Ангел из Ада

      Вчерашний вечер, когда Рейчел приехала домой, она помнит как в тумане. Даже Тони, ее старший брат, не на шутку переживал, он старался не давить на сестру, которая была измученная и выглядела как выжатый лимон, он измерял гостиную шагами, грызя ногти, он всегда так делал, когда очень переживал. Последний раз в таком состояние Рейчел видела брата, когда тот ждал ответы от колледжей, в которые хотел поступить. Родители были менее сдержаны, миссис Санчес ахала и охала от каждого слова дочери, которое вытягивала щипцами. — Не видите, что ей и так тяжело, оставьте в покое ее, — не выдержал Тони, на его лбу вздулась вена, а волосы он взъерошивал каждые две минуты.       Рейчел лишь благодарно ему кивнула и отправилась наверх в спальню. Рейчел стояла полчаса под горящем душем, не шелохнувшись. Ей казалось, что вся грязь в неё въелась, а запах крови ее преследует вперемешку с антисептиком. Она не помнит и не знает, то ли несколько часов лежала в кровати прожигая потолок взглядом, то ли несколько минут. Из крепкого сна ее выдернула мама, которая аккуратно поглаживала ее волосы. — Я знаю, что тебе тяжело, но там пришли полицейские для допроса, — ласково произнесла миссис Санчес. Рейчел попросила дать ей две минуты. Она быстро накинула на себя домашнюю одежду и прополоскала рот: времени чистить зубы просто не было. Господа полицейские не давили на девушку, лишь попросили рассказать, что случилось. Они внимательно ее слушали, лишь задавая уточняющие вопросы. Отец рано утром уехал на работу, он был весь на взводе, ему самому хотелось присутствовать, но работа не позволила отгул, а мама Рейчел решила остаться, чтобы не оставлять дочь одну. Тони сам был не свой, видимо, он не спал всю ночь, у него были мешки под глазами, уставший вид. Миссис Санчес попросила его удалиться на кухню, когда полицейские расспрашивали об аварии Рейчел, чтобы тот не мешал и не маячил перед глазами. — Спасибо за сотрудничество, Мисс Санчес, — немного вяло сказал один из сотрудников, вставая с дивана вместе с документами и ручкой, — вам очень повезло, как и молодому человеку.       При одном упоминание о Лиаме, все внутри замирало у девушки, она хотела знать каждую маленькую деталь о нем, осознание, что она больше не будет участвовать в его жизни никак не доходило до ее сердца. — Как он? — спросила миссис Санчес, этот вопрос крутился и у самой Рейчел. — Он в полном порядке, мы его допросили ещё в больнице утром и отвезли домой, — улыбнувшись, отчитался другой сотрудник. — А с другими как дела обстоят? — продолжила расспрашивать Маргарет Санчес. — Тем бедолагам повезло намного меньше, — хмуро ответил первый сотрудник, — один скончался до приезда в больницу, а другой в коме. — Это ещё не точно, пока экспертиза не готова, но эти молодые люди были под алкогольным опьянением и, возможно, даже под наркотиками.       Маргарет лишь хватилась за сердце, от услышанных слов ей стало дурно. Второй сотрудник цыкнул первому, что это разглашать при незакрытом деле нельзя, но это никак не остановило того. — По правилам дорожного движения гражданин Скотт полностью невиновен, поэтому все будет хорошо, вы просто родились в рубашках, сам Бог вас любит, — сказал он уже последнюю фразу Рейчел, которая внимательно и молча слушала сотрудников.       Полицейские попрощались и вышли из дома, Тони, который все подслушивал около двери кухни, вылетел и бросил, что пойдёт навестить Лиама. Мама согласилась с ним, что парня стоит проведать. Рейчел пробурчала, что она ещё устала и останется дома. Миссис Санчес согласно закивала, что ей стоит отдохнуть, а вот Тони недоверчиво посмотрел на сестру. Он прекрасно знал, как та относится к Лиаму. Чего таить, она сохла по нему, как рыба на суше. Но Тони не стал ничего говорить, он выбежал из дома. Будь воля Рейчел, она бы осталась ночевать под дверью палаты Лиама, охраняя его сон, но теперь она не может этого себе позволить.       Миссис Санчес отправилась на работу после обеда, она как курица наседка прыгала вокруг Рейчел, принося ей в комнату то чай, то пасту с курицей, которую она так редко готовит, но это любимое блюдо дочери в исполнение миссис Санчес. Рейчел не желала вылезать из кровати, телефон рыжеволосой разрывался от звонков Эммы. Их город был маленький, поэтому про аварию уже к вечеру все знали. Знакомые Рейчел сыпали ее вопросами в разных социальных сетях, но та их игнорировала, закинув телефон подальше от себя. Рейчел выдохнула, когда мама все же ушла, ведь такая опека над ней была невыносима. Девушка хотела уснуть и не просыпаться несколько суток, выпасть из реальности и из этой жизни, которая принесла ей столько боли за один день. Тони вернулся от Лиама через пару часов, Рейчел не видела брата, но по громким шагам она знала, что старший брат недоволен. Она хотела одновременно и выбежать и комнаты и разузнать о своем бывшем, но думала головой и понимала, что лучше начать привыкать жить без Лиама, и Тони, наверняка, узнал о расставании, поэтому немного не в себе. И Рейчел оказалась права. За час до прихода родителей Тони не выдержал и вломился в комнату сестры. Рейчел лежала спиной к нему ничком. Слезы уже пару часов назад высохли на ее щеках, но подушка все еще влажная. Она не сдвинулась с места от шума открывающейся двери, она хотела, чтобы Тони подумал, что она спит и ушел из ее комнаты, которая была, как застывший мир, где безопасно, ее маленькое убежище, где ее никто не найдет и не потревожит. — Какого черта ты это сделала? — хрипло спросил Тони, по голосу было сложно понять зол он или огорчен.       Рейчел так и хотелось сказать, что этот черт — Крис Ратнер, и он самый настоящий черт, без всяких шуток. Он, черт возьми, гребанный демон, исчадие ада, воплощение зла в человеческом облике. Но она молчала. — Ты знаешь, как ему хреново?! — тембр голоса Тони становился громче, Рейчел видела тень своего брата на стене, куда пялилась не моргая, а слезы снова покатились из глаз, Тони облокотился о косяк двери.       Ей хотелось сказать, как ей хреново, ей даже хуже, чем Лиаму. Ведь люди расстаются каждый день, кто-то кого-то бросает из-за того, что чувства изжили себя. Но в случае Рейчел ей пришлось бросить любимого парня не из-за того, что она разлюбила, он ее предал или изменил ей, нет, он идеальный, а из-за того, что если она останется с ним — он погибнет. От этого просто невыносимо, из-за этого хочется самой умереть. Зачем жить, если ты не можешь быть с любимым и это никак не исправить? Совсем никак… — Я знаю, что ты не спишь, — выдохнул парень, но Рейчел все равно не шелохнулась с места, — просто это настолько отвратительно все, ты с ним была из-за тачки, да? — кипятился Тони, — раньше, наверное, ты хотела с ним быть, потому что он был популярным чуваком в школе, а после из-за тачки и что работает в хорошем издании ЛА? Тачки не стало и ты решила, что найдешь себе парня получше? Побогаче? Покруче? — плевался словами старший брат.       Рейчел хотела встать, подбежать к нему и просто дать ему в рожу и кричать, что это вранье. Как он смел так думать о ней?! О своей родной сестре! Но она продолжала лежать, а слезы сплошным ручьем катились по щекам. Ей еще больше хотелось достать телефон и позвонить Лиаму, побежать к нему в дом и начать оправдываться. — Мне даже противно стало от тебя, просто знай, Рейчел, что тебе это аукнется, ты сама себя закапываешь потихоньку и неизвестно, что с тобой будет дальше, — все так же грубо говорил Тони. — Да что ты несешь, черт тебя дери?! — не выдержала Рейчел, она резко встала с кровати, глаза были красные от слез, как и нос, рыжие волосы немного спутаны, выглядела она потрепанно, — Что. Ты. Несешь?! — не сдерживалась девушка. — Как есть говорю, — устало ответил Тони, он прищурил глаза, радуясь, что заставил сестру показать хоть какие-то эмоции. — Ты ни хрена не знаешь, — шипела сестра, подходя ближе к брату, — поэтому позволь дать тебе совет: заткни свое хлебало и не говори того, чего не знаешь! — она толкнула обеими руками брата и со всей дури закрыла перед ним дверь. Ей было невыносимо слушать весь бред братца, который вел себя, как полный придурок.       Рейчел прижалась спиной к двери и скатилась вниз на пол, зарываясь руками в волосах. — Лучше подумай хорошенько, Рейч, — насмешливо сказал братец.       Она услышала уже более легкие шаги брата, которые отдаляются от ее двери и закричала. Наконец-то она дала волю себе и своим чувствам. В голове все звенело, она не слышала собственный вопль, который разносился не только по ее комнате, но и во всем доме. Она злилась на себя, на брата и на Криса.       Этой ночью она не смогла сомкнуть глаз. Рейчел уснула лишь под утро, когда слез совсем не осталось, в комнате стало светлеть и лучи утреннего солнца проникали в комнату.