Скажи мне, я тебя люблю

Прошёл день и все, кого позвали на сборы, уже приехали. Ребята стояли в холле, пока Сергей распределял их по номерам. Кострову попался Дрозд, которого не сразу увидели, но Макс заметил, как только вылез из такси, забегая в здание. Немного прилетело за опоздание, и оправдание про поезд вообще не прокатило. Как сказал Макс, на крыльях нужно лететь сюда. После распределения по номерам, Стрельцов начал толкать пламенную речь. — С этой секунды вы — молодёжная сборная России по хоккею. Больше вы не игроки ни Медведей, ни Ледяных Королей, ни Факела — всё. Вы команда, собранная для того, чтобы побеждать. — Красная машина, — послышался шёпот Березина. — Да, красная машина. — А что здесь смешного? — прервал дурацкий смешок Ильи Сергей. — Именно красной машиной вы должны стать, ну правда ещё немножко не отрегулированная. Тормоза подводят, да, Березин? — Извините, Сергей Петрович. — Сергей Петрович прав. Каждый из вас блистал в своей команде, здесь придётся притираться заново. Прошу вас сделать это в сжатые сроки. Работать будем с утра до вечера. Времени на сопли и слюни не будет. Выбыл из обоймы — собрал сумку и домой. Все меня услышали? — Да, — синхронно подтвердили парни. — Василий Геннадьевич, есть чё сказать? ВасГен вышел вперёд, разглядывая ребят по головам. — Так, астронавты, жалобы на здоровье есть? — Нет, — почти также синхронно ответили они. — Уже хорошо. В 15:00 обед, после обеда все ко мне на осмотр. У меня всё. — Разойтись. Давайте, живо, ребят. Ребята начали расходиться, Макс тоже уже собрался уйти к себе, какое счастье, что их поселили Серёгой вместе, но тот не особо торопился идти. Он ходил по холлу, смотрел в потолок, совершенно ничего не предпринимая. Звонок телефона, Сергей берёт трубку, и кажется, расстраивается ещё больше. — Алло, Юляш? — Сергей, я по делу и быстро. Я подала заявление, через две недели суд, твоё присутствие необходимо. — Суд? — У нас несовершеннолетние дети, по закону без суда не обойтись. — Я тебя услышал… — голос словно мёртвого человека. — Юль, подожди. Ты окончательно решилась на развод? — Извини, но мне некогда. — Юля, ты не ответила… — но послышались лишь гудки. Сергей присел в кресло, почти что откидывая телефон на столик рядом. — Серёга, ты чего не идёшь в номер? — Не хочу… — Ты прости, я краем уха услышал слово развод. — Это не твоё дело, — злобно ответил Сергей, не обращая на Макса никакого внимания. — Дело то конечно не моё, но если что, я всегда рядом. — сделав вид, что он не заметил грубого тона в свою сторону, Макс похлопал Макеева по плечу и ушёл к себе, оставляя его наедине со своими мыслями, — Жду тебя, — добавил он в конце коридора. Сергею в голову приелась последняя фраза. Я всегда рядом… Это действительно многое означало для него, и если раньше его это напрягало, то сейчас он хотел бы, чтобы Максим присутствовал чуть побольше, чем просто в рабочей обстановке. После обеда все отправились тренироваться в Лужники. Макс опять же изрекал речь, пока Сергей раздумывал над разговором перед обедом. Кажется, сама судьба посылает ему человека, которому можно довериться, открыться, положиться в конце-то концов. С первого взгляда и не скажешь, что Стрельцов такой человек, которому можно доверить свои проблемы и переживания, но может стоило попробовать? — Внимание. С сегодняшнего дня у нас лёд. Времени на сыгрывание — в обрез, надеюсь, это все понимают. — Да, — послышался негромкий, но понятливый ответ хоккеистов. — Поэтому, работаем чётко и строго по установкам главного тренера, — на секунду Сергей посмотрел в сторону Макса, но тут же продолжил, встретив ответный взгляд, — Прекрасно понимаю, все вы тут люди молодые, поэтому, очень вас прошу ваше ребячество, шутки и приколы оставить вне льда. — А что, уже были прецеденты? — подметил Костров. — Пока не было, но это я для этого и говорю, чтобы не появлялись. Я надеюсь, никому не надо напоминать, что у нас впереди Чемпионат мира. — Нет, — послышалось со стороны ребят, такое жалкое и неуверенное. — Не слышу. — НЕТ, — уже чётче и увереннее ответили они. — Тогда начинаем разминку. Работаем над катанием, ускорение по свистку. Тут же все разбрелись по льду, Сергей последовал за ними, чтобы если что помочь, да не маячить перед глазами Стрельцова. Может всё же он и человек, который выслушает и поможет, но это Макс, и Сергей не хотел бы бросаться кому-то на шею при первой же возможности. Так начались дни подготовки к первой игре. С утра до вечера ребята тренировались то на льду, то на земле. Нагрузки увеличивались, тренера замечали, кто не справляется, кто не дотягивает до уровня сборной, делая свои выводы.

***

Все эти дни Сергей толком не мог ни о чём думать, кроме как о своих проблемах, изредка отвлекаясь на тренировочный процесс. На этот раз он был рад, что главный тренер Макс, потому что с его витаниями в облаках он вряд ли смог поддерживать такую дисциплину в команде. Стоит отдать Стрельцову должное — он прекрасный тренер. И почему Сергей сразу этого не разглядел? Строгий, требовательный, решительный. Такая ответственность на его плечах — этот Чемпионат мира. Ему не стоит ни на что отвлекаться, кроме как работы, и Сергей со своими переживаниями вообще не к месту, как ему это казалось. А сам Макс замечал, как угасает его второй тренер. Всё время ходит задумчивый, несобранный и очень грустный. У Стрельцова конечно же появились предположения, что с Макеевым не так, но скорее всего, всё проще, чем кажется на первый взгляд. Развод, это дело такое, ты в один момент теряешь всё, что строил несколько лет. Конечно, он сможет видеть своих детей, но это не то. К счастью, Макс этого не постиг, всё время остаётся завидным холостяком. А зачем ему кто-то, когда рядом сидит Серёга, который стучит ручкой об блокнот, пытаясь что-то сообразить, а когда он видит его улыбку, кажется, что самый пасмурный день становится солнечнее. И вот, сидя в тренерской, Макс копается в телефоне, изредка поглядывая на Сергея, а тот в свою очередь что-то записывает. До игры с Канадой нужно было решить некоторые вопросы. — Ну чё, Серёг, кто у нас капитанить-то будет? — решил первым прервать столь неловкую молчанку Макс. — Ну, я так понимаю, вариантов у нас ровно два: либо капитан Королей, либо Медведей. — Костров или Вафин? — Ну да. А сам чё думаешь? — Максиму стало на секунду приятно, что Сергей интересуется его мнением, но он тут же спустил себя на землю, понимая, что его слово здесь главное и решающее, поэтому он должен обязательно узнать его мнение. — Да мне не принципиально — оба хороши, — и это была правда, тяжело выбрать между двумя хорошими капитанами основных команд в сборной одного достойного. Надо узнать, что думает по этому поводу второй тренер. — Ну, тогда, пусть команда решает. — эх, вывернулся, но это верное решение. Капитана обычно выбирает команда. — У нас вон с тобой вопрос поважнее есть. — Ты про защитников? — Про них. Понимаешь, не нравится ни Мельник, ни Карпов. Добротные ребята, но это не уровень сборной. — Согласен, но других-то у нас всё равно нет. Раздался стук в дверь и краткое «Да» Сергея впустило к ним Василия Геннадьевича, которого тренеры спокойно отпустили сдавать экзамены по усыновлению Никиты. Ну как тут может идти речь про отказ, если человека нужно отпустить на благую цель? — Здрасте, — приветливо поздоровался ВасГен, по очереди пожимая руки тренеров. — Ну что ж, поступил полностью в ваше расположение. — Ну что, сдал? — решил поинтересовался Сергей. — Обижаешь, конечно сдал. — Ну, поздравляю, папаша. — Подожди, папаша, рано ещё. — Чё рано? В самый раз. Остались одни формальности. — Да, я тоже поздравляю, — присоединился Макс, но их разговор прервал звонок мобильного. — Спасибо. Извините… Да, Данил. Так, я уехал, а что там? Ну, от массажа можешь отказаться, а таблетки нужно пропить весь курс. Ну хорошо, что понял. Всё, давай. — Как там Бондарь? — В норме, на девяносто процентов. — Почему на девяносто? — Десять процентов это я так, для подстраховки. — Геннадич, я вот сейчас не шучу вообще. — Да я тоже. Звонил я его мануалу, но там всё в порядке. — А Бондарь у нас защитник? — вдруг заинтересовался Стрельцов. — Защитник, и неплохо к атаке подключается. Сказав это, Сергей с Максом посмотрели друг на друга, улавливая мысль. Точно, сам бог велел позвать Данилу в сборную. Кажется, вот она, гармония тренеров, когда понимаешь друг друга почти без слов лишь по взгляду… Возможно, это не только на работу распространяется? Тянуть не стали, Сергей сразу же набрал Бондаря, который незамедлительно ответил. — Алло? — послышался взволнованный голос на другом конце провода. — Данил, здравствуй. Макеев Сергей Петрович тебя беспокоит. — Здравствуйте, Сергей Петрович! — Как твои дела? — Ну вроде всё нормально, — немного неуверенно протянул Бондарь. — Тут просочилась информация, что ты практически спину восстановил. Как ты посмотришь на то, чтобы завтра рано утром быть в Москве, в расположении сборной? — Т-то есть как? — Так. Только решение надо принимать быстро. Готов? — Конечно, я готов! — Ну, всё, тогда ждём тебя. Да, приедешь, отзвонись Василию Геннадьевичу. — Есть, — осталось только честь отдать.

***

На льду хоккеисты уже разминаются, тренеры выходят на лёд. Звук свистка, все подъезжают. — Ко мне все… Давайте, парни, поживее, — подгоняет их Стрельцов, оглядывая их. — Так, все помнят на каких условиях вы попали на сборы? — Да, — в очередной раз они отвечают хором. — Мельник, Карпов, Ветров. Спасибо, для вас тренировки закончены. — Только, пожалуйста, парни, не делайте никаких дурацких выводов. Вы — хорошие хоккеисты. То, что нас вас обратили внимание — это лишнее тому подтверждение. Я думаю, что мы ещё встретимся. Не раз. Спасибо за работу, — закончил утешительную тираду Сергей, и ребята начали стучать клюшками, прощаясь с уходящими пацанами. — Ну что, — продолжил Стрельцов, — состав сборной определился. Завтра, правда, подъедет ещё один защитник. — А кто это? — как обычно любопытствовал Березин. — Тебе же сказали — защитник, — ответил вместо Макса Сергей, видя, что он собирается ответить, скорее всего в своей излюбленной манерой: грубоватой и нетактичной. Но кажется, он мысленно сказал спасибо Макееву, по крайней мере тот это почувствовал. — Извините. — Теперь разминка, — начал дальше говорить Макс, делая вид, что не заметил этого нелепого вопроса, — Работаем парами, тройками по зонам, поехали. И оба тренера свистнули вместе, на что Макс даже улыбнулся. Такой доброй и светлой улыбкой, что даже на душе стало легче. Сергей тоже улыбнулся, наконец прекращая себя терзать ненужными мыслями. Сейчас в первую очередь нужно думать о сборной, о предстоящей игре с канадцами, а уж потом разгребать насущные проблемы.