Потерянный рай

— Ждать так ждать. Над нами не каплет, — Подходцев прикрыл глаза, тщетно пытаясь сдержать слезы. — Будем ждать.       Это были последние слова, которые Громов и Клинков услышали от Подходцева. Их добрый, верный друг замолчал, кривя губы в улыбке, горечь которой нельзя было ничем скрыть.       Никто не запомнил прощание. Разошлись тихо, неловко. Так покидают, не говоря ни слова, любовницу, с которой провели всего одну ночь, но никак не друзей, с которыми прожили бок о бок много лет, деля на троих все радости и невзгоды.       И тем не менее, их пути разошлись. Громова ждала дома жена, на которую он так страшно накричал, прежде чем вырваться к друзьям. Клинкова ждал отцовский поверенный, готовый удовлетворить любые прихоти прежде, чем новоиспеченный миллионер сам поймет, чего ему хочется.       Подходцева не ждал никто. Он, одинокий и несчастный, бродил тенью прежнего себя по опустевшей квартире и вспоминал каждое мгновение, проведенное здесь с друзьями. Нелепое знакомство, — подумать только, он едва не убил своего ближайшего друга! — буржуазная Пасха, воспитание Валечки, наказание подлеца Харченки, дуэль с соседом художником, окончившаяся очередной пьяной гулянкой… Воспоминания проносились перед глазами так, словно все это было вчера, а не год, два, три назад.       Когда-то — на самом деле, не так уж и давно — Подходцев оступился, ушел из этой квартиры. Покинув друзей, променяв их на по-настоящему буржуазную жизнь в уютном семейном гнездышке с бархатными гардинами и плюшевым альбомом для фотографий, он нарушил единство трех судеб, до этого так прочно сплетенных между собой, что, казалось, разорвать эту связь не может ничто.       Да, это стало началом конца, но разве мог он помыслить о таком? Женился бы он, зная, что через какой-то год лишится людей, без которых жизнь мгновенно стала пустой и серой? И разве стал бы Громов чинить добро какой-то остроносой девице, если бы обладал даром предвидения? Подходцев был твердо убежден, что нет. Но к чему теперь эта уверенность, когда Громов в браке, а Клинков, этот свежеиспеченный миллионер, прожигает жизнь где-то в Европе?       Но ведь жил же он когда-то без них! И жил вполне неплохо, гулял на широкую ногу, когда позволял случай, ходил в гости, не был связан никакими обязательствами… Клинков, вон, ленился чайник поставить, когда его черед приходил, стоит ли горевать по такому соседу?       Ох, Подходцев был готов отдать все на свете, лишь бы снова услышать перепалку друзей, решающих, кто сегодня готовит чай! Вот только за душой у него не было ничего, кроме воспоминаний, а они для высших сил и других людей ничего не стоили.