До двадцати трех

И я прячу шрамы. Господи, как же стыдно Но так хочется чтобы о них хоть кто-нибудь знал Чтоб была хоть кому-то боль моя любопытна Чтоб хоть кто-то заметил о помощи мой сигнал Ужаснись за меня, ведь я уже не пугаюсь Сожалей обо мне, потому что я не могу И пойми за меня, какой в голове моей хаос И быть может тогда я забуду свою тоску Но ты этого делать не будешь, и не обязан А меня пероксид успокоит, приятно шипя Будь по-прежнему мой секрет стыдобой перевязан Ты не сможешь любить меня, как не люблю себя я Поначалу казалось, что это меня спасает А потом я уже не могла без этого жить Я хотела б быть мягче с собой, я же всё понимаю Но в сознании оборвалась здравомыслия нить Как всегда, происходит эта хуйня внезапно Мир вокруг исчезает, а голос внутри говорит Что я это достойна. И раню себя нещадно До тех пор пока боль не заглушит привычки крик Я завишу. Я слабая. Самоконтроль подводит. Избегать боли это такая же, вроде, слабость Я не чувствую, что за посыл в голове инороден Что есть сраная казуистика, что реальность И мне страшно зубы смыкать на своём же теле Я боюсь приложить к удару всю силу и мощь Так боюсь сигарет у запястья на самом деле Мне так страшно держать над ногой своей острый нож Но потом эти раны станут моей отрадой Я себя поборола. Победы и боли гибрид Хоть на что-то способна. Пусть шрамы будут наградой Я собою горжусь. Меня от себя тошнит. И я продолжаю прятать нелепые шрамы Каждый раз обещаю, что в прошлом этот аддикт Я ведь делаю всё по собственному желанию Но желания между собою вступают в конфликт Я не знаю, какие мотивы мне слушать правильно Просто я не хочу каждый миг себя ненавидеть Я должна страдать больше, чтоб слабость была оправдана И должна же быть грань. но нет