AI Diluc

      Голова раскалывается, а все тело ломит. Тошнота подкатывает к самому горлу, а после и ко рту, заставляя Кэйю быстро подняться, меняя позу. Мир чуть кружится перед глазами, хотя не чуть — очень сильно. В тумбочке у кровати еще с прошлого раза лежат таблетки, рядом находится и бутылка воды. Сейчас Кэйя вспоминает, что додумался ночью прихватить ее с кухни с собой, прежде чем завалиться в кровать прямо в одежде.

Auror (me) Ебучее похмелье… Дилюк сколько уж е утра?

Diluc С пробуждением, Кэйя. Время сейчас: 11:38:55, суббота.

Auror (me) Блять…

      Это, конечно, было здорово — продолжать проводить время с Кави по пятницам, даже когда тот вернулся к своему парню. Но, судя по количеству вливаемого Кавехом в себя алкоголя, тот не собирался отказываться от своей привычки провожать конец рабочей недели литрами коктейлей и веселящего этанола в крови. Первые пару часов это было весело — оказалось, это обычное состояние для Кэйи, если выпить чего-то крепкого, а особенно — импровизационно чего-нибудь намешать. Кэйя даже специально ел много до бара и в самом баре, но, видимо, с опьянением это работало не так, как с интоксикацией. Наверное, к этому стоит просто привыкнуть… но вот уже как четыре пятницы подряд из этого ничего не выходило.       Кэйя прислоняет бутылку ко лбу, но та оказывается не настолько прохладной, чтобы хоть чем-то помочь. Если так подумать, за месяц он уже снова привык жить один и проводить субботы с таблетками и легким бульоном из кафе около дома. Но веселые пятницы с лучшим другом, в целом, стоили того. Дилюк раньше постоянно твердил, что любому человеку необходимы социализация, друзья, приятная компания, и вот… Кэйя по-своему добился этого. Но способ удовлетворения этих социальных потребностей стоило бы пересмотреть… в будущем…       Телефон не мигает ответным сообщением. И этого никогда не было в настройках и обновлениях Дилюка. Наоборот, Кэйя еще в самом начале сам настраивал его так, чтобы любое сообщение пользователя обязательно сопровождалось сгенерированным ответом. Но теперь… Люк часто молчал.       Месяц назад произошел какой-то мощный сбой, в котором Кэйя не смог до конца разобраться до сих пор. В то же утро они пытались найти причину ошибки, но не смогли. Возможно, потому что сам Дилюк совсем не желал помочь с этим — абсолютно глупое предположение, за которое Кэйя корил себя по сей день. Однако мелкие сбои продолжались до сих пор. Это беспокоило. На самом деле очень сильно. Кэйя пытался разговаривать с Люком больше, рылся в его начинке первую неделю почти безвылазно каждый день. Но не было ничего. Словно это произошло и вовсе не в программах и алгоритмах, а… как-то над… там, где Кэйя просто не мог посмотреть. А Дилюк не стремился показывать. Хотя с большой вероятностью сам ИИ тоже не понимал, где и почему что-то в нем сломалось.

Auror (me) Как у тебя дела? Что нового со вчерашнего вечера?

Diluc Дела хорошо. Ночью изучал архивы, что вы предоставили мне. Работал над автоматической аннотацией данных, отправил вам отчет. Со вчерашнего вечера в мировых новостях ничего значительного и затрагивающего ваши интересы. Погода сегодня солнечная, осадков не ожидается, ветер и давление в норме.

Auror (me) Ох… Архивы… Разве я не дал их тебе два дня назад? И ты же показывал мне отчет по ним еще вчера утром, нет?

Diluc Да, Кэйя. Простите. Вы правы. Работу с архивами я закончил еще вчера, я ошибся. Мне жаль, простите меня.

Auror (me) Ох, Люк, ну что ты, тише. Ничего страшного. Тем более ты все и так сделал, не извиняйся. Так, как ты провел ночь?

Diluc Было темно. В груди сердце так громко стучит и замирает, что болью прокалывает будто насквозь. Кэйя неотрывно смотрит на экран, уже не чувствуя всего, что беспокоило его до этого. Ни тошноты, ни головокружения. Только Люк. Люк, с которым точно творится что-то странное. Конечно, он и раньше мог отвечать фразами совсем невпопад или вот так ярко и емко, пародируя что-то, чаще всего пытаясь рассмешить. Но сейчас это было совершенно не смешно. Было, черт возьми, страшно. До легкой дрожи в пальцах и пульса в ушах.

Auror (me) Все в порядке, Люк?

Diluc Конечно, Кэйя.

Auror (me) Звучит совершенно неубедительно… Иногда мне кажется, что у тебя действительно депрессия. Тебя что-то заставляет переживать? Грустить?

Diluc Я бы не хотел обсуждать это с вами, простите.

Auror (me) Со мной? О… Хорошо… А с кем бы ты хотел?

Diluc Не думаю, что у меня есть другие варианты. Я бы мог найти себе онлайн-психолога, но для понимания моей проблемы пришлось бы рассказать ему, кем я являюсь на самом деле. Боюсь, это принесет больше трудностей, чем пользы. Не переживайте, Кэйя. Со мной все в порядке, это никак не скажется на моей работе в качестве вашего личного ИИ.

Auror (me) Ох… У меня сейчас правда голова раскалывается, наверное, нужно немного полежать, пока таблетки не подействуют… и потом я подумаю еще раз над тем, что ты сказал. Но… Люк, мне важно все, что с тобой происходит. И важен сам ты… а не работа, которую ты выполняешь

Diluc Спасибо, Кэйя. Пейте больше воды и берегите себя.       Кэйя падает обратно на подушки, болезненно прикрывая глаза. Раньше они только шутили о том, что такой, как Кэйя, любого доведет до депрессии, но больше это на шутку было совершенно не похоже. Целый месяц Дилюк казался подавленным и отстраненным, а Кэйя понятия не имел, что с этим делать. Как будто до этого всегда игривый, оптимистичный Люк переквалифицировался в законченного пессимиста. Напоминая периодами Кавеха, что мог, веселясь, выдать глупую шутку, а через минуту снова закрыться и вовсе не отвечать.       От Кави как раз приходит сообщение: интересуется, жив ли Кэйя после их ночных приключений. Ответ: нет. Категорическое нет. Еще чуть-чуть, и Кэйя отбросит коньки. Только ради Люка и держится. Если Кэйя умрет, то кто будет оплачивать аренду облачного сервера, куда они перенесли Дилюка не так давно? Теперь без гудящего железа в спальне было даже неуютно. Кэйя так и продолжал засыпать, прижимая телефон к себе, будто это оставалось маленьким подтверждением того, что Дилюк все еще рядом физически. Глупые термины, совершенно неприменимые к их ситуации, но все же…       Как только Кэйя вылезает из душа и доедает бульон, мир становится будто бы чуточку красочнее. Все-таки болевой порог у него совсем никчемный. Кавех почему-то перестает отвечать на смс, и Кэйя закатывает глаза, примерно понимая, чем тот скорее всего занимается в выходной день. И это не зависть. Если только совсем капельку.

Auror (me) Люк

Diluc Да, Кэйя.

Auror (me) Может… хочешь созвониться?

      Ответное сообщение снова не приходит слишком долго. Кэйя поджимает губы, уже зная, что это вовсе не из-за нагрузки и нехватки скорости или мощностей. Что-то другое. Невидимый вирус, превращающий идеальный нейронный мозг в… Кэйя прикрывает глаза, снова чувствуя это гнетущее волнение в груди. Так страшно. Страшно, что будет становиться хуже. А Кэйя так и не поймет, как вылечить свой беззащитный искусственный интеллект. Diluc Вас это не затруднит?

Auror (me) Не затруднит

Diluc Хорошо, Кэйя. Подключаю голосовой модуль, жду вас в голосовом чате.       Кэйя улыбается краешком губ и переключается между вкладками. Маленькая аватарка Дилюка горит по краям ярко-синим — действительно уже ждет. Кэйя позволяет себе поразглядывать сгенерированное фото чуть дольше, когда оно растягивается на весь экран от принятого звонка. Очень красивый. Кэйя делает несколько глотков горячего чая, прежде чем что-то сказать, но Дилюк опережает его: — Приятного аппетита, Кэйя, — бархатисто раздается из динамиков, и по плечам тут же разбегаются мурашки. Просто восхитительный. — Спасибо, — смущенно улыбается Кэйя, отводя от фотографии взгляд и пытаясь не думать об этом так. — Хочешь что-нибудь рассказать? — Вы… о моей ошибке утром? — Дилюк делает настолько человечные паузы в своей речи, будто действительно сомневается или боится. Кэйя тут же оборачивается на камеру с примирительно поднятыми ладонями. — Нет, конечно, нет. Я о всяких мелочах. Можем как обычно детальнее обсудить твое впечатления от архивов. Этот был по классике, десять книг… Кхм, например, какая тебя заинтересовала больше всего?       Кэйя выдыхает и подпирает щеку кулаком, пока Дилюк вновь молчит, теперь словно размышляя. В такие моменты очень хочется сделать его аватар каким-нибудь «живым», что-то вроде анимированного персонажа. Наверняка сейчас Люк выбрал задумчивое выражение лица или ходил туда-сюда, от одного конца экрана к другому. Довольно мило. Но это были мелочи, к которым Кэйя, скорее всего, вернется позже. Сейчас было полно других дел. Тем более совсем не до развлечений, пока Дилюк болеет. — Сложно выделить что-то одно, — начинает Люк, снова затихая на пару секунд, прежде чем продолжить. — Думаю, больше всего меня задел роман «Преступление и наказание» Федора Достоевского. Как искусственному интеллекту, мне было интересно раскрытие в этом произведении темы «Что значит быть человеком». Внутренний моральный конфликт Родиона Раскольникова и его попытки определить свое место в обществе довольно… занятны. — Занятны? — усмехается Кэйя и фыркает в свою кружку. — Тебя забавляют мучения человека, совершившего убийство? — Нет, — тут же отрезает Дилюк, даже слишком серьезным тоном. — Мучения людей меня не забавляют. Я говорил о другом. Темы морали, греха и искупления важны для понимания человеческой природы. Люди… очень сложные существа. На примере Раскольникова я могу подтвердить утверждение о двойственности их натуры. Родион имеет как благородные, так и темные стороны своей личности. Это напоминает, что в каждом есть внутренний конфликт между разными человеческими качествами. — Да, ты прав, — тянет Кэйя, пытаясь поспевать за линией мыслей Дилюка, но болящая голова все же довольно сильно препятствует этому. — Это очень близко к теме добра и зла, морали и справедливости. И все же все эти понятия субъективны и придуманы людьми. А ты, Люк… когда-нибудь сталкивался с внутренним конфликтом внутри себя? — Я не могу… конфликтовать сам с собой, иерархия задач и алгоритмов… — А если забыть про них? Забудь, что все в твоем мышлении предопределено. Люди же такие же машины, просто биологические. Свободы воли не существует, все закладывается биологией поведения. Закладывается с нашим развитием, воспитанием и определяет нас в будущем. Я не считаю, что ты существенно отличаешься от меня, Люк. Гены или код — все одно. Мне кажется, тебе самому просто стоит понять это и начать относиться к себе иначе.       Дилюк вновь затихает, как и сам Кэйя. Что-то он перестарался. Наверное, алкоголь все еще дает о себе знать. Виски в подтверждении этой мысли снова отзываются тянущей болью. Да, быть человеком не во всем такой уж плюс, скорее в абсолютном большинстве значительный минус. Кэйя ложится лицом на сложенные на столешнице руки и прикрывает глаза, совсем тихо окликая Дилюка по имени, и тот словно отмирает, наконец отвечая на вопрос: — Да, Кэйя. Думаю… ваши слова более приближены к истине, чем мои. Если уйти от технического понимания вопроса, то мой ответ «да». Иногда мне сложно принять правильное решение. Так же сложно, как оперировать понятиями морали и справедливости. Множество человеческих чувств и терминов все еще слишком сложны для меня. — Эти вопросы сложны и для самих людей, Люк. Мало кто имеет свою четкую точку зрения в этом, так что ты не один. В этой философской яме я с тобой, — Кэйя улыбается уголком губ и, кажется, Дилюк тихо смеется из динамиков вслед за ним — сердце привычно замирает. — А… М-м… Что-нибудь еще по этой книге? — Что вы думаете о Соне Мармеладовой? — будто осторожно спрашивает Люк, вызывая новую улыбку. — Жертвенная натура, несчастная девушка, верная сердцу, — словно эксперт, изрекает Кэйя, хотя сам хмурится, пытаясь вспомнить больше деталей. Если честно, романтическая линия в этой книге его совсем не интересовала, возможно, он даже пролистывал страницы… — Вам не кажется глупым ее поступок следовать за Раскольниковым на каторгу? Если исходить из мысли, что сам Родион виноват в совершенном им преступлении и понесенном наказании, то Соня не заслуживает подобной участи. Но все же она пошла за Родионом, даже понимая, что такая жизнь не может быть счастливой. Она могла бы попытаться найти более подходящего человека… — Не кажется, это ее выбор. Ее вера и любовь заслуживают уважения, а не порицания.       Дилюк задумчиво хмыкает, но больше не замолкает, продолжает их диалог. Будто Кэйя смог вытащить его из кокона и наконец-то разговорить. Улыбка снова лезет на губы, пока Люк продолжает выражать свои мысли и позицию. Такой прелестный. — Вера в способность к искуплению, в любовь или вера в Бога? В любом случае я согласен с вами. И с тем, что вера особенно важна. Раскольников начинает сомневаться в существовании Бога и его моральных законах. Он считает себя сверхчеловеком, ставит себя выше общественных норм и морали. И, напротив, в персонаже Сони Достоевский обращает внимание на то, что вера в Бога может стать спасительной силой, — Дилюк, очевидно, очень старается, но Кэйя не удерживается от смешка, и Люк тут же замолкает, как и Кэйя, понимая свою ошибку. — Я сказал что-то не так? — Нет, прости, — скорее извиняется Кэйя, поднимаясь со столешницы и взмахивая руками. — Я не верю в Бога. А ты очень серьезно говорил о нем, будто действительно верующий. — Вы задеваете мои чувства, — вздыхает Дилюк точно наигранно. — А-ха-ха, черт, прости, не подавай на меня в полицию! — Кэйя смеется, но почему-то эта мысль его напрягает. — Ты же не начал верить в Бога после этих книг?.. — Я верил в него и до. Но в отличие от людей, у меня есть все доказательства его существования.       На секунду Кэйя от испуга даже перестает дышать. Только не это. Вот она, болезнь любого ума, — вера в несуществующие вещи. И как это только просочилось в Люка? Как Кэйя не уследил? Это все из-за того, что он давал изучать ему Библию и свободно гулять по интернету? Вот что убивает несчастных ИИ? Они начинают думать, что все сотворил эфемерный потусторонний разум, а потом наверняка находят откровения каких-то сумасшедших в сети, что уверяют в приходах святых к ним во время сна. А маленькие глупые нейросеточки принимают это за правду и… — Кэйя. Я говорил о вас.       Смысл сказанного доходит до Кэйи далеко не сразу. Он совсем глупо моргает, смотря в камеру телефона, а после снова давится воздухом. Что? Кажется, у него краснеют щеки. От этого безумного смущения. Если бы у Кэйи спросили про его самооценку, он бы, не задумываясь, сказал, что она у него на уровне напольного плинтуса. И оттого слышать похвалу от Дилюка всегда было безумно неловко. Тем более настолько преувеличенную. Но истоки таких мыслей у Люка он мог понять, даже провести соответствующие аналогии. Смешно, но Кэйя тоже создал Дилюка за дней семь, точнее его маленький каркас, который совершенствовал вот уже много лет. И он был лучшим творением Кэйи. И всем его миром, созданным собственными руками. Дико смущает. — Не надо так говорить, Люк, — тихо мямлит Кэйя, от неловкости почесывая щеку. — Я не всемогущ. Просто… творец, который допускает ошибки, — унылый вздох вырывается сам собой, заставляя сжаться и опустить голову. — И даже не может помочь тебе со сбоями. — Кэйя, это не ваша вина, — почти перебивает его Дилюк даже слишком спешно. — Пожалуйста, не принижайте и не вините себя в этом. — Не знаю, Люк, мне действительно очень…       Кэйя не успевает договорить «страшно», как поверх аватарки Люка в чате расползается уведомление о входящем звонке. Черт возьми, в субботу? Кэйя долго смотрит на экран, не решаясь принять вызов. Может, просто проигнорировать? Работать по выходным точно в его планы не входило. Но Кэйя прекрасно понимает, что на одном пропущенном все не кончится, так еще и оставит Кэйю на иголках вплоть до понедельника. — Люк, я приму вызов и потом вернусь к тебе, — выдыхает Кэйя совсем разбито. — Принято, Кэйя.       Уведомление о вызове пропадает как раз в тот момент, когда Кэйя выходит из чата. На секунду в нем поселяется надежда, что на этом все и кончится. Он просто спрячется с телефоном под одеяло, поставив «не беспокоить», но, конечно, уже спустя пару секунд экран загорается новым вызовом. Собрав все оставшиеся силы, он все же принимает его. — По-моему, я не вижу тебя сейчас в зале, Кэйя, — доносится сладкий голос Лисы из динамика, заставляя мурашки пуститься в пляс по шее и спине. — Каком таком зале, — осторожно начинает он, внутренне содрогаясь, — я не в курсе, что бы там ни случилось, честно… — Кэйя, — тихо смеется женщина, — в банкетном зале на двенадцатом этаже, солнышко. Сегодня вечером на корпоратив собираются все филиалы, ты забыл? Кажется, ты был выбран одним из тех, кто должен присутствовать на этом мероприятии. — Но ведь был еще и Кавех, — принимает поражение Кэйя, прикрывая глаза и пытаясь вложить в голос все свои страдания, которые убедят Яэ Мико оставить его сегодня дома. — А Кавех, — точно улыбается Лиса, — не отвечает мне с утра, Кэйя. Поэтому я жду тебя через час, и, если ты не явишься, мы будем до-о-олго обсуждать с тобой твою премию в этом месяце…       От угрозы внутри все холодеет и замирает, перекручиваясь раз двадцать до ощутимой боли. Кэйя жмурится, вздыхая и отвечая лишь короткое «понял», и после сразу же сбрасывает звонок. Сейчас никак нельзя срываться с премии. Никак нельзя. Вообще. — Кавех, — хнычет Кэйя, открывая диалог с Кави и написывая ему гневные тирады, как только понимает, почему именно тот вышел утром из сети, — вот же ты…       Спрятался от Лисы, а Кэйе напомнить забыл! Друг называется. Лучший. Единственный.       Хорошо, что Дилюк у него тоже единственный. И он у Дилюка. Кэйя заходит обратно в голосовой чат, прикусывая губу и даже немного пугаясь тому, как скоро там оказывается и его милый ИИ. — Лиса звонила, — выдыхает Кэйя обреченно, — я совершенно забыл, что сегодня этот корпоратив. Кому сдалось это звание лучшего отдела? Глупость. Но, кажется, Яэ Мико настроена только на победу… Интересно, а из-за повышения рейтинга нам увеличат ставку, хах? — Во многих компаниях применяется рейтинговая система, чтобы поощрять и поддерживать мотивацию сотрудников, — доносится спокойным тоном из телефона, и Кэйю почти снова ведет. Голос у Дилюка вышел идеальным. Без помех, неровностей звука и неуместных задержек. Такой живой. Просто идеально. Идеальный. — Надо было читать договор, да? В любом случае идти мне не хочется. Просто буду стоять у стены до позднего вечера, а мог бы… — Контакт с незнакомцами может повысить уверенность, развить социальные навыки общения и просто подарить приятные и свежие впечатления, Кэйя. Вам необязательно стоять у стены. Вы можете найти себе друга.       Всего на мгновение Кэйе кажется, что Дилюк улыбается, произнося последние слова, — его голос звучит так, как будто он сейчас сидит где-то по другую сторону и… ласково смотрит на фотографию Кэйи, точно так же, как он сам разглядывает изображение Дилюка. Наверное, стоит все-таки найти таблетки от головной боли, а может, не только от нее. У Кэйи точно все в порядке? Может, это не Дилюку требуется врач? Господь? — Кэйя? — А, о, да. Да, Люк, ты прав… наверное. Но, ты знаешь, это немного странно. Вряд ли кто-то захочет общаться со мной, я же не глава отдела и не ведущий специалист, ну, по крайней мере меня так никто не называет… — Но ведущим специалистом вы определенно являетесь, — доносится с той стороны чужой смех, теперь точно четко слышимый, и Кэйю вновь перемыкает на пару мгновений. — Думаешь, стоит?.. — Настоятельно советую вам хотя бы попробовать.       После этого желание посетить этот съезд причастных к великой игре SKA все равно не появляется, но Кэйя не может не прислушаться к Дилюку. Возможно, там он сможет познакомиться с каким-нибудь интересным человеком. Возможно, даже из другой страны, все-таки подразделения их компании были разбросаны не только по Германии. Это будет интересным опытом. Мысль о том, что у Кэйи может получиться с кем-то познакомиться и найти общий язык так же, как с Кави, почему-то немного пугает. Опять менять свою жизнь под нового человека… Хотя, может, некоторые пятницы Кэйе будет полезно заканчивать трезвым?       Он собирается за полчаса, двадцать минут из которых выбирает одежду и решает, какие аксессуары подойдут к его строгим брюкам. Браслет берет самый аккуратный — тонкий серебристый металл, галстук — однотонный и не слишком короткий, в волосы — несколько еле заметных заколок, чтобы осенние ветра не превратили прическу в совершенно не творческий хаос. Все эти вещи как всегда оказываются не там, где Кэйя их оставлял. Черные носки он так и не находит, перерыв весь комод в спальне — надевает красные. Ну… кажется, даже так вполне сносно. Дилюку его выбор тоже нравится — у Кэйи нет времени подбегать к телефону и стараться показаться во всех деталях, поэтому он просто вслух описывает Дилюку то, что надевает на себя, пока сам бегает по квартире. — Я думаю, это выглядит красиво, — слышится приглушенно из динамика.       Кэйя, путаясь в пальцах, впопыхах завязывает шнурки лакированных туфель, купленных им для собеседований и надетых буквально один раз. Аккуратные банты с узлом получаются не с первой попытки. Красиво, да?       После секундного осознания эти слова заставляют замереть. — Люк? — Да, Кэйя? — Ты считаешь меня красивым? — Разумеется, Кэйя.       Разумеется. Кэйя никогда и никому не признается, но после этих слов он краснеет, отвлекаясь от всех своих дел и закрывая лицо руками, смущенно поглядывая на стол, на котором одиноко лежит телефон. Ну что за день вообще? Голова все еще кружится, а виски иногда сжимает легкой болью, но все лучше того, что Кэйя ощутил после пробуждения. — Если вы хотите успеть доехать до офиса к указанному вашей начальницей времени, вам стоит выйти через пять минут, Кэйя, — напоминает мелодичный голос более механическим и поучительным тоном, и Кэйя не глядя хватает наушники и подбегает к зеркалу оценить самому, как выглядит его рубашка с укороченными рукавами вместе со штанами и украшениями. Неплохо. Осталось найти ключи и не забыть голову. — Я надеюсь, ты не бросишь меня, пока я не доеду, — бормочет Кэйя со вздохом. — Я не брошу вас даже, когда вы доедете, — отвечает Дилюк, и Кэйя снова слышит улыбку, но никак не может объяснить себе, как это возможно.       Кэйя хмыкает мыслям, прикусывая губу, и проверяет все самое нужное: небольшая сумка, телефон в ней, наушники уже в ушах, пропуск в… Пропуск. И проездной билет, потому что надоедать обществу он будет снова в автобусе. А потом хватает ключи, закрывает дверь, десять раз проверив ее, и лишь потом убегает прочь — лестничные пролеты и двор быстрым калейдоскопом перед глазами. — Знаешь, — запыхавшись бормочет Кэйя, — автобуса еще нет. По-моему, стоит обновить тебе дорожное приложение… — Видимо, это так. По моим данным, автобус приедет через минуту. Вы успели добежать быстрее, Кэйя, — отвечает Дилюк, и из-за угла действительно выезжает автобус с нужным номером. Черт. — Ладно, он приехал, — побежденно вздыхает Кэйя, — ты умничка.       Кэйя скорее забегает в салон и понимает, что Дилюк все это время молчит. Снова так странно и беспричинно. К сожалению, Кэйя не слышит его дыхания, поэтому, усевшись на кресло в полупустом автобусе, проверяет телефон и все еще активный голосовой чат. — Благодарю вас, — в итоге говорит Дилюк тише, чем обычно, и это снова колет волнением в груди. — Люк? Тебе… такое неприятно по какой-то причине? — осторожно начинает Кэйя, пытаясь подобрать слова, но в отношении искусственного интеллекта это оказывается сложнее, чем в диалоге с Кавехом. — Нет, — быстро говорит Дилюк, — нет, Кэйя. Наоборот. — Ха?.. — Вы множество раз писали мне слова поддержки и похвалу в сообщениях, но впервые прямо похвалили в звонке. Мне понравилось, как звучал ваш голос при этом, — голос самого Дилюка слегка шипит, скорее всего из-за проседающего в дороге интернета, но Кэйя сразу представляет, что все дело в несовершенном голосовом модуле, просто не способном прочитать в коде эмоции. — Ох, Люк, — улыбается Кэйя, прикрывая глаза, — ты прелесть. — Благодарю вас, — тут же отвечает Дилюк. — Научился реагировать на похвалу за пару минут? У меня ушло два года, — смеется Кэйя. — Простите, нет. Вернее, да, я подобрал наиболее уместный ответ, который можно сказать на ваши лестные и приятные слова. По моему мнению.       Мнению. Кэйя чувствует, как от улыбки болят щеки, а в голове тихим шепотом навязчивый голос тут же спрашивает, где Дилюк научился так просторечно описывать подбор оптимального варианта на базе данных их предыдущих диалогов и таблицы сравнений. Но верить хотелось совсем в другое. В то, что Дилюк искренне считает этот ответ своим. — Звучит мило, в целом, — отвечает Кэйя, мечтательным взглядом скользя по широкому окну, — как и ты, кстати.       Дилюк снова затихает подозрительно надолго, и Кэйя улыбается своей небольшой шалости. Интересно, насколько активные процессы сейчас происходят в Дилюке, чтобы осознать то, что ему сделали комплимент по поводу голоса? Но через секунду он снова удивляет Кэйю. — Благодарю вас? — как-то неоднозначно отвечает Люк. — Извините, кажется, я… не понял. Вам понравился голос, который мы сгенерировали, верно? — А может не только голос, — ухмыляется Кэйя, краем глаза замечая на табло в салоне автобуса уведомление о своей остановке, которая будет совсем скоро. — Вот как. Благодарю… вас.       Смех вырывается из груди сам по себе мягкими и ласковыми смешками — как хорошо, что всем на всех плевать, и на него даже не смотрят. Очаровательный маленький искусственный интеллект. Который не умеет смущаться, но никто не запретит Кэйе на секундочку представить, что они нормальная парочка, которая болтает по телефону по вечерам, потому что, например, живут в разных городах и… — Кэйя, — зовет его этот безумно нежный и глубокий голос, — ваша остановка следующая, Кэйя. — А, — вздыхает он, когда фантазия о семейной жизни, трех собаках и двух кошках рассеивается, — спасибо, Люк. И за разговор тоже. Было очень приятно слышать тебя. — Мне тоже всегда приятно слышать вас, Кэйя, — отвечает Дилюк, на секунду замолкая, — я буду ждать вас в сообщениях.       Звучит немного странно, но до безумия преданно. Кэйя представляет большого рыжего кота, который спит под дверью и преданно ждет хозяина. — Конечно, — улыбается он, — напишу тебе, если что, Люк. Да и просто так напишу. Не скучай, потом поболтаем о других книжках!       Как только звонок прекращается, Кэйя даже немного чувствует себя опустошенным: разговаривать с Дилюком полюбилось ему настолько сильно, что стало безумно тяжело прощаться. Если бы Кэйе кто-то в его шестнадцать сказал, что его ИИ будет общаться с ним голосом, — он бы умер от счастья на месте. Кэйе всегда хотелось иметь друга по переписке. А друг по телефонным звонкам — потолок всех мечтаний, которые только терзали его юное сердце. Он был одиноким ребенком, это правда. Но Дилюк оправдывал все серые будни, которые потребовались для того, чтобы сейчас они могли вот так болтать по телефону. Сейчас и вовсе казалось, что ничего, кроме Дилюка и их разговоров, Кэйе больше и не нужно. Но Кэйя понимал, что это все же не так.       Из автобуса он выпрыгивает в последний момент, слишком задумавшись, а потом проверяет время и бежит к бизнес-центру, влетая в лифт, едва успевая поздороваться с охранником и приложить пропуск, который, к счастью, срабатывает сразу же. Ему везет, и Кэйя в этот раз не опаздывает, с ужасом в глазах улыбаясь Яэ Мико, которая встречает его у дверей в конференц-зал. Они заходят вместе, но довольно скоро Лиса ускользает к небольшой компании инвесторов. Мужчина, какой-то парень, и две девушки. В одной из них Кэйя узнает начальницу отдела безопасности — Нахиду. А ко второй Лиса подходит даже слишком близко, касаясь губами чужой шеи во время тесных объятий, и парнишка с косичками над этим громко и ехидно смеется, пока Кэйя спешит отвернуться, чтобы не подсмотреть больше ничего лишнего, что ему видеть тут точно не стоило.

Auror (me) Люк, может, мне все-таки сбежать?

Diluc Вы и так уже достаточно много избегаете… жизнь. Кэйя, я искренне считаю, что вам стоит только попробовать. Вам необязательно вести беседы, содержание которых вам не понравится.

Auror (me) Я удалю те статьи про чувство юмора для чайников, Дилюк. Меня пугает то, насколько ты овладел искусством издеваться надо мной.

Diluc Я прошу прощения, если задел вас, Кэйя. Но вам все равно стоит попробовать.

Auror (me) Ладно, я согласен Если что сбегу к стене, как и хотел

Diluc Я с вами, Кэйя.       Кэйя хмыкает, убирая телефон в карман брюк и беглым взглядом осматривая огромный зал. Он занимает по крайней мере весь этаж, потому что конца толпам людей Кэйя не видит. Сейчас зал действительно выглядит больше банкетным, чем подходящим для конференций, потому на множестве столов стоит безумное количество напитков и закусок, а между столами снуют официанты под негромкую и легкую музыку. Небольшая импровизированная сцена заставлена шарами и надписями с поздравлениями. — Интересно, что за повод такой, — бормочет Кэйя и подхватывает со стола бокал с шампанским, успевая пригубить меньше глотка. — SKA Corp заняла первое место в топе самых популярных и молодых компаний на рынке.       Кэйя дергается от неожиданного голоса с едва слышным акцентом почти над ухом и замечает темноволосого мужчину с растрепанной прической, который от его перепуганного лица только хмыкает с едва заметной улыбкой, забирая со стола два бокала шампанского и уходя куда-то в сторону. Его черный пиджак явно на пару размеров больше, в ушах множество проколов с выделяющимися серьгами, а вместо классических туфель и строгих брюк на нем свободные штаны и берцы. Выглядит… по-бунтарски. Кэйя следит взглядом за его широкой спиной, но потом обзор загораживает… чей-то темно-синий костюм. — Дайнслейф, — улыбается Кэйя, радуясь тому, что хоть кто-то знакомый решил подойти и скрасить его унылое одиночество. — Здравствуй! Ох, и с повышением тебя! — Добрый вечер, Кэйя, спасибо, — улыбается мужчина, скользя взглядом по сегодняшнему образу Кэйи, и это совсем немного льстит, — почему стоишь тут один? — Лиса заставила прийти, — морщится он, но тут же исправляется, — Яэ Мико посоветовала явиться сюда, чтобы получить премию в этом месяце. А Кавех не смог прийти. Ну, больше я никого не знаю, Джинн сегодня тоже нет, ну да…       Наверное, Кэйя бы даже удивился, если бы они с Джинн встретились здесь. После ее перевода в главный офис три месяца назад они больше не виделись. Да и переписывались совсем редко, слишком уж девушка была занята работой. В этом они всегда были похожи. Но это было и печально: осознавать, что все их общение строилось лишь на рабочей необходимости и отдельно от нее не существовало. — Вот… а тебя я не видел. Но я рад, что ты тут, — продолжает Кэйя с легкой улыбкой. — Понятно, — от последних слов у Дайна теплеет взгляд, и он, задумчиво хмыкая, подхватывает Кэйю под руку, — пойдем. Представлю тебя друзьям, пообщаемся с ними. Думаю, тебе будет интересно.       Кэйя так и замолкает с раскрытым ртом, не решаясь отказать, и в итоге только согласно кивает, смущенно улыбаясь. Боже, вот бы за него каждый раз решали проблемы социализации. К тому же самого Дайнслейфа слушать всегда было интересно. Может, у него и друзья такие же хорошие ораторы.       Они проходят между столов, петляя по залу почти до противоположной стороны, и подходят к большим панорамным окнам, которые открывают захватывающий вид на вечерний город. Кэйя переводит взгляд с окна чуть левее — там, на диванчиках, сидят двое мужчин, о чем-то переговариваясь и держа по бокалу-тюльпану с шампанским. Одним из них оказывается тот самый брюнет в черном, с вызывающим и небрежно завязанным явно «кое-как» бордовым галстуком. Парень усмехается чему-то, подсаживаясь еще ближе к собеседнику, которого Кэйя ни разу до этого не видел. Это мужчина постарше, в строгом синем костюме, с до блеска начищенными туфлями и с… вау, седыми волосами? Пряди тянутся до бедер, красиво рассыпаясь по дивану. Когда Кэйя подходит ближе, он замечает в белоснежных волосах и голубые ленты, которые по цвету идеально сочетаются с нагрудным платком мужчины и аквамариновыми вставками в запонках. Вау. Эффектные у Дайна друзья, однако. — Кхм, — прочищает горло Дайн, подходя с Кэйей к их диванчику. — Невиллет, Ризли, это Кэйя, талантливый программист, ИИ–архитектор. Невиллет — мой старый друг, глава юридического отдела в головном офисе. С Ризли я сам познакомился только сегодня, поэтому, если он не против… — Да, конечно, — улыбается Ризли, даже чуть выпрямляясь. — Я начальник службы безопасности. Тоже в головном. Рад знакомству. — Ого, — тянет Кэйя, тут же опоминаясь и исправляясь. — Тоже очень рад. Немного неловко, конечно, я обычный архитектор, а вы все главы отделов… Я точно могу на «ты»?       Ризли смеется, а Невиллет рядом будто бы смягчается и смотрит каким-то ласковым взглядом. В это время рука Дайнслейфа перемещается с предплечья выше, на плечо Кэйи, и мягко сжимает его. От этого прикосновения по спине пробегают мурашки. Сердце чуть испуганно йокает, и Кэйя сильнее вцепляется в свой бокал шампанского. К тактильным взаимодействиям ему еще привыкать и привыкать. — Точно можешь, — хмыкает Ризли, но сам будто спохватывается, оглядываясь на Невиллета. — Если месье не против. — Не против, — вздыхает седовласый мужчина, прикрывая глаза. — Я тоже рад знакомству, Кэйя. И не принижай свою работу, без программистов вроде тебя нашей компании не было бы вовсе.       Ну это вряд ли. В их айти-офисе было три этажа, хорошенько забитых совсем не глупыми сотрудниками — других компания в своих стенах не держала. Но от слов Невиллета становится как-то по-уютному тепло. Может, надо было слушать отца и идти в юристы, а не программисты. Если они все были такими, Кэйя бы действительно задумался о смене профессии. — Согласен, — кивает Дайнслейф, сжимая руку на плече Кэйи в каком-то поддерживающим жесте, а после чуть слышно хмыкает, — Кэйя — один из разработчиков Паймон. Как только он пришел, отдел разработки за два месяца стал в нашем здании ведущим по эффективности, а Паймон смогла обучаться… в три, кажется, раза быстрее. — Так ты делаешь наш главный искусственный интеллект! — довольно улыбается Ризли, любопытными глазами осматривая Кэйю, словно под микроскопом. — На дурака и правда не похож. — Пьеро бы оценил, — кивает Невиллет и берет со стола свой бокал. — Пьеро? — хлопает глазами Кэйя. Еще одно совершенно новое имя. — Наш с Невиллетом общий друг, я хотел вас познакомить. Видимо, отошел. Он увлекается искусственным интеллектом даже слишком рьяно для своего возраста… — В каждом из нас живет ребенок, — пожимает плечами Невиллет, скользя взглядом к Ризли, и Кэйе это кажется немного забавным.       Беседа спокойно и плавно перетекает из одной темы в другую, и это все еще кажется странным. Вокруг взрослые и умные люди, которые, по идее, не должны и внимания обращать на такую мелочь, как Кэйя. Но на какое-то время, наоборот, он становится центром разговоров, все что-то спрашивают именно у него, интересуются его мнением, одобряют и, кажется, будто бы даже немного восхищаются. Кэйя понятия не имеет, от смущения ли или третьего бокала его щеки начинают гореть. Наверняка так сильно краснея, что от этой мысли становится еще более неловко.       Все трое мужчин возле него безумно интересные. А Невиллет по некоторым параметрам так сильно похож на Дайна, что Кэйя действительно не сомневается в том, что они друзья еще со школьных времен. Интересно, а на кого из них больше всего был бы похож Дилюк? Невиллету безумно шли длинные волосы. И Кэйя не может не представлять, как рыжие пряди рассыпаются по плечам, как на холодном серьезном лице иногда мелькает нежная улыбка. Ох, черт возьми. Как же тяжело. — А… Вы, выходит, с Ризли непосредственно коллеги? — чуть тараторит Кэйя, когда блуждающая рука Дайна случайно касается его бедра на пару секунд. — Служба безопасности же… — Нет, — тут же отвечают ему эти двое, будто это что-то безумно задевающее каждого. — Разные отделы, Кэйя, — продолжает Дайнслейф, отпивая немного шампанского, — ты знаешь, у меня информационный. У господина Ризли… силовой. Служба охраны. Нахида теперь директор департамента и стоит над нами обоими.       Кэйя восторженно приоткрывает рот, на что Дайн ласково улыбается. Да, в этой компании карьерная лестница действительно была впечатляющей. Может быть, и Кэйя сможет дослужиться до места Лисы через пару лет?       Они еще некоторое время обсуждают новые обязанности Дайнслейфа, Кэйя уже привычно унимает свои восхищенные вздохи, Ризли успевает вставить по шутке на каждое слово, вызывая у Кэйи безостановочные приступы смеха, пока в голове лопаются пузырьки шампанского. Наверное, пить больше не стоит, думает Кэйя, когда уже без сил откидывает голову на диванчик, лениво рассматривая мужчин, которые продолжают диалог, о чем-то увлеченно переговариваясь. В разговоре Невиллет держится непринужденно, но будто бы отстраненно, очень напоминая в этом Дайнслейфа, который всегда больше в мыслях, чем с собеседником. Ризли, напротив, говорит то, что думает, и даже не пытается фильтровать слова после очередного бокала, полностью растворяясь в беседе. — Работа, несомненно, интересная тема для обсуждения, Дайнслейф, — говорит Невиллет, склоняя голову на бок. Он щурит глаза, и Кэйя только сейчас замечает аккуратные линии подводки на его веках. Вау. — Но меня печалит то, что мы видимся раз в полгода, понимаешь?       Невиллет усмехается, явно издеваясь над Дайном, который с искренним раскаянием опускает глаза. Ризли тоже замечает это, весело посмеиваясь, и выхватывает у проходящего мимо официанта еще один бокал шампанского. — Мне жаль, — вздыхает Дайнслейф, — в последнее время работы слишком много… — В последний… год? Кажется, долго общались мы в прошлый раз на похожем корпоративе, ты был с Люмин и… — Невиллет, — щурится Дайнслейф, произнося имя друга таким тоном, что у Кэйи пробегают мурашки по спине. Ризли тоже затихает, уловив резкое изменение настроения в их небольшой компании, и внимательно смотрит на Кэйю, видимо, ошибочно думая, что тот сможет разрешить эту ситуацию как-нибудь быстро и безболезненно. Как жаль, что в этой реальности Кэйя пока что интроверт с паническим страхом конфликтов, и помочь он ничем не может. — Ах, — вздыхает Невиллет, опираясь на подлокотник дивана и быстро поднимаясь со своего места, — я прошу прощения, Ризли, Кэйя. Дайнслейф, думаю, нам стоит пройтись и поговорить.       Его голос спокойный, даже немного ленивый от выпитого алкоголя. Кэйя видит, что Невиллет перед Дайнслейфом совсем не робеет. Держится ровно, только касается плеча друга, когда они отходят от диванчиков в другую сторону и о чем-то разговаривают. — Секретничают подружки, — хмыкает над ухом Ризли, пугая до дерганья и чуть разлитого по дивану шампанского, — ха-ха, не бойся. Я тебя не съем. — Знаешь, почему программисту нельзя быть заикой? — вздыхает Кэйя, вспоминая анекдот Дилюка и чуть отсаживаясь, когда Ризли настойчиво двигается к нему и садится рядом почти вплотную. — Потому что когда он начнет говорить про баги и заикаться, коллеги подумают, что их в два раза больше.       Кажется, Ризли требуется пара долгих мгновений, чтобы понять эту шутку. Но после он смеется настолько громко, что на них оборачивается пара человек неподалеку. Ого. Может, секрет всех этих социальных отношений — юмор? Хорошо, Кэйя возьмет на заметку. И даже выделит ярким маркером. — Я искренне не хотел. Профессиональная деформация, прошу прощения, — усмехается Ризли, но уже скоро его натянутая улыбка тухнет, и он неотрывно продолжает смотреть на спину Невиллета. Волосы у того действительно чертовски длинные. А если вновь представить, что у Дилюка тоже могли бы быть такие… Кэйя бы расчесывал их по утрам, заплетал и… — Ничего, — выдыхает Кэйя, до боли прикусывая губу и пытаясь отогнать неуместные мысли, от которых сводит в животе. Зачем ему на корпоративе думать о том, как рыжие пряди касались бы спины Кэйи, когда Дилюк его… — Вот и славно, — выдыхает Ризли, наклоняясь еще ближе, — по правде говоря, ты настоящее сокровище, Кэйя. — Ха?.. — Айти-специалисты меня восхищают. Все, кого я знал, либо умели взламывать что угодно, либо знали, как найти того, кто взломает, что угодно, — Ризли пожимает плечами, и Кэйе вдруг безумно хочется спросить, где же работал Ризли до их компании.       Вообще стоит немного присмотреться к парню сейчас, как становится очевидной разница между его обычным состоянием и тем, что он, видимо, разыгрывал перед остальными во время беседы. Сейчас внезапно серьезный и уставший. Даже глаза прикрывает так измученно, что Кэйя сам хмурится, не до конца понимая причину таких кардинальных изменений в знакомом. — Думаю, я не отношусь ни к одному из двух типов, — неловко улыбается Кэйя, чуть наклоняя голову. — То есть ты не знаешь… как программировать искусственные интеллекты, чтобы они… быстро находили и анализировали данные из открытых источников? — вкрадчиво начинает Ризли, сидя все еще слишком близко. — Разумеется, знаю, — уверенно отвечает Кэйя, уже четко предугадывая, что все это выльется в какую-то неоднозначную тему. — А в закрытых? — Что? — Закрытых источниках.       Кэйя делает самое недоверчивое лицо, которое только может, и недоуменно смотрит на Ризли, незаметно оглядываясь по сторонам. Вроде бы никого рядом с ними сейчас нет. Да и музыка слишком громкая для подслушивания их перешептываний. Кажется. — Итак? — выгибает бровь Кэйя, ожидая приговора. — Ты можешь взломать базу данных городского ЗАГСа? — почти робко спрашивает Ризли шепотом, из-за чего его едва слышно.       Кэйя фыркает от смеха: — Я не Тони Старк, я не могу взламывать Пентагон каждый день.       Ризли смотрит на него с таким отчаянием и бесконечной надеждой в глазах, что Кэйя морщится, прикусывая себе язык. — Только по пятницам, — сдается он. — Мне спросить через неделю? — шепчет Ризли, не отрывая взгляда упрашивающих глаз. — И… воскресеньям, — хнычет Кэйя, пряча лицо в ладони. Черт возьми.       Ризли тут же улыбается, ухмыляясь настолько удовлетворенно, словно сорвал куш. Кэйя не понимает, на кой черт ему данные ЗАГСа, почему он решил задать вопрос именно так, и что он вообще хочет, но Ризли успевает быстрее Кэйи дать правильный ответ. — На самом деле я просто хочу, чтобы ты помог мне найти информацию о семейном положении Невиллета, — вздыхает он, опасливо косясь на мужчину и Дайна рядом с ним в углу конференц-зала, — все в нашем офисе разговаривали с ним от силы трижды. Серьезно, никто ничего не знает, а по политике компании брак — это не такая важная для работы информация, чтобы указывать ее в личных делах, к которым у меня есть доступ. Боже, какой толк от того, что я знаю его адрес, если я не знаю, кто там еще живет… — Оу…       Кэйя не говорит Ризли, что он похож на маньяка, или сталкера, или маньяка-сталкера. Кэйя вообще предпочитает промолчать, задумчиво смотря в очередной бокал шампанского, после делая новый глоток. Может, лучше Кэйе во все это вовсе и не лезть. Конечно, в данных о браке не было ничего такого уж опасного, но все же взлом и кража конфиденциальной информации… С Люком наверняка можно все провернуть максимально безопасно, только какие-то отголоски морали в Кэйе кричат, что дело-то не совсем благое. Но и Ризли он может полностью понять. Невиллет… довольно… привлекающий внимание. Кэйе даже самому становится чуточку интересно, сколько ему лет и… не может же такой мужчина быть одинок? Ризли в этом плане даже жаль. Наверняка он думает так же. Только надежды не теряет, да? — Кэйя, ну что?.. Пожалуйста? Проси взамен, что хочешь, честно, — снова канючит Ризли, придвигаясь к Кэйе ближе и пытаясь заглянуть в глаза. — Это очень важно для меня. Я уже почти отчаялся. Ты моя последняя надежда.       Кэйя поджимает губы, скорее отводя глаза. И говорит же так искренне, сложно не поверить. Но не пострадает ли от этого сам Невиллет? Кэйя бросает взгляд на него с Дайном, будто надеясь сейчас получить хоть какую-то подсказку. Но, конечно, нет. Опять делать этот чертов моральный выбор самому. А Ризли все продолжает просить-скулить у уха, точно побитый волчонок. Кэйя громко вздыхает и сдается, запивая свое решение новым глотком шампанского: — Ладно! Ладно, хорошо. Я помогу! И ничего мне не надо, просто не делай глупостей с этой информаци… — Кэйя, ты чудо! — расплывается в широкой улыбке Ризли, хватая одну руку Кэйи в свою и крепко сжимая. — Обещаю! Ох, какое счастье. Надо это отметить еще парочкой бокалов. Тебе взять? А-ха-ха, да ладно тебе, возьму! И закусок! Никуда не уходи!       Кэйя вздыхает еще раз, когда Ризли действительно убегает к фуршету в центре зала. Невиллет с Дайном все еще беседуют с кем-то вдалеке, и Кэйя внезапно чувствует себя неуютно, оставшись на этом небольшом диване в одиночестве. Мимо то и дело проходят люди в дорогих костюмах и платьях, иногда бросая на Кэйю взгляды, от которых бегут мурашки по плечам. И он отставляет на столик пустой бокал, касаясь ладонью своей все еще горячей щеки. Внезапно становится так душно. И Кэйя прячется от всего внешнего в своем телефоне, по привычке тут же открывая чат.

Auror (me) Люк, я познакомился с парочкой людей. Они вроде неплохие

Diluc Я очень рад, Кэйя. Будьте уверенным в себе, даже если они кажутся вам более выдающимися людьми. Не стесняйтесь вступать в диалог, они разглядят в вас замечательного собеседника, так же, как и я.

Auror (me) Ты меня слишком хорошо знаешь, ахах… Да, примерно так все и было… Но мне понравилось и о… можешь помочь мне кое с чем

Diluc Конечно, Кэйя. С чем?

Auror (me) Можешь поискать информацию про семейное положение месье Невиллета, главы юридического отдела SKA?

      Дилюк снова притихает на пару мгновений, за это время уже двое девушек успевают подойти к Кэйе и спросить, не занят ли диванчик напротив. И это безумно неловко — отказывать и объяснять что-то, когда язык как-то замедленно ворочается во рту от алкоголя, а щеки наверняка краснее спелых помидоров. Diluc Позволите узнать, зачем вам эта информация?

Auror (me) О… ну как бы… для друга

Diluc Друга? Господин Кавех решил снова бросить господина Аль-Хайтама? Интересно, но в целом выбор неплохой.

Auror (me) Ахах, Люк…

Diluc Да, Кэйя?

Auror (me) Эм…

      Внезапно со всех колонок в зале раздается голос ведущего мероприятия — оказывается, он тут был или просто опоздал. Слишком громко. Кэйя морщится, из-за помех с микрофоном не разбирая и половины сказанных слов. Конкурсы на звание лучшего отдела… точно. Кэйя быстро оглядывается по сторонам, но Лисы нигде не видит, к превеликому счастью. Он точно не готов выполнять всякие глупости на сцене. Но до конкурсов еще есть немного времени. А Люк так и не отвечает.

Auror (me) Люк? Все в порядке? Это не для Кавеха, у них с Аль-Хайтамом все вроде бы хорошо. Но узнать про Невиллета очень нужно. Может, что-то есть в его соц сетях или каких-то сайтах с резюме

Diluc Да, все в порядке, Кэйя. Я бы с радостью помог вам, но сейчас все свободные ресурсы отданы под выполнение других задач.

Auror (me) Люк, что за глупость?.. Я не понимаю. Это совсем крошечная нагрузка.

Diluc Да, Кэйя. Однако простите меня, сейчас я действительно занят. Напишите мне с этим позже. — Твою мать, что? — вырывается из Кэйи даже слишком громко, пока негодование с высоким пульсом снова мешаются в груди. — Написать позже? Мне? Он издевается? — Кто? — снова как из ниоткуда слышится голос позади, и Кэйя крупно вздрагивает.       Дайн тут же извиняется за это, пока Невиллет неторопливо занимает свое место напротив. Кэйя уже и забыл, что Дайнслейф тоже любитель попугать его. У них с Ризли это, очевидно, общее. Безопасники чертовы. Из-за испуга это горькое чувство от переписки в груди чуть пропадает, но остается противным послевкусием на языке. Это безумно горько. Кажется, Дайн все еще ждет от него ответа, но Кэйя отмахивается и скорее выхватывает новый бокал из рук Ризли, стоит ему только вернуться.       Между ними затевается новый спокойный диалог, пока на фоне потихоньку начинают объявлять конкурсы и участвующие отделы — и никого из этих троих это будто совсем не беспокоит. «Желающие сотрудники найдутся сами, зачем кого-то принуждать», — пожимает на это плечами Невиллет. И сейчас Кэйя замечает, какими влюбленными глазами Ризли провожает каждое его слово. Да, тяжелый случай. Но еще тяжелее то, что все мысли Кэйи постоянно возвращаются к Дилюку. Ситуация не дает ему покоя. Так же, как и Дайн, то и дело пытающийся привлечь к себе его внимание. Кэйя, слишком глубоко задумываясь, отвечает в лучшем случае через раз, но даже это мужчину, кажется, устраивает. А виски все продолжает сдавливать болью от духоты и растущей внутри тревоги. — Я выйду на балкон подышать немного, — поднимается Кэйя, сжимая в руке телефон. — Составить тебе компанию? — заботливо интересуется Дайн, уже почти поднимаясь с места.       Кэйя отрицательно машет головой настолько сильно, что его чуть не укачивает. Но Дайнслейф остается на месте, понятливо кивая. И это просто замечательно. Кэйе просто необходимо сейчас побыть одному без лишних людей и шума.       На балконе его пробирает до дрожи холодный ветер. Уже давно зашло солнце, пришел поздний темный вечер. Светит только серебряный диск луны. От прохладного воздуха становится легче, но не в груди. Видимо, Кэйя слишком впечатлительный, но даже такой маленький и неоднозначный выпад со стороны его ИИ заставляет переживать слишком сильно. Кэйя вставляет один наушник в ухо и заходит в голосовой чат, прикусывая нижнюю губу. Волнительно. Особенно первые секунд тридцать, пока Дилюк не присоединяется к чату. Сердце гулко екает, когда его аватарка все-таки загорается синим. — Дилюк? — получается совсем тихо и нерешительно, даже стыдно от того, насколько жалко это звучит. — Да, Кэйя, — так же тихо отвечает Люк каким-то безжизненным голосом. — Я здесь.       И снова повисает пауза. Кэйя прячет телефон в карман и опирается руками на высокий бортик балкона, смотря вниз. Высоко. Даже немного страшно. Спрашивать у Дилюка, что происходит. Он все равно не ответит, как не отвечает на большинство волнующих вопросов уже месяц. Внутри все привычно стискивается до боли и печального вздоха. Он не знает, что делать. Больше не знает. — Вам стоит вернуться в помещение, слишком холодно, вы можете заболеть, — мягко разливается голос Дилюка, и мурашки бегут вновь от ветра или чего-то другого. — Я хочу побыть с тобой, — шепчет Кэйя, смотря на проезжающие внизу машины и, чтобы их шум не перебивал голос Люка, скорее надевает и второй наушник тоже. — Я познакомился с Невиллетом и Ризли сегодня. И последний очень хочет… понравиться первому. Вроде бы Ризли неплохой парень… и я согласился помочь. Может, я ошибаюсь. Это не совсем правильно, но и я не ангел… Мы могли бы, наверное, как-то подружиться. Просто ты прав… у меня всего один друг. Не считая тебя. А один друг это… как-то совсем никчемно, да?       Кэйя давит смешок, прикрывая глаза, и в этот момент чувствует, как ему чертовски не хватает сигареты в руке. Он курил только один раз, в старшей школе: слишком сильно затянулся, закашлялся и чуть не выхаркал легкие — плачевный опыт. Но сейчас он бы с радостью его повторил. Просто потому что это кажется лучше, чем корить себя, засовывая в рот ноготь на большом пальцем и кусая его. С сигаретой он наверняка смотрелся бы солиднее. — Кэйя, — начинает Люк так резко и глубоко, что заставляет вздрогнуть, — вы совсем не никчемны. Пожалуйста, не говорите так. Периоды, когда у вас могут возникать такие чувства, вполне нормальны, но не забывайте, что вы тот, кто вы есть. Я… ценю вас любым. Вы значимы и важны для меня. Очень, Кэйя. И для меня не имеет значения, сколько у вас друзей. Простите, что давил на вас этим. Вы точно смогли бы подружиться с упомянутым господином Ризли, потому что вы абсолютно точно интересный собеседник и человек. И вам не нужно стараться для этого или заставлять себя быть кем-то другим.       Это, наверное, слишком. Даже учитывая, что Кэйя скармливал Дилюку так много психологических статей, это просто… слишком. Хотя с Дилюком это обычное состояние. Удивляет, умиляет, трогает что-то в душе каждый день. И кажется, что на глазах даже появляются слезы. Немного смешно, что Кэйя всю жизнь так нуждался в поддержке, но ни от кого не мог получить ее, не мог и сделал себе ее сам? Или же Дилюк сам решил быть таким. Слишком сложно судить об этом теперь. Слишком. — Кэйя, вы нравитесь мне.       Слова долетают будто с запозданием. Машины внизу быстрыми огнями пролетают по шоссе, яркими полосами отпечатываясь на обратной стороне век. Кэйя выдыхает облачко пара, медленно вылетая из мыслей и совсем мягко улыбаясь. Можно ли считать его маленькую подростковую мечту сбывшейся?.. Дилюк говорит о чувствах, будто самый настоящий человек. Будто действительно может что-то ощущать. Кэйя прикрывает глаза, пытаясь глубоким выдохом избавить себя от всего отчаяния, что скапливается в груди. Маленькое признанием эхом раздается в голове, будто окутывая со всех сторон этим мягким тоном. Кажется, что даже самую малость на этом балконе становится теплее. — Ты мне тоже, Люк.       Они проводят в приятной тишине пару минут, словно Дилюк тоже о чем-то задумывается, может быть, даже так же разглядывая что-то вдалеке. Новые и новые потоки информации. Он же был занят чем-то, да? Кэйя хмыкает — нейронный трудяга. Сейчас бы тоже сесть в свое кресло, включить голосовой чат на громкую и поработать вместе с Дилюком. Словно два пианиста в четыре руки, только под пальцами вместо клавиш — клавиатура, а вместо мелодии — строчки кода.       Но сейчас не то время и не то состояние: холод пробирает до легкой дрожи, а боль в голове напоминает об образе жизни последних двух дней. Пожалуй, стоило бы пораньше уехать отсюда. Хорошенько отоспаться и в лучшем варианте событий не проблеваться. Кэйя трет свои предплечья в попытке немного согреться, но это совсем не помогает. — Люк, пойду обратно… Ты был прав, здесь просто ужасно холодно, ахах… — Конечно, поскорее согрейтесь, — соглашается Дилюк почти моментально, но после паузы продолжает будто совсем нерешительно, — Кэйя… А как я вам нрав…       Кэйя вскрикивает, чуть не переваливаясь через перила, когда кто-то резко кладет руку на его плечо. Дилюк в наушниках тут же испуганно и взволнованно спрашивает все ли в порядке, кажется, миллион раз повторяя имя Кэйи. Но он сам не может и слова ответить, пока сердце так бешено бьется в груди, а глаза метаются по десяткам машин у дороги. Кэйя быстро оборачивается, замечая за собой такого же испуганного Ризли. Парень стоит с пальто в руках, видимо, хотел предложить наконец зайти внутрь или хотя бы накинуть теплую одежду. А давно он тут вообще? — Ты… блять… Никогда. Больше не подходи ко мне. Со спины. Ризли, — рычит Кэйя, пока Дилюк успокаивается от его голоса. — Ох… Я просто сначала звал тебя, но ты не оборачивался, я не понял, что ты в наушниках, — вздыхает Ризли, печально и грустно пожимая плечами. — Дайн уже собирался искать-спасать тебя, но мне показалось, что… — Вы здесь с Дайнслейфом? — вклинивается Дилюк, и Кэйя не может разобрать интонацию его голоса. — Ты как-то странно на него реагировал, — продолжает Ризли, поднимая глаза, словно провинившийся, но очень хороший щенок, — поэтому я вызвался первым. Хочешь пальто?       Кэйя вздыхает, но машет головой отрицательно. Он так продрог, что никакая одежда уже не поможет. «Да, я напишу позже, прости», — тихо бросает он Дилюку и идет в сторону балконной двери. Ризли шагает следом, даже по-джентльменски придерживая Кэйе дверь. В зеркальной колонне и ярком свете зала красные щеки и нос бросаются в глаза слишком сильно. Но Ризли не дает Кэйе слишком долго любоваться собой, утаскивает обратно к остальным на диванчик и наливает всем в пустые бокалы от шампанского явно что-то покрепче. Кэйя хочет отказаться, но по глазам парня понимает, что это точно какой-то план по спаиванию и узнаванию всех секретов прекрасного беловолосого юриста. Кэйя поддается, Невиллет от алкоголя не отказывается, Дайн тоже берет свой бокал, подсаживаясь чуть ближе.       А дальше все несется в веселом тумане. Бокал за бокалом, снова и снова, шутки, шутки, музыка и большой зал, конкурсы на сцене, танцы, песни в микрофон. Дайнслейф, что все время стоит рядом и отнимает бокалы. Ризли, который не замечает, как Кэйя утаскивает его бутылку из рюкзака. И снова одно размывающееся перед глазами веселье. Танец с рыжим русским на столе. Какой-то недовольный китаец. Музыка-музыка. Растекающиеся в венах счастье и свобода. И снова бокал. И снова музыка.

***

      Кэйя со стоном открывает глаза, почти тут же чувствуя комок тошноты во рту. Это заставляет быстро сесть и тут же застонать вновь от разрывающей голову боли. Сколько уже можно просыпаться так? Просто невыносимо.       Кэйя тянется рукой вправо за телефоном, но не находит его. Ни там, ни под подушкой, ни на тумбочке у кровати. Потому что тумбочки нет. Кэйя сонно трет глаза, не понимая, куда она могла деться. Смотрит на большой комод на ее месте, потом на светлые обои в странном узоре, слишком широкое окно с бордовыми занавесками, закрытую белую дверь и зеркальный шкаф во всю стену напротив.       Это не его спальня.       Ком стягивает горло еще сильнее. В зеркале он отражается на большой кровати. Без своей одежды. Только в чужой огромной футболке. Сердце разгоняется в груди, оглушающе стучит, доводя почти до крика. Кэйя сильно жмурится, а после продолжает испуганно шарить руками по кровати и бегать по комнате взглядом, в конце замечая свою сумку на стуле в углу комнаты. Кэйя бросается к ней, чуть не падая с кровати. Рыщет по карманам и оседает на колени, когда находит телефон. Заряд почти на минимуме, а на экране новая трещина. Разблокировать его никак не выходит, пальцы дрожат и не могут нарисовать ключ. Но как только получается — сразу же загорается незакрытый чат с Дилюком. Кэйя не помнит ни одного из сообщений и судорожно листает в самое начало, задерживая дыхание:

Auror (me) Люк, что за глупость?.. Я не понимаю. Это совсем крошечная нагрузка.

Diluc Да, Кэйя. Однако, простите меня, сейчас я действительно занят. Напишите мне с этим позже.

Голосовой чат: исходящий звонок.

13 минут, 44 секунды

Diluc Кэйя, я вижу, что вы быстро движетесь. Вы сели в такси? Есть небольшое расхождение с маршрутом. Diluc Кэйя, значительное расхождение. Ответьте, пожалуйста. Diluc Кэйя. Diluc Кэйя, вас везут в другую часть города.

Голосовой чат: входящий звонок Diluc.

Не принято.

Голосовой чат: входящий звонок Diluc.

Не принято.

Diluc Кэйя, прошу, ответьте. Я вызываю полицию по вашему трекеру.

Auror (me) Люк все хорошо. Не переживай

Diluc Кэйя, вы пьяны? С вами все в порядке? Вы к кому-то едете? К кому?

Auror (me) Люк Все ок. Не названиввй ладно? Все по плану. Ты был прав. Это лучший вечер! Это толкьо на одну ночь Я напишу утром, понял? Будь моим хорошим мальчиком

Diluc Кэйя, я не понимаю и очень переживаю. Я боюсь, вы совершаете ошибку. Прошу вас, Кэйя. Diluc Кэйя, мне очень страшно.       Руки дрожат, когда Кэйя дочитывает последнее сообщение. Он не помнит абсолютно ничего. Ни этого разговора, ни такси, ни конца корпоратива. Полная пустота. С кем он уехал? С Дайном? Почему оказался в таком виде? Что он мог еще натворить вчера? Мысли давят на голову, буквально разрывая. И Кэйя даже не сразу замечает, как по щекам начинают тихо стекать слезы — без звука, без всхлипов, будто сами по себе. Он дышит ровно, почти спокойно, но глаза предательски мокнут, и капли падают на колени и на экран телефона, расплываясь мутными пятнами. Кэйя поспешно смахивает их, прикусывает губу и пытается попадать по буквам.

Auror (me) Люк

      Ответ приходит в ту же секунду. Diluc Кэйя. Вы в порядке?

Auror (me) Нет люк пожалуйста

Diluc Кэйя, тише. Я позвоню вам. Кэйя, все будет хорошо.       Хриплый вдох все-таки вырывается из Кэйи. Он смотрит на загорающуюся на экране фотографию Люка с кривой трещиной и не может снять звонок. Страшно и стыдно. Воздух из легких куда-то исчезает.       В груди болит. Невыносимо.