А если бы все было по другому?

***

Никита немного посидев на диване с Артуром в тишине, всё же решился подойти к столу, где уже была еда, а некоторые из его знакомых даже начали трапезничать, то ли дело звонко стукаясь рюмочками о рюмки. Константин был в их числе, только он был таким хмурым, по прежнему предпочитая дальние углы, сидя на стуле, опирался на его спинку локтем. Костя разглядывал до краев наполненную рюмку, а затем поспешно выпил ее залпом. Никита не особо хотел навязываться Косте своим присутствием, но всё же ему было не с кем сесть, все были как-то отделены друг от друга небольшими компаниями, трио и дуо, а кто-то и вовсе сидел в одиночку, вообщем Никита просто решил присесть недалеко от Константина, может быть даже получится вытянуть из него какую-нибудь информацию, кто знает. Никита подошел к краешку стола, присев на свободный стул. Костя косо посмотрел на него, что вызвало ответную неприязнь, правда мотивы Кости были непонятны до сих пор. Плюхнувшись на стул, Никита начал играть с подолом скатерти, прокручивая пальцами вокруг заманчивой рюмочки. В итоге он наконец крепко схватил ее, и, последовав примеру Константина, выпил ее залпом. Никита не особо дружил с алкоголем, что и часто подмечал Артём, но его здесь не было, поэтому Никите было трудно справиться с резким приливом горечи и смешанных эмоций, поступающих в его организм. Он судорожно начал искать руками закуску, нащупав какие-то малосольные корнишоны в тарелке, полностью положив одну штучку в рот. –Ты сначала нюхай, а потом уже пей, раз уж на то пошло , – с язвительной насмешкой сказал Костя, утяжеляя свой взгляд. –Мне так неудобно , – промямлил Никита, выливая в рот оставшуюся жидкость. –Ты не разбираешься, сразу видно что не часто пьешь. Зачем тогда бухать пришел, раз не умеешь правильно это делать , – с ухмылкой проговорил Костя, осматривая Никиту с ног до головы. –Тебе то какая разница, пей сам, в мою рюмку заглядывать необязательно. Костя лишь недовольно фыркнул в ответ. Сразу видно, что натура у него саркастичная. Но в общении, по мнению Никиты, он наверное был нормальным. Хотя, Артём бы так не сказал. Эти тайны так достали уже, все что-то скрывают, надоело. Никита засмотрелся в одну точку, размышляя. Его преследовала очень навязчивая идея, но он не собирался идти на поводу у своих желаний. Это была бы плохая идея. Из ступора Никиту вывел Артур, который махал рукой вверх вниз, маяча перед Никитой. –Ээй, ты чего застыл? Мы скоро в бутылочку будем играть, не хочешь с нами? –Я пас. –Душнила , – протянул Артур, закатывая глаза. Никита закатил глаза в ответ, теперь был раздражен даже больше. Артур был таким надоедливым, Никита не уставал бы повторять. Однако он неплохой друг, просто Катька эта… Настраивает наверное Артура против Никиты, он то её знает. Её бывшая подруга тоже должна была придти сегодня, но что-то задерживалась. Сегодня вообще много кто должен был придти, многие из которых были знакомы Никите. Никиту преследовало желание покурить, поэтому он вышел из душной комнаты, направляясь на балкон, который был прямо по коридору. Удобно кстати, даже очень. Никита открыл дверь, его поприветствовал приятный, теплый ветерок, напоминавший о том, что каникулы на носу, но и экзамены в этом радостном событии словно гниль. На балконе стояла курящая девушка, чьи черные, как смоль волосы прелестно развивались по ветру. Она повернулась, ее большие, черные глаза были направлены прям на Никиту, заглядывая буквально в душу. Она подмигнула, улыбнувшись. –Снова приветствую вас, молодой человек. Я так и не спросила вашего имени. «…Почему она перешла на «вы»? Вроде бы мы у подъезда на «ты» обращались …» , –подумал Никита, поднимая свой взгляд на неё. – Я Никита. Никита Лыткин. А ты? –Алиса Пак. –Ты кореянка? Имею ввиду, по нации? –Ну моя мама гречанка вообще, но по бабушкиной линии кореянка. Бабушка с дедушкой вместе не жили, а моя мать своего отца не воспринимает всерьез, поэтому взяла фамилию матери. У меня точно также, я даже фамилию отца не знаю, да если бы только фамилию… Я вообще его не знаю! Мама всякий раз отказывается меня с ним знакомить, мол, он слишком много страданий в ее жизнь принес, и в моей худобы с ним не избежать. –Вот как… У меня изначально в детстве тоже отца не было. А недавно мама привела ковалера, а он мой родной папаша, прикинь? ,– с натянутой улыбкой протянул Никита. Он подошел ближе к балкону, опираясь на перилла. Достав из кармана пачку Estelle, он вытянул одну полосочку табака, поджигая кончик. Он сделал глубокую затяжку, дым сразу же наполнил его легкие, а затем, как и волосы дамы, начал рассеиваться в воздухе. –Они без стыда тебе это так просто рассказали? , – с удивлением спросила она, ее глаза даже округлились, становясь больше. –Нет. Я сам узнал, подслушав. Еще на окне кто-то перевернутую пентаграмму нарисовал, красной помадой. Я высоко живу, кому вообще было бы не лень залазить, именно на моем окне рисовать. –Слушай, а ведь на днях я тоже на окне еле отмыла это. Только я живу в частном доме, что еще более жутко. Никита даже удивился, что он не единственный, кто подвергся глупой шутке. На время над ними повисла тишина. Никита смотрел в небо, которое с солнечного постепенно переменялось в пасмурное. –Аня умудряется даже после инцидента на вечеринки ходить , – спустя время тишины пробормотал Никита , – её же Аня зовут, да? Подругу Катьки? –Вроде бы. Я общалась с ней, она простила Катю, вот ведь терпила… –Ну кто знает, какая личность может скрываться за такой тихоней. Может она намеревается даже отомстить Катьке. –Вполне возможно , – задумчиво процедила девушка, отряхивая бычок о пепельницу , – Они там кажись, в бутылочку играют. Я лучше тут посижу. Никита понимающе кивнул, он тоже собирался посидеть тут несколько мгновений, дабы потом нажраться и напиться от души. Сейчас алкоголь медленно, но оказывал на него влияние, поэтому Никита даже и не запоминал в точностях детали их диалога, просто изредка глядя на Алису. На ее руках были свежие порезы и давнишние шрамы, что неудивительно для подростков их времени. Она была настолько худой, что казалось, будто она совсем не ест ничего, а питается только дымом табака, ибо даже стоя рядом с ней, было слышно насквозь пропитавшуюся дымом толстовку. Раньше Никита думал, что он очень много курит, дальше некуда, но только сейчас понял, как же он заблуждался.

***

Спустя некоторое время Никита совершенно погрузился в свою думу, из которой его вывел внезапный крик изнутри дома. Он был настолько громким, что Никита на мгновение подумал о том, что его барабанные перепонки лопнули, ибо после крика последовала оглушительная тишина. Было слышно посторонние шаги, которые шли по ориентиру Никиты ванную. Он решил не отличиться, оглянувшись, он не заметил рядом Алису. Надо же, он не заметил как она ушла прямо у него перед носом. Никита быстро пошагал в дом, приоткрыв дверцу, которая вела внутрь. Он неуклюже дошел до ванной, отчего глаза его округлились. На фоне чужих силуэтов, которые с ужасом закрывали свои рты руками, висело безжизненное тело, той самой Ани. Голова ее свисала вниз, а под ногами валялся деревянный табурет, чей грохот никто даже не слышал, уж так все были увлечены своими делами. Аня выглядела достаточно болезненно, было видно что к вечеринке она даже не готовилась. Грязная, мятая одежда, огромные синяки под глазами, засохшие губы и посиневшее лицо. На фоне всего этого выделялось недавно посиневшее личико, что едва перекрывали ее короткие волосы. Ее лицо было заплаканным, видно что она в последнее время делала это достаточно часто. А план самоубийства, вероятно, планировала очень давно. Катька, кажется, впала в транс, ибо она не двигалась, будто застыла, как идеальная работа скульптора, которая не особо так и вписывалась в нависшую над ними атмосферу. В руках ее был оборванный листочек, с какими-то записями, которые отчетливо было видно из под ее ладони. Один Лёха не был особо удивлен, его глаза были безразличны. Он быстро выхватил у Катьки листочек, а она в свою очередь даже не пошевелилась, по ее глазам текли слезы, а рядом с ней стоял Артур, который всеми силами старался успокоить ее. Лёха вскинул на всех строгий взгляд, а затем прочистив горло, начал читать: «Я так долго терпела все эти унижения, всё это время я подрабатывала проституцией, чтобы хоть как-то обеспечить себя, купить еду и по возможности оплачивать жилье. Родители оборвали все связи со мной, я часто проходила мимо одного из их магазинчиков, а они даже не смотрели, но я знаю, что их взгляд застывал на мне когда я проходила к ним спиной. Мне было неуютно и неловко, все мои старые друзья отказались от меня, у меня осталось только мое тело, которым я торговала из-за одной несчастной ночи. Я зла на всех, и на себя тоже. Я стала такой никчемной, а всё это потому, что виновата во всём ты, Кать. Ты не сможешь понять меня, ты не сможешь поставить меня на своё место, потому что ты всегда завидовала мне и моему положению. Я всегда отличалась от тебя, ты заводила себе кучу парней, меняя их как перчатки, думала, что сможешь заполнить пустоту и подавить свою зависть. Но я хочу, чтоб ты жила с навязчивой мыслью о том, что ты подлая сука, которая погубила ни в чем неповинную жизнь. Я забеременела от твоего парня, если его можно так назвать. Из-за стресса у меня случился выкидыш, и теперь, я повешаю на тебя сразу два убийства. Ты заслужила это.» –Я… Я не хотела… , – промычала Катя, зяблым голосом , – Прости… Никита сразу понял, что делать ему тут нечего. Верно, девушку жаль, но пусть они тут сами разбираются. Уже понятно, что Катька не отвертится от уголовной ответственности, ее по-любому поставят под закон за доведение до самоубийства. Но Никите не было жаль Катю, она была подлой, жаль конечно, что Артур связался с ней, но это его личное дело. Алиса была тоже абсолютно безразлична к ситуации, она стояла в дверях, скрестив руки. В ее глазах даже бликов не было, потому что взгляд был опущен в пол, отчего свет лампы не попадал в её зрачки. Никита быстро вышел из ванной, ибо обстановка давила на него. Понятное дело, что вечеринка будет отмена, ибо какое веселье тут. Все щас по домам разбегутся, как минимум пару недель никаких днюх, да тус не дудет. Никита раздраженно вздохнул, подойдя к столу, у которого никого не было. Он выпил несколько рюмок водки, а затем закусил всё какими-то вафлями. На столе стояла одинокая баночка пива, Никита быстренько взял её и засунул себе за пазуху. А затем решил быстренько свалить отсюда. Он прошел по коридору, где заметил обувающуюся Алису, она мрачно глянула на Никиту. –До встречи , – шепотом сказала она. –Пока. Никита пропустил ее вперед, она поспешно удалилась в лифте. Он не хотел спускаться по лифту, решил пройтись по лестнице, чтоб пиво хлебать интересней было. Он спускался ступенька за ступенькой, навязчивая идея начала одолевать его разум. Он думал, размышлял, что будет. Но желание было сильнее, отчего он даже твердо решил, что воплотит это в реальность. В алкогольном бреду люди часто совершают необдуманные поступки. В такие моменты реальность кажется сном, человек даже порой думает, что он способен творить все, что ему угодно, он не будет за это в ответе. Никита не осознавал последствий своего решения, но оно настолько засело у него в разуме, что даже и размышлять о нем было уже нечего. Он переразмыслил всевозможные исходы, но они совершенно не пугали его, будь то несчастный конец, будь то всеми любимый «Happy End». Он даже задумался, что представляла его мать о нем, наверное, она думала что ее сын встанет на ноги, будет достойно зарабатывать, обзаведется семьей, принесет в дом внуков. А кто в итоге ее сын? Жалкий лох и педик - всё, что впрочем описывает Никиту. Он всегда считал себя никчемным, даже если и прямо не думал об этом, в подсознании это отражалось в его жизни. Никогда он не принимал самостоятельных решений, просил у всех совета, часто попадал под чьё-то негативное влияние. А попади капля алкоголя в его организм - жизнь сразу имела другие оттенки, он словно надевал розовые очки, жизнь казалась сказкой. Он шел по лестнице, ни о чем не думая, разум был пуст, а в голове будто заела эта идея. Незаметно для себя, он спустился до самого нижнего этажа, он колебался, его шатало из стороны в сторону, пока он дошел до железной, тяжелой двери. Он дернул за ручку и с грохотом открыл её. Спустившись с лестницы, он оглядел ночную улицу, здесь она ярко освещалась фонарями, на улице даже играли дети. То ли дело рисовали мелками, да играли в салочки. Никита обернулся, последний раз оглядев серую многоэтажку. Он посмотрел в окно балкона, балкона, где он только сегодня курил с загадочной дамой, она словно растворилась, даже оглядев улицу ее не было нигде. Она была легкой на подъем, человек не надоедливый. Возможно, она была бы хорошим другом, жаль они не обменялись номерами или хотяб страничками в ВК. Никита не особо соображал, но в темноте, в кустах он видел два силуэта, отчего ему даже стало немного смешно, его лицо исказилось в кривой улыбке. Он пошагал куда-то в сторону, место, которое ему было нужно было недалеко отсюда, поэтому он прошелся пешком. Неуклюже достав одну сигаретку из кармана, он закурил, глядя на звездное небо. Красивое то какое сегодня… Чистое, никакие тучи не мешают. Хотя дождик сегодня был, о его наличии свидетельствуют многочисленные лужи, грязь, запах мокрого асфальта. Он вдохнул запах, ему он нравился, сегодня особенный какой-то. Никита напевал какую-то песенку, пока шел, затягиваясь с каждым разом глубже. Он свернул за темный переулок, и вот, родное место. Он быстрым шагом подошел к подъезду, еле стоя на ногах. А затем, зашел вовнутрь, приоткрывая дверцу. Он зашел, пахло чем-то родным, таким знакомым. Давно он тут не был, даже ностальгия навеяла. Этаж за этажом проходил так быстро, он на крыльях счастья буквально пролетал по ступенькам, желая растянуть момент радости подольше, вместо того чтобы ехать на лифте. Он постучал в знакомую дверь, дожидаясь пока хозяин квартиры откроет. Он, небось, спал уже, а Никита беспокоит его в поздний час. Хотя кто его знает, сессии все сдал уже поди, а теперь ночами рубится в игрушки компьютерные. Так что беспокойство как рукой сняло, да и в пьяном бреду оно его не особо мучало. Он открыл дверь, вылупив свои голубые, цвета неба глаза на Никиту. Стоя в дверях и в своей пижаме, он совсем не был сонным, они долго стояли и смотрели друг на друга, этот момент, кажись, длился очень долго, будто бы вечность прошла, а они уже давно умерли, а эта картина зависла в их покойной душе. Никита невольно, не соображая что делает приблизился к Артёму, который попятился назад, позволяя Никите перешагнуть наконец порог, проводящий черту между их гранями. Никита приближался, медленно, не сводя глаз с Артёма, его глаза блестели, он перевел свой взгляд на губы Артёма. Несколько мгновений спустя, Никита обхватил его плечи своими руками, он зашел даже не разувшись, да и дверь была открыта нараспашку, что углубляло адреналин ситуации, прижавшись к стенке спиной, он тихо выдохнул, накрыв губы Артёма своими. Это сладкое мгновение длилось недолго, но Никита успел прочувствовать всю сладость и припухлость губ Артёма, даже обычных, детских чмоков хватало Никите, чтоб довести его до предела, свести с ума его пьяный разум. Артём, как ни странно, отвечал с такой же страстью на поцелуй, приобняв спину Никиты своими руками, он наклонил свою голову, чтобы предоставить Никите доступ углубить поцелуй, который становился интенсивным и более влажным. Артём взял инициативу на себя, углубляя поцелуй, чтоб это был не просто какой-то шкетский чмок, а настоящий поцелуй, с языком. Он толкнул языком в губы Никиты, отчего Никита испустил тихий стон удовольствия и неожиданности одновременно, пухлые губы Артёма и без того сводили его с ума, а тут еще и язык… Никита был буквально где-то на небесах. Ему было так хорошо. Рот Никиты приоткрылся, впуская язык Артёма без всяких проблем, а затем их языки начали толкаться друг в друга, постепенно сплетаясь воедино. Комната наполнилась охами, да вздохами. Никита немного закатил глаза от удовольствия, вкус алкоголя на его языке придавал необычную сладость поцелую. Руки Никиты перешли к волосам Артёма и зарылись в них, поглаживая кожу головы Артёма, слегка влажную… Наверное он помыл голову недавно, скорее всего перед самым приходом Никиты. Артём не остался в стороне, спустив свои руки до талии Никиты, его глаза были прикрыты, он точно также отдавался чувствам, только он также не осознавал реальность, хоть и был трезвым. Язык Артёма нежно блуждал и исследовал рот Никиты, проводя кончиком по зубам, нёбу. Никиту дурманили его действия, он был подвластен в этот момент своим чувствам, и был очень уязвим. Никита лишь чувствительно отвечал на поцелуй, раньше он целовался просто в губы, а опыт с языком у него впервые. Он старался изо всех сил, но всё равно на фоне Артёма Никита выглядел более неуклюжим и неопытным мальчишкой. Руки Артёма поднялись с талии Никиты до его шеи, потирая ее большим пальцем. В этот момент чувство щекотки пропало, ибо Никита был увлечен поцелуем, который еще даже не прерывался, но вскоре все изменилось. Оба парня лишились доступа к воздуху, поэтому поцелуй пришлось оборвать, но Артём не остановился и перешел к шее Никиты, нежно покусывая ее, а затем, совсем присосавшись к ней, он оставил багровый засос, который Никита, вероятно, будет прятать еще несколько недель, но зато будет помнить, сколько страсти в него было вложено. Никита издавал стоны, которые становились всё громче, он нарочно делал это прям в самое ухо Артёма, чтобы он возбудился еще больше. Никита начал расстегивать своими дрожащими от вожделения пальцами, рубашку Артёма, отчего пуговицы даже пару раз предательски выскользнули из рук Никиты. Артём спускался к ключицам Никиты, покрывая их розовыми пятнышками, заметив свою футболку, он даже углубил свою страсть, начиная покусывать выпирающие косточки Никиты. В свободных штанах Артёма виднелся бугорок приличных размеров, отчего у Никиты даже появился легкий румянец. Он не знал что будет дальше, но он очень хотел, чтобы это всё, всё, что они делают, завершилось его пробуждением в кровати Артёма в его нежных объятиях. Никита томно взглянул на Артёма снова приближаясь к его губам, он подарил ему короткий, но чувственный поцелуй, параллельно издавая тихие вздохи, а затем прошептал в самые Артёмовы губы: –О чёрт, как же я хочу тебя , – охрипшим от возбуждения волоса прошептал Никита, поглаживая грудь Артёма.