к его территории. Мучения ожидали каждого в этом лесу, и обитатели пытались по-разному справится с этим разрывающим на куски наказанием. Черные вороны взлетели с падающего дерева. Шум от падения разнёсся по лесу волной, будя и других птиц. Дровосеки. Они начали опять рубить лес, бездумно, грубо, просто по привычке делали это. Опавшее дерево, словно из снега существо начало обрубать его от веток. Топор точно наносил удар, несмотря на то что носитель делал это без особого энтузиазма. Взмах, треск ветки. Взмах, хруст листьев под ногами. Взмах, топор резко остановился. Снеговик резко повернул голову. Глаза забегали,что-то выслеживая. Руки опустились и Альфедов стоял принюхиваясь. Человек. Он чуял молодую кровь. Он слышал неуверенные шаги и сбивчатое дыхание. Жертва. Еда. Здесь его еда. Адреналин наполнял снеговика и ноги с бешеной скоростью бежали сквозь лес. Совсем рядом, чуть-чуть и вот он оказался перед маленькой заплуталой овечкой. Похоже бедному малому дитя не говорили родители, что ходить в лес одной опасно, но его это особо не волновало, главное она уже здесь. Маленькая, дрожащая как основный лист, девчушка глядела своими голубыми глазами. Момент, крик, и топор распорол грудную клетку, которая сделала лишь последний вздох. Тишина разлилась по лесу. Топор вышел из мертвого тельца и снова вонзился в другую часть жертвы. Кровь окрасила опавшею листву в ярко-красный, практически бордовый цвет, давая охотнику полное наслаждение от картины. Кости хрустели и дробились под меткими ударами топора. Белая рука нащупала уже не бьющееся сердце. Вот его десерт, то ради чего он раздрабливал бедное тело на куски. Альфедов не отводя глаз, от кровавого органа, тяжело дышал. Открыв рот снеговик проглотил сердце. И вдруг оно забилось. Оно ожило и все чувства вдруг отрезвляюще раскрылись внутри Альфедова. Он взглянул на картину перед собой. Тошнота подкатилась к горлу. Мерзко, противно и разрывающе грустно стало снеговику. Отрицание так и билось внутри. Нет. Нет это не его рук дело. Но только именно его руки были в крови, только он и сделал это и некто больше, как и в тот раз. Слезы покатили по белоснежной коже. Руки, заметавшись, пытались стереть всю мерзкую кровь. Противно. Неправильно. Он почувствовал тяжесть на своем плече. Повернув голову Альфедов увидел Джаста, что с печалью на глазах смотрел на друга. " Тише, все будет хорошо"- тихо проговорил черт. Снеговик поднялся и крепко обнял Джаста. Он хотел скрыться от всего и утонуть в этих объятиях, главное не видеть этой мерзкой картины, не видеть своей вины. Джаст обнял в ответ одной рукой, пока другая была внизу. Он аккуратно подобрался к рубашке Альфедова и проткнул насквозь тело, доставая до самого сердца. Нащупав бившейся орган, черт резким рывком вытащил его. " Тише-тише" - убаюкивающе лепетал Джаст. Он бросил ошметок на землю. Альфедов тяжело дышал, постепенно успокаиваясь. Черт поцеловал друга в лоб и отстранился от снеговика. Тот же тупо стоял глядя в некуда. Джаст в этот момент достал лопату и начал закапывать мерзкую кашу в землю. Снова такое происходит и потому черт уже на автомате делал, эти действия. Закончив он подошёл к другу и взял его руку. Снеговик в ответ лишь сжал ладонь. Они тихо шли скрываясь за голыми деревьями. А на землю выпал первый снег, снова скрывая их совместный грех