Свобода в школьном коридоре

Сгоревшая яичница никак не хотела лезть в рот. От одного только её запаха живот скручивало, и начинался рвотный рефлекс. Блюдо издевательски лежало перед лицом, нос ощущал невероятный запах гари от неё. Края яичницы были почти чёрными. Казалось, что всё в яичнице было неисправно испорчено. Даже мерзкие опарыши сильно бы не изуродовали её вид и вкус. Фёдор, рассматривая это "вкусное" блюдо, ощущал на себе тяжёлый взгляд родной матери. Женщина буквально стояла над душой сына. Если бы её мысли могли материзоваться и летать, то над головой мальчика обязательно нависала лишь одна фраза: "ешь, иначе умрешь". Скорее всего, когда девушка готовила завтрак, то отвлеклась на что-то, и яйцо сильно подгорело. Но завтрак готовился для Феди, так что мать решила, что мальчик съест и такое. Закрыв глаза, медленно старой вилкой ещё советских времен Фёдор отделил небольшой кусочек от завтрака в тарелке. Вдохнув побольше воздуха в лёгкие подросток попробовал данную еду. Все земные и не земные силы потребовалось для того, чтобы на лице было лишь одно умиротворение. Юноша произнес неспеша, после того, как прожевал: -Спасибо, очень вкусно.- и улыбнулся. Тётя Маша лишь подкатила глаза, догадываясь о явной лжи. -Вы гляньте-ка на него! Я для него готовлю, стараюсь, как прокаженная над плитой с утра до ночи горбачусь! А ему ещё что-то не нравиться!- Она упала на ближайший стул возле большого стола и схватилась за голову.- Не сын, а наказание какое-то! Глядишь, так и рожу скоро от такой бесконечной нервотрепки! Достоевский подскочил к матери и обнял её со спины. -Мам, ты чего? Я просто ничего есть не хочу в последнее время. Я же говорил тебе, чтобы ты не волновалась. Это для ребёнка очень вредно. Женщина спрятала лицо рукой. -С глаз моих исчезни.- грозно прорычала она. Казалось, что сейчас зверь сидел перед мальчиком. Грубая шерсть торчала во все стороны, острые клыки обнажились, как наточенные клинки. И сейчас неизвестное чудовище выпустит свои ужасающие когти, накинется на жалкого бедолагу. Огромный живот придавал ещё больший размер животному. Но на самом деле это была лишь обыкновенно злая мать Феди. На весь этот спектакль темноволосый пожал плечами. Ничего необычного. Он тихими шагами удалился из кухни. Проклятая яичница всё также грустно лежала на тарелке. Мама не сдвинулась ни на сантиметр, оставаясь в этой позе, наподобие мраморной статуе в музее. Входная дверь закрылась. Фёдор наконец оказался на свободе. Без вечных оков на ногах и руках, без фальшивой улыбки и мыслью, что сейчас надо сделать и надо сказать. Он мог дышать в полную грудь, не волнуюсь, что его "любимый" братец Миша рядом, слышит, что он говорит и думает. В ближайшее время он не будет Фёдором Достоевским. Федором, который выглядит хлипким. Федором которого надо подкормить. Федором, которого снова наказали и не дали поесть с остальными. Федором, который боялся сказать лишнее слово кому-то. Федором, который всегда убеждается,что его не подслушивают. Федором, которого он ненавидит. Федором, от которого он хочет избавиться навсегда. Вместо этого он будет совершенно другим человеком. Если бы его увидела семья, то наврятли бы узнала. Может это только и к лучшему. Парень побежал. Бежал, даже когда заболели ноги. Когда воздуха стало катастрофически не хватать. Когда в глазах начало непрестанно темнеть. Но он бежал, потому что хотел этого. Ведь сегодня никакие правила не влияли на его жизнь. Пока другие девчонки в его классе жаловались на то, что их родные не дают им нормально похудеть и всё время пичкают едой, у Феди всё было в точности наоборот. Его всё время наказавали за каждую провинность. И наказания былы не запретом на прогулки, или стоянием в тёмном углу, а немного другие. Его просто не кормили. Ну, вот так вот не кормили. Могли просто не давать обед, а иногда и неделями не кормили. А наказывали его почти каждый день. Так что на такой "диете" он сидел с раннего детства.Если бы юноша узнал, что у него истощение, то сильно не удивился бы. Федор наконец добежал до двора. Резко захотелось кашлять, что он собственно и сделал. -Федош, что с тобой?- волшебным образом появился сзади обеспокоенный Коля. Огромная кепка слезала ему на глаза. Пластиковый пакет с таинственным наполнением внутри зашуршал в руке. -Кха, со мной всё в порядке. Пустяки. Не переживай.- Достоевский обнял парня. От него приятно пахло цветочным шампунем, похоже он всё же отнял его у своих сестёр.- Только вот я так и не понял, что ты придумал. И зачем я должен был звать сегодня Ваню? -Гончара можно было не звать, но я подумал, что тебе будет немного одиноко в компании Мити и Саши. Сегодня я так уж и быть, перетерплю присутствие этого трансгендера. -Вообще-то, я всё слышу!- послышался недалеко сзади узнаваемый и звонкий голос Гончарова. Федя обернулся. Волосы его друга были убранны в высокий хвост, а коленки все в мелких ранках и царапинах. Похоже его кошка также по вечерам жестоко играется с ним. -Ой-ой, как же пофиг.- передразнил его Гоголь. -Подожди, а зачем ты нас всех собрал?- спросил Достоевский, ни капли не врубаясь в происходящее. -Аргх, какие же вы ту... Короче, помнишь ты говорил, что хотел бы устроить пикник, как во всяких романтических фильмах? -Допустим.- Федя ощущал небольшой стыд перед Иваном, так как это было достаточно личным. Только между ним и Николаем. -Так вот, я решил, что должен сделать маленький праздник в честь ничего. Пикник со всеми друзьями! Ну, и Гончара тоже позвал. Стоящий рядом Иван удивился. Его светлые брови поднялись вверх. -Почему я об этом узнаю последним? И вообще, где вы собираетесь устраивать этот пикник? А кто взял еду? Воду? Может быть я не могу идти на пикник, вы хотя бы думали об этом? -Слушай, Гончар, не будь таким пессимистом. Раз согласился идти гулять, значит можешь и пойти на наш небольшой праздник. Жрачка тут.- парень поднял пакет, который всё это время был у него в руках.- А вода нам не нужна, там итак речка рядом. Я на всё вопросы ответил, или у кого-то возникли претензии? -Речка?- переспросил темноволосый.- Это мы где ещё будем? -Хех.- Гоголь почувствовал некое удовольствие от того, что он знает чуть больше Феди.- Это наше любимое место с пацанами. Мы туда каждое лето отдыхать приходим. Место- закачаешься!- и поднял большой палец.- Поэтому, я и сказал вам приходить ко мне во двор. Потому что мои верные товарищи давным-давно уже там, готовяться к нашему приходу.- он заулыбался.- Ну, я так надеюсь. Возникла тишина. Гончаров посмотрел на своего друга. В его серьёзном взгляде читалось: "И ты ещё дружишь с этим идиотом?". Фёдор же мысленно сказал ему: "Он нормальный, не переживай". Гоголь почувствовал в этой раздражающей тишине напряжение и недоверие. -Эй! Вы чего, мне не верите?! Уверяю, сегодня у вас будет самый лучший день в вашей скучной жизни! -Чувствую, сегодня будет последний день в моей скучной жизни.- мальчик подкатил глаза.- Так куда нам идти? -Аргх, просто идите за мной. И так всё настроение испортили. Фёдор подошёл к длинноволосому. Поправил его огромную кепку и неожиданно поцеловал в щеку. Щёки подростка слегка порозовели от смущения и неожиданности. Неподалёку стоял Гончаров. Он пробурачал себе под нос что-то по типу: "Тц, влюблённые". То что, Иван уже давно прознал про их отношения, Достоевский понял и принял, и теперь даже не пытался это скрывать. Потому что знал: его лучший друг никому и никогда в жизни не расскажет чужие секреты. Хоть пытайте его в подвале, всё равно ничего путного не узнаете. Но Фёдора радовало лишь то, что его другу было не мерзко общаться с ним после всего, чего он узнал. Наверное, это и было самым главным. *** -Пацаны!- Гоголь буквально налетел на бедного Сашу, как неудачно приземлившаяся птичка. Мите же удалось заприметить Колю раньше, и он быстро пригнулся, ощущая скорый приход атаки, в виде летающего и ржущего человека. -Мы тоже.- только и сумел прохрипеть задыхающийся Пушкин. -Отпусти человека.- посоветовал Митя, чтобы в скором времени не звонить в скорую по поводу мёртвого друга. -Хаха, ладно.- светловолосый разжал свою смертоносную хватку. Рядом журчала быстрая, но достаточно большой глубины речка. Чтобы окунуться в речку, надо или спрыгнуть с крутого берега, либо аккуратно спуститься вниз, потому что там был резкий обрыв. Огромный дуб нависал над ней, угрожающе размахивая своими длинными ветками с молодыми листьями. На самой ближайшей ветке к воде была привязана, вроде как, крепкая верёвка со старой, искалеченной долгой жизнью шиной для грузовика. Похоже создатели этих импровизированных качелей эту покрышку откуда-то украли, и скорее всего с рынка или автопарка. Потому что эта шина ещё могла быть в пригодности. Но об этом никто больше не узнает. Хотя бы взрослые ещё не забрали отсюда. Большая тень от дерева скрывала сильнопалящее солнце. Кожа уже немного загорела, хоть и было только начало лета. На территории этого райского места в теньке стоял мангал. Одни только боги на небе знали как он держался на трех еле стоящих ножках. Весь ржавый, покалеченный. Похоже создатели качелей решили вместе с шиной захватить и мангал. Но делать нечего. -Кстати, Митька, ты же взял пиво?- спросил просто так Николай. Над всей полянкой повисла гробовая тишина. Глаза Черенкова округлились, он закрыл рот рукой.- Ты же взял пиво?- переспросил юноша, но уже со страхом в голосе. -Да, ребят. Я забыл пиво.- подросток говорил всё это, будто бы сообщал, что его забирают в армию. Казалось, что из его левого глаза потекла слеза. Федя протёр глаза, убедился, что это лишь блеск воды так падает на лицо. -Блять, Митя... Мы же договаривались. С меня жрачка, с тебя бухло.-Николай сел на сырую землю возле дуба и надул губы.- Теперь этот пикник пройдёт очень скучно. А я хотел, чтобы Федоше понравилось.- произнес он последнее предложение тихо, но все всё равно его услышали, но по крайней мере делали вид, будто ничего такого из уст Коли не вылетело. -Алкаши.- высказал своё мнение Ваня. -Не расстраивайся так сильно.- начал успокаивать своего возлюбленного темноволосый. -Да ладно, всё нормально!- тут же развеселился парень.- Не побухаем, так покупаемся, правда, Гончар? -А почему сразу Гончар? -Ну, а почему бы не ты? -Я лучше тут посижу.- засуетился Иван. -Плавать что-ли не умеешь?- влез в чужой диалог Саша. -Даже если и так, что в этом плохого? Но я не хочу, чтобы вы меня учили плавать. Не очень желаю быть найденным на дне реки, знаете ли. -Дело твоё.- ответил светловолосый, будто он был из тех людей, которые очень быстро и спокойно отказывались от своих целей. Ближайшие полчаса вся золотая троица купалась в речке. Сначала они прыгали с тарзанки; потом пытались забраться ещё выше и уже потом прыгать; но под конец слегка устали, начали просто резвититься в воде, хватая друг друга за ноги. Достоевский с Гончаровым сидели на берегу и смотрели, как купались их друзья. Наверное, Коля всё же прав, когда говорил, что без Вани ему было бы безумно скучно. Не сказать, что ему не хотелось хотя бы немного окунуть ноги в прохладную воду, но не оставлять же одного друга. Да, и одежда наврятли бы высохла к приходу домой. Так что лучше посидеть здесь на суше. Наврятли, юноша предствалял именно это, когда говорил, что хочет романтический пикник. Он лишь хотел быть наедине с любимым, кушать с ним вкусный торт, запивая каким-нибудь, не менее сладким коктейлем. Но парень все равно радовался, когда понимал, что Гоголь из-за всех сил старался сделать для него праздник. И такой, чтобы Федоше точно понравился. Разве, это не самое важное? Чтобы твой любимый человек тратил своё время, лишь бы тебе было хорошо и уютно? -Хей, вы точно не хотите искупаться? Водичка просто обалденная!- вывел из своих мыслей Коля, который выжимал из своих волос лишнюю влагу. -Нет.- незадумываясь ответил неумеющий плавать. -Ой, ну, и ладно. Мы перекусим и снова купаться пойдём! Федош, ты же пойдёшь с нами?- его глаза сделалось как у маленького щеночка.- Федош, пошли с нами! Я с тобой тоже хочу время провести! -Хорошо, хорошо.- сдался Достоевский и виновато посмотрел на приятеля. Тот, пожал плечами, мол, делай, что душе угодно. На берег вышли и Митя с Пушкиным. Они весело смеялись с какой-то шутки. Разноцветные капельки воды стекали с покрашенных кончиков волос Черенкова. -Слушайте, я такие вкусные шоколадные пироженки купил!-Гоголь вытащил из пакета упаковку с кексами. Большая красная клубника находилась посередине на каждой штучке. Выглядели они достаточно аппетитно, так что почти у всех в компании после увиденного громко заурчал живот. -Ну же, налетай! И все накинулись на бедный десерт. Кому-то даже получилось ухватится сразу за две, как, например, Саньке. Из-за этого Митя громко возмущался и говорил во весь голос, что тот, самая настоящая крыса. -Кстати, тут нет орехов?- Гончаров откусил кусочек кекса.- А то у меня на них смертельная аллергия (только дурак будет говорить о аллергии, в это время откусывая пироженое).- Один орешек и всё, я задыхаюсь. Гоголь резко перестал чавкать, лицо его побледнело. -И на фундук тоже?- спросил он нервно усмехаясь. Все с огромным ужасом посмотрели на Ваню. У того, похоже уже был инфаркт или инсульт. Он начал кашлять, пытаясь выплюнуть только что проглоченый кусочек. В это время Коля разразился не простым смехом, а самым настоящим ржачем. -Хахаха! Не переживай! Там нету ни одного кусочка орешка!- подросток схватился за свой живот, чтобы случайно не упасть на землю. Федя с остальными молча смотрели на всё это. Иван моментально подскочил и заорал: -Блять! Я убью тебя!- юноша уже в рукопашную пошел душить плохого шутника. Жертва скорого убийства лишь продолжала истерично смеяться, как ненормальный псих, но старалась отбиваться от ударов. "А они точно все трезвые?"- подумал Фёдор про себя и сразу же пожалел, что всё это время бездействовал. Митя с Сашей как преданные друзья решили помочь своему товарищу. Они подбежали к разъяренному и начали оттаскивать его подальше от парня. Остановились только возле обрыва, ведь идти было больше некуда. Успокоившись, Коля подошёл к ним и вдруг выкрикнул: -Хах, Ваня, ты аж весь красный от злости! Тебе надо остыть!- Казалось время назло судьбе замедлилось, четко показывая каждую деталь в этой живой картине. Мальчик толкнул Гончарова в грудь, и тот упал прямо с обрыва в речку. К счастью, Мите и Саше удалось остаться на весу, и не сигануть вместе с юношей. Ваня начал болтыхаться руками и ногами в воде, будто собака, которая не умеет нормально плавать, стараясь хоть как-то дышать воздухом. Резинка с его прядей исчезла, так что почти все волосы были на лице, мешаю обзору для спасения. Поняв, что ситуация достаточно опасная, Фёдор сжал кулаки и прокричал почти на всю округу: -ЧЕГО ВЫ ЖДЁТЕ?! ПОКА ОН УТОНЕТ?! ЕГО НАДО ВЫТАЩИТЬ НА СУШУ!- ощущение было такое, будто все связки разом порвались, всё горло начало неимоверно жечь. Скорее всего парень сорвал голос из-за своего безумного крика. Как по команде все трое полезли в воду спасать бедного Ваню. Тонущий, похоже был на краю всего возможного. Вот-вот подводные силы утянут его с собой в самое темное, глубокое дно. Через пару считанных и напряженных минут полуживой Гончаров уже лежал на траве, выплювывая гадкую речную воду с привкусом тины. Весь он дрожал как осиновый лист на ветру. Но Митя, как самый умный человек в банде додумался укутать его. Он поднял с грязной земли свою белую, но уже запачканную футболку, которую любезно снял перед тем как пойти купаться. Юноша накинул одежду на плечи пострадавшего. -Зато не надо было делать искусственное дыхание!- заулыбался во все зубы Коля.- А то пришлось бы Мите это делать. Хаха!- он засмеялся. Но ненадолго. Хлопок. И левая щека Гоголя моментально покраснела. Достоевский стоял перед ним с замахнувшейся рукой, в рубиновых глазах вместо привычной нежности и ласки, блестели горькие слезы. -Почему тебе так наплевать на человеческие жизни?! А что если бы мы не успели?! А если бы Ваня...- его легкие до сих пор нещадно болели, ещё и противный ком в горле от слез не давал нормально произносить слова. -Федь?- спросил неуверенно Николай, будто бы боялся испугать какого-нибудь зверька, чтобы тот, от испуга не убежал далеко. Все вокруг окружающие странно замолчали, не в силах даже дышать. Они ожидали. Ожидали какого-то действия со стороны подростков. -Я думаю, нас стоит расстаться.- произнёс Фёдор после длительной паузы. Он пошёл прочь, подальше от этого проклятого место.- Не переживай, меня не стоит провожать. Я запомнил дорогу, так что дойду сам. Гончарова оставляю на вас, сами тащите его. Пока. Лишь только небольшая его тень осталась позади. Ещё немного подождав, она и вовсе пропала. Горячие слезы полились по щекам. В груди что-то давило, мешая нормально дышать. Больно. Как же больно.