Бархатные губки

Через пару минут Феликс пришел в себя. Его щеки горели, буквально полыхали. Он спрятал лицо руками и побежал на поиски холодной воды. Ликс вошел в санузел. Быстрыми шагами Ли подошел к раковине и принялся умывать лицо, пытаясь убрать красноту, но, как только парень вспоминает хена, его щеки становятся еще больше красными. Феликс пытается дышать ровно, но ничего не получается. Попытки успокоить себя прервал тихий стон из кабинки. Ли испугался. «Но… этот голос…» — прозвучало у него в голове. Он подошел к двери и постучался: — Простите. Здесь кто-нибудь есть? Хен, это вы? Ответом для него была лишь тишина. Феликс отвернулся собираясь уйти, но дверь распахнулась и кто-то затащил его внутрь. Это был Чанбин. Феликс хотел закричать, но, увидев хена, не стал. Ли собирался поговорить с ним на счет случившегося, но он не смог вымолвить ни слова, так как его губы были заняты кое-чем другим. Чанбин потянул его в поцелуй. Феликс не мог думать ни о чем, кроме как о поцелуе, первым в его жизни. И парень пытался сделать его превосходным, но выходило как-то глупо и неумело. Чанбин просто не может отпрянуть от таких пухлых и бархатных губ. Он жаждет большего, поэтому входит языком в чужой рот и исследует его. Феликс от неожиданности стонет, после чего зубками покусывает нижнюю губу хена. А руки Со тем временем исследуют чужое тело, дотрагиваясь туда, куда не стоило (ему можно). Но Ли нравится такое прикосновение, он всем телом просит большего. Чанбин прерывает поцелуй и снимает с парня худи, после чего приникает к шее, а потом и к ключицам. Феликс пытается не стонать слишком сильно, но у него не получается. Чанбин снова переходит к губам, а Ликс тем временем растёгивает пуговицы и снимает рубашку. Чанбин отстраняется от него. — Прости. Я не знаю, что на меня нашло. Я заставляю тебя делать то, что я хочу… — Меня никто не заставлял, я сам этого захотел хен. — Значит ты не против если я тебя… Феликс прервал его слова поцелуем, а когда отстранился, наклонился ближе к уху. — Трахни меня, хен. — Сказал он шепотом. Чанбин не смог держать себя в руках. И тем более, когда в штанах было слишком тесно. Он снял джинсы вместе с боксерами с Феликса. Спермы было столько, что смазки была не нужна. Со намазал сперму на пальцы и вошел в Ли. В ответ получил тихий стон. Чанбину это не понравилось. Он хочет слышать как Ликс стонет его имя и начинает двигать пальцами, растягивая его. Феликс дергается, для него не привычно чувствовать такое, но ему хочется большего. Чанбин это чувствует, но хочет немного помучать. — Хен… войди в меня уже… ах… Член Со уже выпирал и можно сказать пугал своими размерами. Чанбин снял штаны и вошел на полную длину. — Ах… Чанбин… ммм… Было по началу не комфортно, но Со привык к тесноте и стал набирать темп. Феликс мог только стонать и таять в сильных, мускулистых руках. Грубоватые прикосновения, объятия, стоны подводили их к концу. — Ах… хен… я сейчас кончу…ах. Чанбин сделал последний толчок. Ли укусил того за шею, кончая на пресс старшего. Когда Чанбин посмотрел на младшего, тот посасывал и облизывал место куда сам укусил. Это было очень приятно. Со поднял голову Феликса и поцеловал эти нежные и бархатные губки.

***

Менеджер привел Ли к Со и попросил накрасить его к предстоящему выступлению. Когда тот ушел, оставив их одних, Ли взял сумку, достал принадлежности и приступил к макияжу, но Чанбин схватил его и утянул в поцелуй. Феликс ударил его от неожиданности в плечо. — Что не так? — Ты что творишь? Ты хоть знаешь где мы находимся? — Да. И что? — А то. Ты не боишься, что нас могут увидеть? Это может плохо закончиться… — Нет. Ни капли. — А что если про тебя начнут говорить всякие… — А мне плевать, что они скажут. Самое главное, что ты рядом. Остальное все не важно. Феликс покраснел от этих слов. — Хорошо. Но больше не приставай ко мне на работе. Понял? — Понял. Чанбин шлепнул Феликса по жопе и прикусил нижнюю губу. — Эй! Ты чего? Это не твоя собственность. — Кто сказал? Она моя и точка. Со снова шлепнул парня. — Ну ты и извращенец. Чанбин только посмеялся. — Люблю тебя. Конец. А кто читал молодец.