Stay / Останься

      Будильник раздражает своим звуком его пока еще спящий мозг, и Мью требуется несколько минут, чтобы вообще понять, зачем в такую рань вообще вставать. Но потом данные начинают подгружаться.              Письмо.       Программа.       Галф.       Браслеты.       Азар.       Галф.              Но утро, как известно, начинается не с кофе, особенно если ты — альфа, у которого секс только на работе и в особо извращенной форме.              Рука привычным жестом тянется к чуть ноющему от возбуждения члену, который намекает, что с организмом все в порядке, но вот стоит все-таки меньше работать и больше уделять времени личной жизни. Но тому же не объяснишь, что не все так просто, поэтому Мью спускает белье ниже, и ладонь обхватывает уже почти вертикально стоящий орган, заставляя издать стон облегчения.              Движения заучены вследствие многократных повторений, а глаза — прикрыты, чтобы больше сосредоточиться на ощущениях. Но что-то не дает ему расслабиться и продолжать.              Что-то…       Что-то…              Мью испуганно распахивает глаза и матерится сквозь зубы:              — Ебаный браслет!              Он совсем забыл об этом “украшении”, который считает его пульс во время оргазма и передаст в базу данных, что у некоего Суппасита был секс не с его парой. Цифры на браслете близки к сотне, поэтому Мью начинает усиленно вспоминать упражнения на успокоения и глубоко дышать, внутренне кипя от ярости: теперь даже не подрочишь без разрешения!              Возбуждение немного спадает, но не достаточно для того, чтобы можно было нормально функционировать дальше, поэтому Мью, все еще чертыхаясь, ковыляет мимо испуганного таким зрелищем Галфа в ванную, благо, додумавшись замотаться в одеяло, чтобы не светить своей эрекцией на всю квартиру.              Ледяной душ помогает быстрее, чем медитация и дыхательные упражнения, но спокойнее он от этого не становится. Это видит и его сосед, когда Мью выбирается из душа, мокрый и замерзший:              — Доброе утро?              В голосе звучит вопрос, на который хочется ответить “хуютро”, но парень, конечно, не виноват во всем этом, поэтому он делает еще один глубокий вдох и кивает:              — Доброе.              Тот, уже одетый, мнется:              — Все-таки не нужно отвозить меня на работу, если тебе так сложно вставать рано…              Мью все еще пытается успокоиться, но не видит смысла скрывать проблему, потому что она будет касаться и Галфа тоже:              — Эти блядские браслеты обламывают все, я даже организм утром теперь могу успокоить только ледяным душем, иначе мой повышенный пульс станет проблемой.              Парень тут же краснеет, понимая, о чем речь:              — О…              — У тебя такой сложности разве нет?              Галф краснеет еще больше, теперь и ушами:              — Есть, но последние несколько дней так много переживаний, что тело как будто заморожено.              — Охуенно! — Мью со злостью вытирает волосы полотенцем и еле сдерживается, чтобы не запустить его в стену. — Теперь еще и дрочку надо синхронизировать!              Парень открывает и закрывает рот как рыба, выброшенная на берег, явно не зная, что сказать, но он уже сам понимает, что сейчас не время для таких разговоров. Тем более, когда нет уверенности, что их не слушают.              — Ладно, давай собираться тогда. Мне нужно минут 15, чтобы одеться и выпить чаю.              Галф кивает:              — Я уже готов. Контейнер с лапшой для тебя стоит на столе.              Мью снова ругается сквозь зубы, но идет в свою комнату, чтобы все-таки одеться и через обещанное время выйти из дома вместе с своим новым сожителем. Тот отчаянно сопротивляется, но они все-таки заезжают в пекарню недалеко от них, где он берет несколько сэндвичей и йогурт для Галфа.              Это все напоминает сценарий какого-то странного фильма, потому что Мью отвозит человека, с которым он живет, на работу, но это не его жена.       Или муж.              Последнее все еще пока с трудом укладывается в его голове, потому что какие-никакие отношения у него были только с девушками-омегами, но Мью знает, что такие парни тоже существуют, просто не рассматривал взаимодействие с ними для себя.              Зато теперь придется рассмотреть, очень подробно рассмотреть.       Чтобы понять, как максимально безболезненно для них обоих закончить весь этот фарс.              Он глушит мотор возле стандартного здания школы:              — Напиши, до которого часа работаешь — я попробую тебя забрать.              — Не стоит! Я отлично сам доберусь, — Галф все еще гнет свою линию и буквально выпрыгивает с сумкой из машины, чтобы не продолжать этот спор.              Мью смотрит ему вслед, немного зависая в своих мыслях, а потом вдруг соображает и тоже выбирается из машины:              — Галф! Ты свои бутерброды забыл!              Тот уже окружен со всех сторон детьми, которые с любопытством смотрят на чужака:              — Ой, кхун Галф! Это ваш альфа?              — Такой красивый!              — А как его зовут?              Парень, кажется, задыхается от этого натиска и отчаянием смотрит на своего вынужденного партнера. А Мью, бросая взгляд на браслет, поэтому все же отвечает:              — Да, я — альфа вашего учителя, меня зовут Мью. Теперь мы часто будем видеться, потому что я буду подвозить его на работу и забирать тоже.              Кажется, ребятня его одобряет, потому что окружает со всех сторон с намерением поближе познакомиться, но Галф мягко подталкивает их к входу в здание:              — Эй, скоро начнется урок! Не задерживайтесь, — и смотрит уже на Мью, беря пакет с едой. — Спасибо.              Он кивает:              — И все-таки напиши мне, пожалуйста. Я не обещаю приехать, но буду стараться.              Галф как-то неуверенно улыбается и тоже скрывается за дверью вслед за детьми, а Мью устало вздыхает: день только начался, а уже столько событий!              Его мозг не может переключиться на работу и через несколько часов — это замечает и Бум, который подходит к нему во время перерыва:              — Эй, ты как? Знакомство с омегой прошло не очень?              Он открывает рот, чтобы рассказать, как на самом деле обстоит дело, но темная полоска на собственном запястье напоминает, что пока не стоит так рисковать, поэтому решает обойтись размытыми фразами:              — Ты понимаешь, что непросто пустить в свою жизнь чужого человека, но Галф — очень хороший и порядочный, поэтому не думаю, что с ним возникнут какие-то проблемы.              Кроме тех, что парень — не омега.              Бум кивает:              — Я рад, что у вас получилось найти общий язык. И ты же помнишь, что программа — это не навсегда? Сделаете… дело — и разбежитесь.              Мью очень надеется, что его лицо не перекошено от ярости при мысли о “деле”, но сейчас нужно разобраться с браслетами, которые явно сильно усложняют им обоим жизнь, а потом уже думать, как выйти из этой абсолютно дурной программы. Поэтому соглашается:              — Угу, типа того.              Но работа все равно сегодня не выполняется, он зависает над строчкой кода по полчаса, и вздрагивает, когда слышит звук входящего сообщения. Но почему-то улыбается, когда читает его:              “Я сегодня до четырех. И доберусь сам домой.”              Мью тут же печатает:              “Выезжаю! Жди меня на парковке”              Его коллега удивленно хмурится, когда он поднимается с места и набрасывает на плечи ветровку:              — Ты чего? Тебя обычно с работы палкой не выгонишь.              — Дела, — он криво улыбается. — Я лучше потом из дома поработаю.              Его “дела” и правда ждут его возле школы со стопкой тетрадей в руках, и Мью по какой-то непонятной причине этому рад. И совсем не против по просьбе парня по пути домой заехать в магазин, чтобы тот выбрал продукты себе по вкусу.              Но он совсем не ожидает, что по возвращении в квартиру Галф предлагает:              — Давай поговорим? Раз мы застряли в этих… отношениях на достаточно длительное время, то надо распределить обязанности по дому.              Шестеренки в голове вращаются с трудом:              — Обязанности?              Галф кивает:              — Как ты понимаешь, я — не… тот, которого натаскивали на то, чтобы обслуживать альфу и всячески ему угождать, — парень благоразумно пропускает слово “омега”. — Поэтому я не хочу, чтобы у тебя была иллюзия, что я буду все работу выполнять по дому один. Мы оба работаем, поэтому будет честно, если и домашние обязанности мы тоже поделим пополам. Конечно, это твоя квартира, и я пользуюсь твоими вещами, поэтому я предлагаю, чтобы я оплачивал большую часть коммунальных расходов. И уход за Азаром, само собой, тоже лежит только на мне.              Мью пытается переварить услышанное:              — И что ты предлагаешь?              Парень нервно трет ладони:              — Как я понимаю, ты практически не готовишь?              — Да. Поверь мне: мою еду можно использовать как бактериологическое оружие. Вероятно, гаагский суд вообще ее запретит как особо жестокий способ пытать людей.              Галф даже улыбается в ответ на эту неловкую шутку:              — Ясно. Смотри: я могу готовить на нас двоих, но мы будем чередовать. Например, ты заказываешь готовую еду на несколько дней, потом я уже делаю что-то свое из купленных продуктов. Как тебе такой вариант?              Мью прикидывает:              — Я не против, если тебе, конечно, не будет сложно. Мне проще заказать.              Парень отводит взгляд:              — Зарплата учителя не настолько большая, чтобы я постоянно питался в доставках. А готовить самому получается прилично дешевле.              Ох.       Он совсем об этом не подумал, привыкнув жить на широкую ногу с достаточно большой оплатой труда.              Поэтому делает себе мысленную зарубку, что в “его” дни стоит заказывать что-то подороже, чтобы… Чтобы что?              Но ответить себе на вопрос ему мешает следующая фраза:              — И насчет уборки. Ты делаешь это сам?              Мью вспоминает, как нервно драил квартиру перед приездом Галфа, поэтому краснеет:              — Обычно нет — вызываю клининг, но могу и сам, если есть силы и желание.              Парень кивает:              — Тогда будем чередовать: неделю ты, неделю я. Это касается только общих комнат, в твою спальню я заходить не буду.              — Зато Азар — будет, — он не может удержаться от смеха, вспоминая ночной визит пушистого гостя.              Теперь уже черед Галфа смущаться:              — О, точно! Тогда мне нужно будет и там убирать его шерсть с пола.              Мью хмыкает:              — И в шкафу.              Потому что его темные хлопковые футболки с утра оказались с утепляющим слоем кошачьего пуха.              — Шкаф! — парень буквально стонет от отчаяния. — Этот пушистый негодяй опять взялся за свое и делает гнезда в одежде!              Он теперь уже вовсю улыбается:              — Не переживай, теперь я знаю, что шкаф надо плотно закрывать.              Галф смотрит на него с благодарностью:              — Еще раз извини за эти лишние хлопоты.              А Мью понимает, что отвечает не из вежливости, а абсолютно искренне:              — Все в порядке, мне не сложно.              Осталось только разобраться со странным желанием накормить Галфа чем-то сытным и вкусным и следить за тем, чтобы тот питался качественно и регулярно.