Скажи мне, я тебя люблю

Тренировка была в разгаре, и пока Макс отошёл из-за срочного звонка, Сергею пришлось всё контролировать. Когда Макеев услышал звук свистка, понял, что Макс уже освободился. — Всё, подъехали все ко мне, — пока Макс присоединялся к остальным, Сергей увидел, что на том лица нет. — Макс, что-то случилось? — Да, сейчас объясню. Значит так, ребят, забываем на время наши наработки до лучших времен, возвращаемся к упражнению три в два переходящее три в три. Всё услышали? — после утвердительных ответов Стрельцов продолжил, — После тренировки сообщу новые пятёрки, — тут вдруг все начали переглядываться, что Макса несколько разозлило, — Ну что встали? Поехали-поехали. — Максим, может объяснишь, что происходит? — Канадцы выпускают Андриана Кларка. У него там была проблема с ногой. Ну вот он восстановился, к самому финалу. — Ну и? — Что и? У него коэффициент надёжности 1,98, вот тебе и "и", будем менять тактику. Плясать будем от обороны. — Макс, ты меня конечно извини, но ты же не думал, что канадцы вообще без вратаря играть будут? У нас куча прекрасных наработок, прекрасные комбинации, надо всё попробовать. — Да я всё понимаю, Сергей, но это финал, здесь не до проб. Ну я работал в Канаде, я знаю, что я говорю. Просто поверь мне: меняем тактику. Так будет лучше, — спокойнее, в отличии от Сергея, поставил точку в этом вопросе Макс. Что у них было общее, так это упертость. Ну вот встретятся два барана, и что им делать? — За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь. — добавил Сергей, откатываясь от Макса. Он уже действительно не понимал, а нужен ли вообще на финале, если его даже он не слышит?

***

Ночь перед финалом была очень напряжённой, оттого и бессонной. Макеев стоял у окна, скрестив руки. Он не мог понять, какая пчела ужалила Стрельцова, почему он решил поменять всё почти в последний момент? Почему не хочет послушать Сергея? Казалось, что их отношения растут на доверии, но неужто та ночь была просто перепихоном? Макс тоже ворочался, но, в отличии от Сергея, пытался заснуть. Пусть он завтра не у руля корабля, всё же за Серёжу он переживал больше, чем за своё завтрашнее положение. Он верил в него, как в тренера, верил ему, как человеку, но он понимал, что лучше пойти проверенным путём, чем рискнуть и остаться ни с чем. Макс знал, что Сергей не спит, оттого решил встать и подойти к нему. Может им лучше сейчас сгладить некоторые углы, чтобы завтра прийти к общему решению? — Серёж, ты как? Макеев молчал, до сих пор дулся за сегодняшнюю тренировку. — Я бы на твоём месте лёг спать, завтра важный день. — Я это и без тебя знаю. — вышло грубее, чем хотелось Сергею, но Макса таким не оттолкнуть. Он приобнял Макеева со спины, лаская носом его шею. — Серёг, пусть мы сегодня не сошлись во мнениях на тренировке, это не повод давать бунт. Давай ляжем спать, если ты ляжешь, мне будет спокойнее. И ты выспишься, завтра и правда важный день. — Макс, дело не только в тренировке. — А в чём тогда? Сергей не хотел озвучивать вслух свои мысли по поводу доверия, поэтому решил немного приврать. — Просто переживаю сильно за завтрашний день, от него зависит наши с тобой судьбы, как тренеров, поэтому не могу сомкнуть и глаз. — Господи, плевать я хотел на свою судьбу. Мне важно, чтобы ты выспался, вышел и порвал этих канадцев. А для этого ты должен выспаться. Сергей усмехнулся. Годы шли, а Макс до сих пор оставался непринуждённым даже в такой ситуации. И он прав. Если Сергей не выспится, толку будет от него столько же, сколько от Макса завтра. Как бы печально это не звучало.

***

— Я понял. Макс, это окончательный состав? — список не внушал доверия и это мягко сказано. Сергей не умолял в способностях Макса, как тренера, но сейчас их упёртость может привести не к лучшему результату. — Да, а что-то не так? — Давай Бондаря во второй перекинем, они с Антиповым неплохо работ... — Мне Бондарь нужен в первом звене, я ж тебе сказал, — спокойным голосом перебивает Макс. Но хочется просто заорать от того, что Сергей совершенно не хочет его услышать. — Я хочу усилить защиту. Их вспыхивающий конфликт решил нарушить Казанцев, устроив клоунаду. В его стиле, разумеется. — Господа тренеры, это вам, — он передаёт Сергею и Максу по паре проводных наушников, завёрнутые в моток. Очень мило с его стороны купить совершенно новые. — Что это? — Ну что-что, для связи. — Вадим Юрьевич, насколько мне известно, это официально запрещено. — Это когда в рупор или по рации официально запрещено, а когда потихонечку очень даже... — Да мы и без этого справимся, — вставляет своё слово Макс. — Максим Эдуардович, вы что хотите, чтобы у Локтева инфаркт случился? — было бы неплохо, кажется Вадим и сам об этом мечтает, — Ну возьмите. — Да я всё понимаю, но мы же этим самым мешаем Макееву. Если я захочу ему позвонить, я это сделаю в перерыве. — Я согласен, но вы можете его в ухо вставить для виду, для Локтева. Макс лишь обреченно вздохнул, забирая наушники. Это лишь для вида. Хорошо, что этого Сергей не видит, так бы он провалился до самого ада.

***

Чтобы отвлечься немного от почти что самого главного финала в его жизни, Сергей решил немного прогуляться по холлу Лужников. Рядом с Максом ему вряд ли удастся сосредоточиться на все сто. — Петрович. — Саня, привет! Неожиданная встреча. Хотя очень ожидаемая. Как Точилин не мог не приехать и не поддержать сборную? Вот именно, никак. — Ты чё, поболеть приехал? — Ну конечно, а как же. Ну ты красавец. Желаю удачи и надеюсь все в строю. — Ну да, все. Кроме Стрельцова. — Ну это понятно, — со смешком подметил Точилин. Слишком уж Макс засветился на полуфинале. — Слушай, ну этот швед так судил, я не знаю, чтоб я наговорил. Стрельцов - молодец. Ещё сдержался. — Это ладно, скажи мне пожалуйста, что ты делаешь после чемпионата? — Я на море, на недельку и всё. — Хорошо, скажи, мог бы я тебя попросить немножко задержаться? — Не вопрос, а что случилось? — Ну, думаю, что у нас будет ещё один матч. — У нас? — Медведи и Ледяные короли. — Не понял. — Сань, давай так, всё это пока виллами по воде писано, но если всё срастётся, я тебе всё объясню, хорошо? — Понял, — воодушевлённо ответил Точилин. Хотелось бы, что б все эти слова действительно не оказались виллами по воде.

***

— Ну что, Максим Эдуардович, готовы? — Готовы, — сказал Макс, вставляя наушник в левое ухо. Всё для вида. — А Макеев с командой разговаривает? Может позвоним ему, пусть на громкую связь включит. — Да нет, не надо. Он знает, что говорить. — Ну как хотите. Локтев мог достать даже в такой момент, когда казалось бы, что ничего не сможет колыхнуть от переживаний. Макс не хотел усомниться в Сергее, тем более, что сейчас он переживает больше всех, ведь на нём очень большая ответственность. Лишний раз отвлекать, только сбивать с толку. Хотелось спасти от пафосных речёвок.

***

Напряжение раздавалось по всей площадке, чувствовалось даже в VIP-ложе. По началу сборная России растерялась, но затем вспомнила, на чьём льду происходит побоище, включаясь наконец в матч на полную. Стартовали неплохо, даже уверено. Вадим взглядом намекнул, что для вида нужно хоть какую-то пустую установку дать, что Макс тут же сделал. — Алло, Серёга. Скажи Бондарю, пусть десятого придержит. Естественно это было сказано в пустоту, что и аукнулось. Этот десятый забил первую шайбу в ворота команды Сборной России. 0:1 с Канадой это не шутки. Период тянулся словно резина, ведь каждая команда пыталась забить шайбу. Сначала попытка была у Антипова, затем у Царёва. Но пока безрезультатно. Хотя результат таки появился, ведь канадцы забросили уже вторую шайбу. Отрицательный результат тоже результат, но сборной России не такой нужен.

***

Макс пытался набрать Серёгу, но Лужники не славились своей добротной связью. Либо же в шуме было неслышно. Спустя некоторое время вышел и Локтев, нагоняя и без того панику, хотя в его случае скорее разводил ненужную суету. — Мне только что Прудников звонил. Как вы думаете, что он мне сказал? — Ну, наверное, как и все, счёт на табло не нравится. — А вы собираетесь с этим что-то делать или как? — Я как раз над этим и работаю, уж извините. Если первый выпад Стрельцова Локтев готов был проглотить, то второй, тем более подряд... Эмоции, но кто виноват, что сейчас главный тренер не на своём месте? Первый период на то и первый, что впереди ещё большая часть времени, которая должна сыграть на пользу России, поэтому отчаиваться было ещё рано.

***

Во втором периоде канадцам накрутили хвосты, словно счёт не в их пользу. Может в этом и есть секрет их победы? В любом случае нужно собраться, потому что 0:3 никому не нужен, отыграться будет очень и очень сложно. Очень не вовремя произошло удаление Пономарёва. И словно этого не хватало, у Царёва сломалась клюшка, которую он держал некоторое время. Успели засчитать как за штраф. — Это не хоккей, это цирк на льду какой-то. — истерил Локтев. Будь воля Макса, он бы заткнул этого чиновника к чертям собачьим. Втроём удержать счёт - звучит как что-то невозможное, но нужно постараться, чтобы потом не стало хуже. Пономарёв решил реабилитироваться после своего косяка, который вылился в две минуты, забив шайбу. Это обнадёжило многих, но большинство было всё равно на стороне Канады. Но чуда не произошло, за считанные секунды до перерыва канадцы забили третью шайбу. — М-да, недолго музыка играла, — не долго радовались все. Макс не понимал, в чём проблема тактики, где он мог просчитаться. Сейчас раздражал не сам Локтев, сколько расклад матча и невозможность Макса как-то повлиять на это. Мог бы, сам вышел и разнёс бы соперников.

***

— Алло, Серёг, ты меня слышишь? — Да, слышу тебя. — Значит так, начинаем игру в три звена, связка Костров-Антипов вообще не работает... Я не знаю, куда это всё подевалось, так что давай туда Царёва, а Костров пускай с Яфимовым начинает. — Макс, у Яфимова было пару жёстких стыков. Он теперь боится. — Ну и что? Вставь ему, пускай тебя боится больше! — его можно было бы услышать во всём ледовом при желании. Всё выходило из под контроля, что не могло не злить Стрельцова. — И не удаляйтесь в конце концов. Иначе они нас вообще по льду размажут. — Слушай, я понял, я понял тебя. Может попробовать звенья перетасовать? Есть одна мыслишка. — Ты чё, с ума сошёл? Мы и так 1:3 летим, хочешь, чтоб 1:8 было? Сделай, как я сказал. Всё, на связи. Сергей также отклонил звонок, обдумав хорошенько ещё раз свои соображения. Если он рискнет и проиграет, головы не сносить. Если выиграет... Пока не стоит утешить себя этим. — Так, слушаем меня внимательно, — обратил на себя внимание игроков Сергей, — третий период начинает звено в составе Бондарь, Пономарёв, Царёв, Костров, Антипов. Чё это тут тишина такая? — игрокам ведь так круто качаться на качелях тренеров, но они все стали утвердительно кивать, мол, всё поняли. Они же солдаты, что прикажешь, то и выполнят. Особенно, если учесть, в какой они жопе. — Ну слава богу. Мужики. Очень вас прошу, расслабтесь. Ну, не в буквальном смысле слова. Вспомните, что вы можете видеть друг друга, слышать друг друга. Канадцы такие же хоккеисты, как и вы. Они ничем вам не уступают и ничем вас не превосходят. Их нужно обыгрывать. Ещё одна просьба — не удаляться. Хорошо?

***

Изменения в составе углядел не только главный тренер, но и внимательные зрители. Заметив изменение выражения лица Стрельцова, Локтев поинтересовался, всё ли нормально. Макс плохой актёр, тон выдал его с потрохами. Осталось верить, что Серёга знает, что делает. — Зойка, Зойка, ты глянь. Медведи с Канадцами играют. — заметил Николай Семёнович. — Какие ещё Медведи? — не поняла она. — Ну ты посмотри, Петрович из Медведей пятёрку составил. Секрет тактики прост, но в то же время гениален. Первая пятёрка должна быть мегасплочённой, чтобы игроки понимали друг друга как и себя, чувствовали партнёра на все сто процентов. Ошибка Макса в том, что он не может прогнуться в моменты, когда это нужно, либо же не хочет, ввиду своей гордости. А Сергей умел это видеть и пользоваться. А ещё он слишком хорошо знал игроков, которых ставит в это звено. — Может вы объясните, что с составом происходит? — теперь уже Локтев уловил изменения, которые как будто бы не шли на пользу. А Макс был уверен, что он понял мысль Сергея, цепляясь за неё, как за спасательную соломинку. — А что происходит, Антон Сергеевич? — включил дурака Макс. — Кто перетасовал звенья? Ваша идея? — как будто ответ мог изменить положение. — Всё будет хорошо, Антон Сергеевич. — Что хорошего? 3:1 летим. За препираниями они и не заметили, как Костров легко уворачивался от защитников, делая передачу Царёву, который забрасывает вторую шайбу. — Вот видите, Антон Сергеевич, уже 2:3. Хотя вряд ли его это утешит. А время утекало, как песок из рук. Оставалось каких-то жалких две минуты с хвостиком, хотя для хоккея это не жалкие минуты. Всякое может произойти. Было видно, как хоккеисты сборной России воевали на льду за шайбу, за шанс сравнять счёт. Оставалось полминуты, что заставило Сергея взять тайм-аут. Сейчас была ставка: всё или ничего. Мысль Сергея подтвердили и Макс с Вадимом. — Как думаешь, вратаря будет снимать? — У него разве есть выбор? Вброс шайбы, которая оказывается у Бондаря. Он совершает удар, и шайба залетает в ворота, хорошо слышен звук отскаивания шайбы от штанги. Секундная радость омрачается жестом судьи, что шайба не замечена, а значит не засчитана. Макс подскакивает, ему же не одному показалось, но игра продолжается. Игрок Канады ведёт шайбу и ему ничего не мешает забить четвёртую шайбу в пустые ворота. Сергей тут же подзывает судью, в VIP-ложе дела не лучше. Вадим явно расстроен, на что Макс его успокаивает. Он хочет увидеть, чтобы эту ситуации разрешили. Благо судья тоже человек и смотрит повтор момента. Комментатор сообщает, что видно, как шайба отскочила и оказалось в воротах соперника, что означало незасчитывание четвёртой шайбы и засчитывание третей от сборной России. Чудо, не иначе. При таком раскладе надежда только лишь вспыхивает с новой силой. У них есть пятнадцать секунд, чтобы изменить ситуацию, либо же не усугубить положение. Эти пятнадцать секунд тянутся как будто вечность, но вот уже звучит спасительная сирена. Овертайм. Плохо ли это? Нет, это прекрасно. — Они морально вымотались, чуть-чуть добавьте эмоций. Только не заигрывайтесь. Все меня услышали? Давайте-давайте-давайте. Я в вас верю! На льду игра не на жизнь, а на смерть. Канадцы разозлены до предела, так и не дают подступиться к своим воротам. Но появляется шанс, прекрасный шанс на гол. Царёв ведёт шайбу, понимая, что если попробует забить сам, то не сможет. Вратарь соперников его прочитает и поймает шайбу. Но вовремя появляется Антипов, который с передачи Царева точным ударом забивает гол. Они выиграли! Они чемпионы! Они это сделали! Радости как зрителей, так и Сергея нет предела. На эмоциях он налетает на ВасГена, который его также радостно обнимает. Будь на его месте Макс... Господи, что же он сделает, когда достигнет Сергея? Ему даже страшно представить. Но он готов. Ведь он рискнул, а кто не рискует... Тот не попадает в чересчур тактильную любовь Стрельцова.

***

В раздевалке только и слышно, как радуются хоккеисты. Имеют право, все они выложились на сто двадцать процентов, а морально и на все двести. Сергей заходит с улыбков в тридцать два зуба. Он горд и просто счастлив за своих ребят. На поздравительный огонёк также заглядывает и Казанцев. Он тоже рад за победу тех, за кого поручился. Вадим поздравляет Сергея, пожимает ему руку и вполголоса говорит. — Сергей Петрович, ну красиво... По нашему, по-медвежьи. Кстати, там Локтев в холле дожидается, очень хочет лицезреть, — Ну может испортить всю малину, как ни крути. Не его вина, что Сергея ждёт начальство, что поделать? Он сразу замечает смену настроения Макеева, но что может расстроить в такой то момент, какой-то Локтев? — Ну надо, Серёг, надо. Надо. Макееву приходиться отойти и послушать лестные речи. Если бы они проиграли, сколько бы новых ругательств сегодня узнал бы Сергей?

***

— Поздравляю, — Локтев кажется искренним, только Сергей не отвечает, уж слишком ему неловко. — Когда Канадцы выступили на лёд, я думал, у меня сердце остановится. Ну как ты разглядел эту шайбу? — Да не знаю, железо звякнуло. — Ну да. Я думал штанга. — Так там штанга и была, только изнутри. Благо телефон Локтева спас, отвлекая от разговора. Сергей взглянул на Орлову, коротко кивнув, на что получил ответный жест. Он поражался такту и сдержаности этой женщины, насколько хорошо она чувствовала всю ситуацию. — Ну... Это историческая победа, историческая. Ну, извини, что вот так вот, на бегу. Мы ещё... эту победу отметим, — мало хотелось на самом то деле. — Ну да, не прощаюсь. Орлова напоследок жмёт Сергею руку, следуя за начальством. Макс, как только видит, что шишки отступают, буквально налетает на Сергея со спины. — Серёга. Макеев только и успевает повернуться, как тут же оказывается в руках Макса, который кружит его пару кругов, словно невесту. Они ловят взгляды друг друга, и Сергей видит, что Макс им бесконечно горд. А также видит огоньки страсти и любви, куда без этого. Сергей успевает зафиксировать руки, чтобы не упасть, удивляясь силе Макса. Наверное радость переполняла его. Если бы они были наедине, без поцелуя они бы не расстались, но они уже и так вызывают некоторые подозрения и проходящих. — Ну поздравляю, — шепчет Макс, после ставя Сергея на ноги. — Поздравляю, тебя тоже с победой. Извини, что самодеятельность... — Да перестань, ты выиграл этот матч остальное всё по боку. Пошли к команде? — Так, подожди, тебе ж нельзя. — Да пошли они все... Их личный разговор прерывает Казанцев, не могло же счастье длиться вечно. — Так, братцы, где Локтев? Ушёл? — Только что. — Тогда за мной. — Куда Вадим Юрьевич? — не понимает Сергей. — Куда? К команде. Придётся мне за свои отвечать. А речь шла про обещанный ящик шампанского для команды. Макс очень хочет взять одну бутылку, чтобы отпраздновать победу с Сергеем, когда они будут предоставлены друг другу. Счастливый и прекрасный день должен перетечь в не менее счастливую и прекрасную ночь. Они идут в обнимку за плечи, потому что во второй раз Макс уже не унесёт Сергея до раздевалки на руках. Подозрительно будет выглядеть, да и день уже начинает утомлять.

***

Игроки не спешат переодеваться, во всю красуясь с кубком, делая бесконечные селфи. Некоторые же желают переодеться, а кто-то разговаривает с родным, получая их бесконечные поздравления. — Ну что, чемпионы? — не все сразу реагируют на то, что явился главный тренер, которому быть здесь нельзя, но кто ему сейчас указ. Разве что он брюнет с карими глазами. — Молодцы, молодцы, поздравляю. Взаимно. Всё! Стоп... Внимание! Вадим Юрьевич, ваш выход. Вадим выходит с обещанным призом для ребят, на что тебе начинают всё больше шуметь, свистеть и радоваться. Конечно, нет ни у кого желания напиться до свинки, но чисто символически выпить за победу, почему ж нет. И как же не наполнить шампанским кубок?

***

— Серёг? — Да, Макс? Что такое? Макс, снимая галстук, желая поскорее переодеться, подходит к Сергею, который собирается расстегнуть рубашку. Им теперь уж точно нечего стесняться и скрывать. — Ты извини меня. — За что ещё? — За то, что не поверил тебе. Боялся рискнуть. Ты рискнул, и мы выиграли. Тем более... Не зря ты за Антипова заручился, как выручил нас. — Макс, перестань, в самом деле. Ты тоже приложил немало усилий для этой победы. — Не-не, сегодня ты наш герой спаситель. Ещё и шайбу заметил. — Как я понял, ты тоже её увидел? — Ты прав... Но в любом случае, ты заслуживаешь мою персональную благодарность. Макс резко притягивает Макеева, целуя его. Сергей отвечает, не ожидая такой благодарности до вечера. Сомнения в том, что та ночь была простым перепихоном отлетают так же быстро, как и приходит осознание того, как Макс его целует. В своей манере, но при этом с нежностью, вкладывая свои чувства. Он не смеет углублять поцелуй, пока не получит хоть какого-то знака, и Макс его получает, стоит Сергею сделать это за него. Сергей решает подсесть на столешницу, притягивая Макса ближе, когда он так близко, но в то же время будто далеко. Максу же приходится моментально среагировать, найдя опору. Сергею нравится слегка оттягивать волосы Макса, в то время, когда тот крепко держит его за шею. Непонятное мычание, похожее на стон, заставляет Макса чуть ли не повалить Сергея на эту чёртову столешницу, но он сдерживает себя, спасибо хоккей и спортивная дисциплина. Им ещё нужно доехать до спорткомплекса в нормальном состоянии. Сергею приходиться прервать Макса от изучения шеи поцелуями. — Макс-Макс. Постой. Ты не забыл, что мы обговаривали перед финалом? — Ты о переигровке? — Да. Финал прошёл, почему бы не сообщить ребятам? Тем более, что я уже и Точилина заинтриговал. — Хм... Да, ты прав, нужно уже и ребятам сообщить, но может минуток через десять? — Макс, у нас ещё вечер впереди. Давай остановимся пока на поцелуе. — Как скажешь, — вздохнул Макс. Вечером, так вечером, никто Сергея за язык не тянул.

***

Даже часа фотографирования в раздевалке ребятам не хватило, теперь они уже делают селфи кубком уже на фоне автобуса, улицы и свежего воздуха. Из дворца выбегает Бакин, желая взять кубок, чтобы сфоткаться со своими родителями, но не успевает, так как за ним следом выходят тренера. — Так-так-так. Внимание, парни. Капитан прав, точка действительно шикарная. Поздравляю вас... Но для многих из вас сегодняшняя игра не будет крайней в этом сезоне. — Как? Не понял? — послышалось от одного из хоккеистов. — Информация касается игроков Ледяных Королей и Медведей, — уточнил Макеев. — Речь идёт о злополучной шайбе, которая была забита в финальной матче плей-офф не по правилам. — Федерация уже вынесла своё решение по этому вопросу, так что оспаривать его глупо. Но мы, как тренеры команд финалистов кубка Харламова, хотим спросить вас, игроков, как вы посмотрите на то, чтоб всё-таки переиграть этот матч?