Скажи мне, я тебя люблю

— Нет, как это так? Как это так? — возмущаясь, ходил вокруг тренеров Локтев, — Команда вела с счётом 3:1, и потом взять и отдать игру. — Антон Сергеевич, — решил принять позицию оправдания Макс, но его тут же перебили. — Что Антон Сергеевич? — Это хоккей, мы играли с канадцами. — Так я знаю, с кем вы играли. Только вы что сказали перед матчем? Что? Значит ваши слова ничего не стоят? — Вы меня, конечно, простите, но что собственно говоря случилось? — подал голос Сергей, совершенно не желая слушать три тона возмущений и претензий. — Не понял? — Да, команда в овертайме уступила более сильному сопернику. Я не вижу никакой катастрофы в этом. — Серьёзно? На кубке Надежд у вас тоже никакой катастрофы не было? — нашёл что вспомнить! Пусть бы он ещё вспомнил, когда Сергей впервые матч проиграл, когда был хоккеистом. И ведь не абы какой матч вспомнил. — Совершенно верно, сделали выводы, забыли, проехали дальше, — несмотря на внутренние взрывы, Сергей старался держать тон и лицо, что у него получалось ой как хорошо, Локтева всего передергивало. — Молодой человек, вы мне что, вы мне хамить собираетесь? — Нет, Антон Сергеевич. Вам хамить я не собираюсь, мы просто разговариваем. — Так вот завтра у меня утром в кабинете и поговорим. — С удовольствием. Локтев ушёл, и так хотелось крикнуть "Скатертью дорожка", но новых проблем никому не хотелось. Макс, до этого наблюдающий за этой сценой, наконец, прийдя в себя, заявил. — Оно тебе надо было? Конечно не надо было, но слушать претензии от человека, который вероятно даже клюшку в руках не держал, не то что бы не понимал, с кем они сегодня играли, было не ахти.

***

Вечером, лёжа перед сном и смотря в потолок, Макс не мог не заговорить о том, что их может ждать завтра. Да и хотелось ещё раз обсудить всю ситуацию после игры. — Серёг, спишь? — Нет, также сверлю потолок, как и ты. — Спасибо тебе. — За что это вдруг? — За то что варежку Локтеву закрыл. — Давно хотелось, вот и случай подвернулся, — усмехнулся Сергей, впервые за этот день. Перестав тупо смотреть в одну точку, Стрельцов повернул голову в сторону Макеева, но тот, похоже прибывая в своих мыслях, даже не замечал, что на него откровенно пялятся. — В душ и спать? — спросил Макс, отвернувшись и продолжая сверлить несчастный потолок. — Ты первый.

***

Перед тренеровкой Макс с Сергеем решили настроить ребят по полной, вырисовывая им в словах об их положении. Все прекрасно всё понимали, но проигнорировать и пройти мимо никто не желал. После установок на эту тренировку и свистка Максима тут же дёрнул звонок телефона. —... Да, я буду. — Что-то случилось? — Да не, из приёмной Локтева звонили, к 15:00 вызывают, — а обещался утром разобраться. — Одного? — Давай-ка я лучше один съезжу. Ладно и на том спасибо. Сергей действительно лишний раз не хотел бы видеть этого Локтева.

***

Сидеть в кабинете Локтева, как перед расстрелом, последнее, чего хотелось бы Максу. — Максим Эдуардович, — сейчас Локтев говорил тихо, спокойно. Пугающе спокойно, — я ещё раз хочу напомнить, что следующий чемпионат Мира в нашей стране пройдёт неизвестно когда. И если мы сейчас этим не воспользуемся... — Да я всё понимаю, Антон Сергеевич. — Незаметно. Почему на игре с Канадой были проблемы с составом? — По объективным причинам. — По каким? — В последний момент два защитника выбыли из строя, ну чё я могу с этим поделать? — Вы что их на тренировках, гробите что-ли? — напряжённость нарастала, как и желание выпрыгнуть в окно, лишь бы уйти от этого маразма. — Чё сразу гробите? Так сложились обстоятельства. — Красивая фраза. Мне, прикажете, там наверху озвучить? — Мы правда стараемся, ну правда стараемся, Антон Сергеевич. — Ну да, особенно твой второй тренер, — Максу совершенно не нравилось, куда начал идти разговор, но сделать он уже ничего не мог, — у которого хамить получается лучше, чем с командой работать. — Макеев - хороший тренер. Ну сказал где-то что-то не так, ну простите его, ну это эмоции, ну это сразу после игры. — Мне эмоции нужны на льду, а не за его пределами! — казалось, ещё пару фраз, и они вцепятся друг другу в горло, просто убивая друг друга, настолько наколилась обстановка вокруг, что молнии можно было метать. К счастью для всех, Локтеву позвонили, — Да? Сейчас иду. Ещё раз повторяю, мне нужен кубок Мира. В противном случае, тренеров с фамилиями Стрельцов и Макеев в России больше не будет! Сказал, как отрезал. Если бы не обстановка, то Макс бы ещё минут пять приходил после разговора, но сейчас ему нужно было ехать во дворец обратно и не рассиживаться.

***

Сидя в тренерской и набрасывая звенья на игру со Словаками, Сергей сидел как на иголках. Он уже пятьсот раз обдумал всю ситуацию и причину того, почему Макс сейчас не сидит с ним. Почему он не мог сдержаться, просто язык за зубами подержать пять минут? Этот дед бы ушёл после первого же звонка, оставляя их облитыми дерьмом. Но стоять и слушать притензии к игре от практически левого человека, в то время, когда у них самих не было притензий... Отвлекая от всех размышлений, в тренерскую как раз зашёл Стрельцов. — Здорова, — зашёл, как ни в чем не бывало, ох и знал бы Макеев, что пришлось выслушать Максу. — Ну что, как там? — Чё? — Ну ты же из федерации. — Ааа, — протянул он, понятное дело, что после порции ведра с грязью вспоминать и пересказывать всё это желания не было, — да нормально всё. Похвалили по всем направлениям, паспортные данные взяли, сказали, премию выпишут. — Макс, я серьёзно. Сильно за меня прилетело? Прилетело, это мягко сказано, но Стрельцов решил промолчать, опустить весь разговор к чертям. Как тогда Сергей сказал? Сделали выводы, забыли... Вот он сделал выводы и забыл, а посвящать в этот разговор Сергея не хотелось, им сейчас не об этом стоит думать. — Да перестань, нормально всё, — успокивающе говорил Макс, уже сам не желая трясти тему. — Нам про Словакию надо думать. Ты звенья перетасовал? — Да, сделал. И пока Макс просматривал наработки Макеева по матчу, к ним постучал ВасГен с прекрасной новостью. Бондарь в строю, а значит укрепление состава. А значит очередная перетасовка звеньев.

***

Вечером на ужине было шумно. Все обсуждали игру белорусов и чехов. Тренерский штаб уже отужинал, нужно было ещё раз прогнать стратегию на матч против словаков. Всё-таки решив проконтролировать ребят, Сергей зашёл к ним, услышав радостные крики Березина. После не очень приятных новостей Сергей хотел было пришибить Илью на месте. Какого черта этот человек, которого еле-еле вытащили с одних карточных долгов, влез в новые приключения? Всё это настораживало Сергея, этот человек, если не направлять в русло хоккея, сплошная головная боль.

***

Тренировка шла полным ходом, ведь до игры оставалось совсем ничего. Дав новое упражнение хоккеистам, Сергей заметил, что некоторые начали пялиться в сторону выхода. Через несколько секунд он понял, что стало тому причиной. — Здравствуйте, Сергей Петрович, — на тренерский мостик вышел Миша Пономарев, уже более собранный, было понятно, что он готов рваться в бой. — Здравствуй, Михаил. — Максим Эдуардович, здравствуйте. — Здорова. — Я пришёл сказать, что готов играть, — после этого заявления оба тренера посмотрели друг на друга. Отказаться сейчас от усиления защиты было бы путевкой в проигрыш, но Миша похоже расценил это по-своему. — Уверен? — для подстраховки решил уточнить Макеев. — Уверен... Ну, если я конечно ещё нужен. Сергей сразу посмотрел на Стрельцова, ведь он был главным тренером, и последнее слово было за ним. — Ну иди, переодевайся, раз готов. — Спасибо, я мигом, — и след его простыл, был бы он на льду ещё таким, цены бы не было. — Давай, скорее, — вдогонку крикнул Макс, тут же замечая, как настроение Серёжи поднялось. Стукнулись кулачками, а Сергей заметил, что некоторые хоккеисты всё ещё стояли и смотрели на возвращение Миши. — Чё встали? Сказал же, заряжаемся! Начали! — после свистка все залетали как веники. Пока не крикнешь, не заработают! Радовало наконец, что теперь весь состав сборной в строю, и Словакию обыграть будет уже не так тяжко.

***

— И что? — Ты тупой? — Да хватит, парни, чего вы реально прицепились к нему-то я не пойму? — Ещё один адвокат к нему нарисовался! Эти крики были слышны аж до столовой, ещё не успев дойти до неё, Макс слышал крики нескольких хоккеистов, что ему категорически не нравилось. С утра пораньше митинги и разборки? — Я не понял, чё здесь происходит, а? Это что за митинг во время приёма пищи? Меню обсуждаете? — Максим Эдуардович, тут... просто видео всплыло одно... интересное. Не хотите взглянуть? — подал голос Березин, а остальные наблюдали за тем, как Антипов уходит из помещения. — Ну, показывай, — уже даже стало любопытно, что за видео могло вызвать такие споры.

***

Уже в своей комнате, посмотрев видео раз тридцать и отдав Сергею планшет, Макс чувствовал себя явно неловко. — Ну, чё скажешь? — хотя в голосе никаких признаков смутения или дрожи не было. — Ну, что тут скажешь. Шайба забита не по правилам, — Сергей говорил это слишком спокойно, для человека который терпеть не мог нарушения правил. — Но всё равно, я не понимаю... — Чё ты не понимаешь? — Ну судьи то куда смотрели? — Не знаю. — Надеюсь, ты не думаешь, что они сделали это специально. — Макс... Я щас думаю про Россию-Словакию, а этот матч давно завершён, и результат его известен. Сергей был как всегда прав. Этот матч был черт знает когда, после Канады им стоило бы подумать о Словакии, которая явно не собиралась проигрывать. А России уж тем более некуда отступать. После стука к ним пожаловал ВасГен, которому было очень любопытно узнать, о каком ролике идут такие бурные обсуждения. Макс с Сергеем переглянулись, совсем как хоккеисты, вместо того, чтобы ответить. Макс явно чувствовал себя не в своей тарелке, в отличии от Сергея. По крайней мере сейчас Стрельцов не знал, правду ли ему говорит Макеев, либо же такой поворот событий его действительно задел, но он быстро замял это?

***

— Ещё раз повторяю: посмотрели — и забыли! — Как так забыли, Сергей Петрович? — встрял Царёв. — А вот так! — уже на более повышенном тоне ответил Сергей. Он решил собрать всех хоккеистов, чтобы расставить все точки над "i". Скандалы перед важной игрой ему были явно ни к чему. — Но это же решающая шайба, Сергей Петрович, — также встрял Березин. — И что? Судьи тоже люди. А людям, как известно, свойственно ошибаться. — Просто действительно как-то всё одно к одному получается. — Что одно к одному, Костров? — Сначала матч перенесли, потом шайбу не заметили. — Так, стоп! Давайте не будем смешивать всё в одну кучу. Люди, которые перенесли матч, уже наказаны, а шайбу не заметил арбитр. Да, такое, к сожалению, в жизни случается. Вон в футболе, прости Господи, каждое второе пенальти спорный. Так что предлагаю закрыть эту тему и больше не мусолить. Мы — Сборная России, и сегодня нам надо брать три очка у Словаков. Вот о чём надо думать! — закончив свой монолог на повышенных тонах, через несколько секунд уже более спокойно Макеев обратился к главному тренеру, — Максим Эдуардович... Добавите что-нибудь? — Да, я добавлю. Мне хоть и неловко за эту ситуацию, но тем не менее я соглашусь с Сергеем Петровичем. Если хотите вернуться к этой теме, давайте после чемпионата, а сейчас нет ни Медведей, ни Королей — есть только Сборная, которая должна доказать этому миру, что она первая. Всё ясно? Уверенный синхронный ответ "Да" заставил поверить тренеров в том, что тем с этой шайбой наконец закрыта.