Малиновые сны

Толик сиял. Он сдал экзамен. Я, поборов зевок, поздравил его. Свой заслуженный «хор» с размашистой росписью немолодого преподавателя я получил самым первым, ещё часа три назад. - Отметим? - Давай, - пожимаю плечами. Выпить холодного пивка в такую жару самое оно. Мы загружаемся в мою Хонду, не новую, но на ходу, и решаем двинуть на набережную. Толик – единственный, с кем я общаюсь в институте. Он сам немного того. Вечно где-то летает, иногда спит на ходу. И мышление у него такое… Не как у других. Он абсолютно лишён чувства юмора. И помешан на компьютерах. - А ты на что сдал? - Четыре, - вздыхаю я. Третий раз спрашивает. - Молодец, - говорит он. - Знаю. Дальше едем молча. Толик копается в своем смартфоне. На перекрёстке сворачиваем налево, сто метров и мы на набережной. Машин мало – всё-таки полдень, рабочий день. Еле двигаюсь, решая, где запарковаться. Мой взгляд привлекает толпа молодёжи, некоторых ребят узнаю. Останавливаюсь, меня так удачно прячет куст сирени. Разглядываю паренька в жёлтой футболке и джинсах. Всё настолько в обтяжку, что для парня просто неприлично. Хотя он и не скрывает, что пидор и у него немало поклонников. Век свободы, мать его. Лучше бы коммунизм был. Носили бы все галстуки. Этот бы галстук я засунул этому клоуну в рот, пока ебал бы его в туалете. - Увидел кого? – Толик поднимает глаза и поправляет очки. - Ага. Этого, как его, Мишку из пятой. И чего я юлю? Прекрасно знаю, как его зовут. Пацан перевёлся к нам ещё зимой и неизменно привлекал моё внимание. А это опасно. Правда, он об этом не знал. - Пошли или посидим? – Толик серьёзен. Блять, он всерьез хочет посидеть в машине без кондёра в тридцатиградусную жару? Просто выхожу и иду к виднеющемуся на горизонте ларьку. Там мы покупаем пиво и прячемся под тенью раскидистого дерева. Я откидываюсь назад и закрываю глаза, наслаждаясь редким ветерком. Толик вещает. Если он начинает что-то рассказывать – это надолго. Можно выйти покурить, забежать на кухню, глотнуть водички, вернуться и как раз начнётся самое интересное. Отрешаюсь и погружаюсь в свои мысли, думая о новой модели только появившейся в ряде Субару. Одни достоинства, самое забавное, что я могу себе её купить. Но тогда разрушу легенду – откуда у студента из детдома столько денег? - Представляешь? – толчок под рёбра, и я киваю, глотаю пива. Вот сдам экзамены и поеду куда-нибудь далеко. Очень далеко. - Пошли, прокатимся? – Толик указывает на одиноко стоящий прогулочный катер. А что? Идея. Выбрасываем бутылки в мусорное ведро (я за экологию) и покупаем билеты. Кроме нас желающих немного: парочка, явно не знающая чем занять день, мамаша с дитём, компания каких-то колхозных тёток. Так как этого количества пассажиров явно маловато, то ждём ещё идиотов, которым взбрело в голову покататься в самое пекло по реке на разваливающемся корыте. К сожалению, ждать долго не приходится. Я замечаю, как у кассы толкаются недавно увиденные нами студенты, среди которых Миша. Ну круто. Может, передумают? Нет. Ржут, как кони, пытаются столкнуть друг друга в воду. Мише жарко, он снимает футболку, и все могут насладиться его торсом. Его мышцы не такие развитые, как мои, спорт он явно не жалует, руки худые, рёбра выступают, стоит ему глубоко выдохнуть, но, сука, это выглядит так привлекательно, так беззащитно, что у меня что-то сжимается внутри. Моя слабость вот такие вот мальчики. На вид ему лет пятнадцать, ну семнадцать. Не был бы он в параллельном потоке – не догадался бы, что он мой ровесник. Светлые-светлые волосы, голубые глаза, невинные такие, васильковые. Кожа, не тронутая солнцем, россыпь веснушек по всему телу. А ещё у него маленькая и упругая задница, которую он демонстрирует всем желающим в этих своих пидорских джинсах. - Они будут кататься с нами, - выдаёт очередную реплику Толик. - Угу, - отзываюсь я. Компания замечает нас и решает подойти. Придурки, блять. - Привет, - кто-то на вид знакомый. – Вы сдали, да? - У меня пятёрка, - хвастается Толик. - Сильно. - Препод такая грымза, - возмущается кто-то. - Да уж, я слышал, что она терпеть не может тех парней, кто не в костюме пришёл. - Вот, блин, мне никто не сказал. К разговору я не прислушиваюсь, пью своё пиво. - А ты, - звонкий голосок, который я сразу узнаю, - на что сдал? Делаю вид, что не слышу. Тонкая рука ложится на моё плечо, и я вздрагиваю. Поднять глаза всё-таки приходится. Щёки Миши чуть покраснели. То ли из-за выпитого, то ли из-за смущения. - На четыре. - А я на три, - он морщит свой маленький носик. – Так вот. Миша, ты придурок, беги. Но он садится рядом. Милая, забавная мышка сама не знает, что ползёт в ловушку. Откуда-то появляется водка, пластиковые стаканчики, нехитрая закуска в виде чипсов. Я так же пью своё пиво, не поддаваясь на уговоры, а Толика уломали. Катер отчаливает, врубают музыку. Я не отвожу глаз от Мишки, волосы которого задорно треплет ветер. Он близко, что-то рассказывает, задорно смеётся, неумело курит. Представляю, как возьму из его тонких, словно у девушки, пальцев тлеющую сигарету, как поднесу к его плечу, любовно приложу… Сначала он будет недоумённо таращиться, буквально мгновение, потом заорёт. Его глаза расширятся, быть может, на них выступят слёзы, которые я потом слижу языком. - Макс? – он кладёт свою руку на мою и не убирает её. – О чём ты думаешь? - Ни о чём. Смотрю на него так выразительно, что его нежные щёки заливает пурпурный румянец. - А ты… - он делает глоток из моей бутылки, намеренно даёт паре капель стечь по губам, ниже, по подбородку. Хитро щурится, облизывает эти самые губы, как шлюха. – Как проведёшь лето? - Отдирая тебя по полной, - хочется ответить мне, но вместо этого я говорю: - Ещё не знаю. Минимум информации. Перевести разговор на самого субъекта. Люди обожают говорить о себе. *** Мишка позвонил на следующий день. Конечно, мучился с похмелья, его голос был хриплым и слабым. Блять, засадил бы я ему сейчас. Да не время. Я откладывал встречу раз пять. Зато сдал последний экзамен. В институте Миша со мной демонстративно не поздоровался. Типа его никто и никогда не динамит. Звезда, блеать. Пораскинув мозгами, я всё-таки пришёл к выводу, что не стоит гадить в своём же курятнике. Миша, как нежная фиалка, не поймёт моих замашек. А всё-таки хотелось бы доучиться. Всего год остался. Всё изменил Толик. Как-то вечером я забежал к нему, да остался до утра. Делать-то всё равно было нечего. - Кстати, - он поднимает от компа глаза. – А Мишку того помнишь? Как, блин, не помнить этого блядского мальчика. - Ты прикинь, ему, оказывается, двадцать шесть лет. - Чего? - Ну, вот смотри, - Толик манит к себе рукой и указывает на экран. Там два досье. Одно институтское, красивое, на фото Мишка лыбится во все тридцать два в белой рубашечке. Говорю же, нужен красный пионерский галстук. - Михаил Иванович Пустов – это он. Да в курсе я, дебил. Пробегаю глазами по строчкам. По данным этой странички, ему двадцать два. Затем Толик открывает второе окошко. Тут наш Миша неожиданно в полицейской форме, без улыбки. Серьёзность дарит ему лет пять. Как и строчки ниже. Месяц и день те же, только год другой. Так и есть, ему двадцать шесть лет. Скоро двадцать семь. Но меня это мало заботит, после того, как я вижу полицейскую форму. Всё вдруг становится на свои места. И то, как он ко мне подкатывал, и то, что он так внезапно перевёлся, и шухер, который недавно поднялся в кругах. Ах ты шваль ментовская… Хм. Лечь под меня вздумал? Поймать пытаешься? Как же на меня вышли? Ладно… Как-то становится легче от того, что я могу позволить с ним себе всё. Позвоню завтра, отвезу на дачу. Место тихое. Нет. Нужно его на улице подловить. Чтобы он не успел никого предупредить. - А где он живёт есть? - Ага, - Толик зевает. Тыкает большим пальцем в экран. М-да, обычно указывают указательным пальцем. Для того он и указательный. Я запоминаю адрес. Тут доходит. - Толь, а откуда у тебя это? - Да, скучно было, решил проверить всех знакомых… Выдыхаю резко. Спрашиваю спокойно: - А про меня? - Про тебя ничего нет. Ты даже штрафы не платил. Отлично. Не хотелось бы убивать Толика. С кем пиво пить тогда? - А ты случаем не взломал базу полиции? - Ага, они такие лохи. - Следы замёл? - Конечно, - он снова зевает. – Давай спать. *** С утра мне подумалось, что я брежу. На фига менту меня соблазнять? Может, всё случайность? Но я сам в это не верил. Случайностей не бывает. Я выкурил три сигареты. Вообще-то, я бросил, а вот херня в том, что с ними лучше думается. Мишка, значит, мент. Не подумал бы. На это и расчёт. Сколько же он маячил у меня перед глазами. Наверное, для того, чтобы я привык. А после недавнего убийства, они решили, что хватит. Думают, что я голову потеряю от его тощей задницы? Да, классная работка. Фактически, торговать собой. Эх, Миха, Миха, надеюсь, я ошибаюсь.