Христос воскрес!

Утро, дом Маршей.Вроде бы, безобидное утрецо.До некоторого момента. В дом врывается паренёк в зелёной ушанке, восстанавливая дыхание, походу, он был в спешке.Марш, что спокойно пил чай, чуть не захлебнулся.—Какого?! —произносит Стэнли обеспокоенно, вздыхая.Рыжий, поправляя ушанку, —Христос Воскрес! —произносит тот, улыбаясь во все зубы.Брюнет ухмыльнулся, осматривая того.—Хмм, ты же, вроде как еврей? И не празднуешь что-то связанное с Христом.—тот направил палец ко рту, вытирая дешёвую глазурь, от куличей, иронично.Рыжие брови стремительно хмурятся, уголки губ тянутся вниз. Брофловски обидно отворачивается к стене, давая понять тому, что он переборщил.Да Стэн и сам Кайл, знал что все это шуточно, как бы.Марш усмехается, потягиваясь.—Ну, Ка-а-а-айл.Не обижайся, —умоляет тот, напоминая, одного толстяка.Отчего тому, стало лишь возможно и противно, судя, по кислой морде. Марш зашагал в сторону того, хихикая.Стэн взял того за плечи, —Кайл, ну ты серьезно? —протягивает тот слога слов, в ответ-тишина. Вдруг, чужая ладонь дотрагивается до подбородка Кайла, поворачивая личико к себе.Они ещё несколько минут поддерживают зрительный контакт, сталкиваясь с красотой глаз друг друга. Вновь, бледные губы, коснулись до более, нежных, бархатных губ.У рыжего были слишком, мягкие губы, их хотелось чувствовать больше, больше.Пристальный взгляд, так и прожигал в еврее новую дыру, новые чувства.Было так неловко, что тот зажмурился, будто этого сейчас и не было.Голова закружилась, сердце так и билось в бешеном ритме, не успокаиваясь ни секунды. Голубоглазый, отодвинул пряди волос, что мешали рассматривать лицо своего возлюбленного, так бесцеремонно. Обвивая тонкую талию, Марш прижимает ее к себе, углубляя, столь страстный поцелуй, заставляя чувствовать новые чувства.Оба чувствуют неловкость, смущение, как маленькие мальчишки. Обрывая поцелуй, Стэн подрывается на улыбку, столь игривую.Рыжий стеснительно опускает голову..