Мираж

Он взял её за руки и потащил дальше в кусты, мне уже было настолько страшно, что я забывал дышать. ~ Ну, как думаешь? — ПРЕКРАТИ. В этот момент я почувствовал контроль над телом и решил этим воспользоваться, скинув пионера с бразд правления над моим телом. ~ Ух ты, оказывается, сильный эмоциональный фон тоже придаёт некую силу, поздравляю, ты смог со мной справиться, но ненадолго. Я стоял, не понимая где я нахожусь, мне было трудно дышать, и глаза отказывались передавать картинку в мозг. Со временем восстановилось дыхание, а позже и зрение. ~ Тебе понравилось? Это моя новая способность — контроль тела. Мы с тобой поменялись местами, теперь ты знаешь, какого быть на моём месте. — Это не оправдывает твоих действий, урод. ~ Тебя только это и волнует, скажи спасибо, что эта абилка требует больших затрат сил, и я не могу её использовать больше чем 1 раз в день. — Иди к чёрту. ~ Как желаешь, олух. Мне всё ещё было тяжело поверить, что именно этими руками было сотворено столь ужасное дело. ~ Кстати, ты не забыл про Славю? Если ты будешь так долго тут стоять, немудрено, что тебя заметят и набутылят. — Хоть где-то ты прав. ~ Я всегда прав. Проигнорировав его слова, я бросился бежать к будущему музкружку, хотелось позабыть про этот ужас. ~ Ты никогда этого не забудешь, тварь дрожащая. — Ты ничем не лучше. Я и сам не заметил, как добежал до того домика и при этом ни разу не устал, скорее всего, адреналин в крови выручил. Возле входа стояла Славя и улыбалась, казалось, будто и не было никакого случая. ~ Вот это жизнестойкость и проявление силы характера, не то что ты. — Ничего нового ты мне не сказал. Подходя ближе, я заметил, что взгляд Слави упал на меня, и она начала улыбаться ещё шире. ~ Прям как собака только виляющего хвоста не хватает. Мне абсолютно безразличны твои комментарии. — Доброе утро, Юрий. — Доброе, Славя, говорят, ты в крапиве искупалась? — Ольга Дмитриевна рассказала? — Больше некому. — Да я сама не поняла, как там оказалась, и вышло всё довольно странно и даже при загадочных обстоятельствах. ~ Конечно, я над этим постарался. — Как ты себя чувствуешь? — Всё хорошо, тебе не о чем беспокоиться, лучше давай за работу. Не нравится мне это, слишком всё сухо. Пора поддержать её. Конечно, не в стиле союза, зато по-современному. Я начал подходить ближе и, конечно, она растерялась. Мне это было только на руку, я её обнял. Жар её тела меня привлекал, её косы теперь в моей власти, большего я не мог себе позволить. Славя ничего не стала говорить, она начала тихо плакать, рубашка намокала всё сильнее. — Не держи всё в себе, выскажись, тебе станет лучше. — Х-хорошо. Плачь начал стихать, а её руки стали сжимать меня всё сильнее, в этот момент я был похож на игрушку антистресс, у которой прямо сейчас вылетят глаза из орбит. — Я больше так не могу, слишком много поручений, пионеры не слушаются и ещё этот случай. Слёзы пошли с новой силой, и моя рубашка превратилась в платок. Я её слушал и потом начал поглаживать по голове. Плачь стих, и хватка начала ослабевать. Мы разошлись и глупо посмотрели друг на друга. Славя первая прекратила. — Спасибо, что поддержал меня. — На моём месте любой бы поступил так же. ~ Телячьи нежности. — Не любой, именно ты оказал мне помощь, и я тебе благодарна. — Прекрасно, но у нас ещё есть дела. Да, конечно, пора сделать его лучше. Мы чистили его до полудня и теперь он стал пригоден для нахождения в нём. Мне стало гораздо лучше, ведь я впервые не нарушил ничего за столь долгий промежуток времени. Мы порядком устали и, конечно, проголодались. — С работой покончено, пора и на обед. После этих слов зазвонил гонор на обед, всё по расписанию. — Полностью согласен, пора в столовую. Мы со счастливыми мордашками пошли в столовую. Снова эти тропинки, казалось бы, они ведут в неведомую даль, но они коротки и просты. Я погрузился в свои мысли и не заметил, как Славя меня взяла под руку, и опешил. Не стал ей ничего говорить, думаю, ей пойдёт на пользу, и в дополнение, мне тоже нравится, так мы дошли до столовой и, конечно, подходя ближе, моя рука вновь стала одинокой, ох уж эти девушки. Как проявлять такие знаки — так пожалуйста, а как другим показать нашу близость — так всё. ~ Просто с таким уродом в люди выходить страшно. — Ты в курсе, что у нас с тобой одинаковая внешность? Славя убежала в столовую, наверное, доложить об успехе и вновь помогать пионерам, которым всё равно на её помощь. Как говорил один умный человек: «Мир прекрасен, пока в нём есть прекрасные люди, добрые, отзывчивые и активные, готовые помочь в любую минуту, мир станет ужасен тогда, когда в нём останутся эгоистичные люди, которым будет всё равно на всех». С такими мыслями я зашёл в столовую, как обычно, тут была толпа пионеров и мне было некомфортно. Взяв свой поднос едой, я стал искать место, я увидел Алису, она стояла, как статуя свободы, уничтожая меня своим взглядом, ей было нельзя отказать. Я пошёл к её столику и сел рядом. Пора обзавестись сигаретами, а то уже трубы горят. — Где сигареты берёшь? Лагерь всё-таки, и думаю, тут нет рядом ларьков. — И правда, их нет, я взяла с запасом, чтоб хватило, и тем более, в лагере есть и покруче. — И, что же? — Алиса: Помимо импортных сигарет, тут активно используют самокрутки: отличная вещь, если надо угаситься. — Надеюсь, легально? — Конечно, просто хороший и крепкий табак. — Я бы хотел им обзавестись, а то мои уже кончились. — Конечно, как раз мы тебе и откроем некоторые схемы нашей группировки. — Прям как в 90-е. — Какие 90-е? — Это я о своём, пошли за ними. — Без б.