Шарага из Рая

* * * —Круууто,- протянула одна из троих девушек, что сидели плотным рядком, в одинаковых чокерах,- и что же потом, у вас была бессонная ночь, да? —Вы всю ночь только и думали, что о прекрасном рыжем учителе физики~ —Ну так ведь да? —Ну признайте, что так оно и есть, – присоединился мистер Сладкая вата,– это же истинные законы жанра~ Мужчина поднял руки: —Сдаюсь-сдаюсь, признаю, что вы правы, я действительно не мог уснуть) * * * Осаму не спал. Лишь он прикрывал глаза, как ему вновь и вновь представлялся новый учитель физики. Эти прекрасные, глубокие как озёра, голубые глаза, в которых теплится и грусть, и радость, и гнев - всё вместе! Эти шикарные, медного цвета, волосы, волнами обрамляющие красивое, с ровным цветом и еле видными веснушками, лицо. Эти тонкие, губы и манящее тело... Дазай вновь проснулся от дремоты, в которой опять увидел Накахару. Брюнет сел на кровати. На часах без пяти минут два. –Пиздец какой-то,- возмущался ОБЖшник, нехотя топая на кухню за кружкой воды,- он меня с ума сведёт. Однако тот факт, что этой ночью Чуя ему снился уже четыре раза, видимо показывает, что с ума Дазая уже свели. –У меня завтра контрольная, две самостоятельных и новая тема с моими ребятами, а я приду полностью не выспавшийся, злючий и думающий только об учителе физики. Он угадал - на следующий день, даже после двух чашек кофе, его клонило в сон. Он уверен почти на сто процентов, что весь 7а написал контрольную на одни пятёрки, так как телефоны забрать Осаму впервые забыл, он уверен так же, что все самостоятельные сделаны на отлично, а новая тема у 10б совершенно не усвоена. На четвертом уроке он уже буквально засыпал, поэтому он просто дал номера и пригрозив собрать тетради, спокойно поспал. Его разбудил звонок. Вскочив со стула и упав обратно, схватился за голову. Восьмой класс поднял на него глаза, наполненные разными эмоциями - страхом у тех кто не успели доделать задание и победой у тех, кто всё списал с интернета и заработает халявную оценку. Встав на выходе, Дазай собирал с каждого ученика тетрадь, а когда класс опустел, он, плюхнулся за свой стол и уронив голову на руки, закрыл глаза. «Ммм сейчас придёт Чуя) будем чаёк попивать)....» В темноте подсознания стали появляться различные фантомы, хмурый директор, дающий десять Йен улыбающемуся Мори, Чуя, командующий, маршерующими в столовую детьми, Куникида, зло глядящий на это и ведущий свою "армию" в обгон. –Эй, Осаму... Дазай вздрогнул и проснулся. Протерев глаза он увидел перед собой очень близко лицо Накахары и от неожиданности, залился краской и неловко отпрянув, с силой откинулся на спинку стула. Тот опасно покачнулся и завалился назад. Осаму, со сдавленным криком, упал на пол, ударившись головой об стенку. * * * Темноволосый, с виду спортсмен, парень, к которому прижался Сладкая Вата, зашипел и издал звук, показывающий, что он нехотя представил как это больно. * * * –Блять! Ты в порядке?,- Чуя подбежал и помог встать,- ты, дибил, чего дёргаешься?? В голове звенело и Дазай не особо то понимал чего он там говорит, лишь разобрал, что рыжик говорит не на "вы". –О, вы уже, ох, на "ты" перешли?,- брюнет скривившись тёр голову,-сильно же я приложился... Усадив ОБЖшника за парту, Чуя стал хозяйничать над чайником, стоящим в конце класса и уже через двадцать минут, перед Дазаем стояла чашка горячего чая. Осаму отпил, отмечая необычный вкус, явно смешанных сортов, и опять схватился за голову: –Ой-ё-ёй(( как болит то(( Физик закатил глаза: –А нечего было спать на работе, для этого ночь есть, что ж ты ночью делал? Осаму не ответил. Не ну, а что он мог сказать? Что всю ночь о нём мечтал? Ха-ха, смешно. Брюнет притворно охал и хватался то за одну часть тела, то за другую, в промежутках хватаясь за голову и ныл: –Ну вот, шишка будет, прощай моя красотушка(( Рыжик молча пил чай, ожидая, когда коллега успокоится, но поняв, что концовка страданий даже не приблизилась, сказал, встав: –Ладно, страдальщик, пойдём в медпункт. * * * Раздалось громкое «#$!@&!!» и блондинка вскочила, тряся юбку, с чайным пятном и одновременно закрывая рот рукой, испугавшись не цензурных выражений, слетевших с ее губ: —И-извините, рассказывайте дальше, я вытру. Пока она бегала за тряпкой две другие переглянулись: —А на тот момент ведь всё ещё была Ёсано да? Дазай кивнул и все сделали звук, словно ощутили боль от старой раны и сочувствуют героям истории. * * *