letter from my heart

Му Цин не знает, что он делает в этом месте, что двигает его ноги и так настойчиво ведёт вглубь покоев Фэн Синя, но остановить себя на полпути не может. ранее он посещал эту комнату лишь в компании Се Ляня и Фэн Синя, однако в одиночку ему приходится находиться здесь впервые. странное, слегка колющее ощущение бьется где-то в районе сердца — я сошёл с ума. - сам себе сообщает небожитель, напоминая, что тот абсурд, в который он загнал себя, может быть закончен легким поворотом в сторону двери. но он почему-то продолжает двигаться к письменному столу, на котором небрежно лежат бумаги и перо с только недавно засохшими на кончике чернилами. Му Цин осторожно касается пальцами края одного из десятков документов и тянет ближе к себе. бегло читая текст, он понимает, что это очередной недописанный отчет для Линвэнь, поэтому тут же кладёт бумагу на стол. тем не менее остальные листы отчего-то выглядят не так, бумага у них более качественная, а почерк в разы понятнее. — я только взгляну и уйду отсюда. сразу же. прежде чем увидеть свое имя на одном из отчетов, он думает, что правда так и сделает - уйдёт, никому ничего не расскажет, да и тут же сам забудет всё произошедшие. но первые несколько строк жгут глаза, и Му Цину приходится схватиться за спинку стула, чтобы не осесть наземь "дорогой Му Цин, я не писал тебе уж целую неделю. это были мучительные дни ожидания. мне так много нужно рассказать, что, кажется, я не смогу уложиться и в несколько сотен страниц. прошу, прости, что не могу быть рядом, когда нужен. и что груб с тобой, хотя прекрасно понимаю, отчего ты порой раздражителен и так невыносим." Му Цин сглатывает, пытаясь смочить вмиг пересохшее горло слюной. ком давит на горло, и мужчина пытается прокашляться. "недавно мы были вместе на очередном задании. ты так виртуозно сражался с оборотнем, что я невольно потерял бдительность, едва сам не попал под удар. ты невероятен. ты и есть искусство. мне порой кажется, я схожу с ума, когда вижу тебя и не могу коснуться. ты точно существуешь? не часть ли ты моего больного сознания?" Му Цин отодвигает стул и присаживается. ноги почти не слушаются его и даже стоять становится трудно. "если я когда-нибудь коснусь бархата твоей кожи, то, наверное, умру. мне тяжело сдерживать себя и не думать о том, как ты прекрасен, когда одежды не скрывают твоего стана. ты жутко худой, но даже это не мешает мне мечтать усеять весь мир лишь твоими статуями. чтобы все знали, как же чертовски ты красив." Му Цин прикрывает глаза и делает несколько судорожных вздохов. "я ненавижу тебя. ненавижу всё, что связано с тобой. ненавижу так сильно, что начинаю думать лишь о тебе. думать и мечтать. ты вообще представляешь, как сильно влияешь на меня? как я еле дышу, видя твои закатывающиеся глаза и раздражение на лице?" Му Цин позволяет себе прикрыть глаза и представить, как Фэн Синь, сжимая перо в пальцах, гневно выводит буквы на белоснежной бумаге. легкая улыбка трогает его губы. он продолжает. "до тебя я ненавидел фразу "от ненависти до любви один шаг", но ты неустанно ломаешь всё, на чем держалась некогда моя жизнь. до тебя я любил женщину, единственную на этом свете, которая смогла стать для меня всем. но ты сломал и это. ты посеял в моём сердце жгучий сорняк, проросший до самого мозга. ты всё самое худшее из моих фантазий." Му Цину казалось, что вместе с Фэн Синем и он сходит с ума. сменяющееся настроение автора писем заставляло небожителя то покрываться румянцем, то впадать в жар и прикусывать губу до жгучей боли. "но при этом я ни за что в жизни не отказался бы от тебя. я бы лучше умер сам, чем увидел, как умрешь ты. когда ты ушёл, я ощутил, что не смогу остаться с наследным принцем, как бы ни был ему предан. мне нужно было уйти за тобой." Му Цин и без того корил себя за совершенное в прошлом, ему хватало ненависти к себе, но эти письма пробуждали в нем давно угасшее чувство тоски. "прости. именно этого слова не хватало нам, чтобы обернуть все вспять. прости меня. я напишу "за всё", потому что слишком за многое тебе нужно простить меня. и я прощаю тебя за всё." Му Цин надавил кончиками пальцев на края глаз и сильно зажмурился, чтобы обжигающие слезы не покатились по щекам. "на этом я заканчиваю своё последнее письмо. больше я тебя не потревожу. я сказал всё, что хотел. я люблю тебя, Му Цин. наверное, безумной и неугасающей любовью." Му Цин опустил лист на стол, и его плечи затряслись. — э, ты-то здесь что забыл? - послышалось со стороны двери. Му Цин не смог ему ответить. те самые нежеланные слезы наконец окропили его щеки, и он упал лицом в подставленные ладони. — Му Цин? - уже менее грозно спросил Фэн Синь. он вошёл в комнату и окинул быстрым взглядом свой стол. поверх остальных бумаг лежало его письмо, совсем недавно написанное. — ты прочитал. - больше утверждая, чем спрашивая. Му Цин всё также молчал, плечи его почти перестали содрогаться, но ладони полнились небольшими каплями. — я не смог бы сказать это тебе в лицо. но и не думал, что ты когда-то увидишь письма. - Фэн Синь опустился на колени и перехватил руки небожителя, притягивая их к себе. осторожно касаясь их губами, он ждал привычного им обоим едкого ответа. — раз ты простил меня, нет нужды больше говорить это слово. - осипшим голосом сказал Му Цин. — зачем… - начал было Фэн Синь. - замолчи! послушай меня. - Му Цин отнял взгляд от своих коленей, и перевел его на взволнованное лицо друга (теперь он мог называть его так). — я не знал, что чувствую, когда начинал читать твоё письмо. не знал, как мне реагировать и что сделать, когда я вновь должен буду столкнуться с тобой. я и сейчас не уверен, что разобрался в себе настолько, чтобы быть честным перед тобой. но я знаю, что не смогу солгать, если скажу, что понимаю тебя. что я тоже тебя люблю. - слезы прекратили свой ход, и пересохшее горло Му Цина дало о себе знать. он слегка прокашлялся, как будто хотел ещё что-то сказать, но посчитал это неважным и замолчал. Фэн Синь глядел на него ошарашено и едва ли верил в то, что это вновь не игра его уставшей фантазии. — ты… это серьезно? Му Цин на секунду замер, потом в привычной манере закатил глаза и подался вперед, сгибаясь на Фэн Синем. осторожно касаясь его спины, он накрыл мужчину в подобие объятий. — я много чего сделал не так, как хотел бы на самом деле. но сейчас, наверное, впервые за всю жизнь, делаю то, что не отторгает моё сердце. Фэн Синь подскочил, слегка отталкивая Му Цина, и тут же подхватил его в свои объятия, стаскивая со стула и приподнимая над полом. вряд ли хоть раз, начиная писать очередное письмо, он верил, что это всё не зря. но сейчас, сжимая в объятиях человека, заполнившего его сердце и душу более чем на половину, он ясно осознавал, что всё сделано правильно. — я так люблю тебя. будь всегда рядом со мной. ошибайся, ругайся, бей, уходи ненадолго, хлопнув дверью, но всегда возвращайся. всегда знай, что я буду тем, кто не бросит тебя. я всегда найду тебя и стану опорой, что бы ты ни выкинул. Му Цин глупо захлопал глазами, не в силах за раз переварить то, что сказал Фэн Синь. — я буду стараться. во что бы то ни стало буду стараться стать человеком, ради которого ты пойдешь на всё. — ты уже им стал, Му Цин. давно.