Believe my Dice

Злодеи в последнее время появлялись, словно грибы после дождя. Куда не пойдешь — услышишь крики очередной жертвы, у которой украли что-то. Так же мало кто боялся нападать на различные общественные места, особенно доставалось малому бизнесу. Не крупные магазинчики было легче обворовывать, с этим мог справиться и один человек. Правда и улов там не был крупным, но лучше синица в руках, чем журавль в небе. И Хаку, лежа на асфальте с разбитой головой, старался разглядеть того самого журавля, но головокружение и двоение в глазах не позволяли это сделать. Да и вряд ли там журавль был, ведь у них не бывает красных крыльев. Ни журавля в небе, ни синицы в руке, ведь то, что он держал, мало походило на птицу. — Вызывайте скорее скорую, похоже он бредит, — обеспокоенно произнес кто-то, цепляясь за руку Хаку. Что-то еще незнакомец делать не спешил, ведь боялся ухудшить ситуацию. А Хаку отметил, что, оказывается, очень громко думал, раз его мысли услышали окружающие. — Вызвали. Но из-за сражения образовались большие пробки, скорой будет сложно сюда быстро добраться. Нужен кто-то, кто сможет доставить его в больницу, — еще один человек присел рядом с лежащим раненым. — Нет, герои ведь скоро закончат, правда? И пробка быстро исчезнет. Его сейчас опасно нести на руках. Смотри, идет кровь из ушей и носа. «Ну и отлично», — пронеслась смутная мысль. Неловко было сопливить перед незнакомыми людьми, но причина влаги под носом стала теперь ясна. — Тогда давай закроем чем-то кровотечение, — эти слова Хаку слышал уже хуже, чем предыдущие. Если быть точным, он и прежде не совсем понимал, что говорят люди вокруг него, но теперь стало совсем плохо. Сознание ускользало, а глаза держать открытыми не хватало сил. Очень хотелось уснуть, чтобы на следующий день проснуться бодрым и без каких-либо травм. Желательно в своей комнате, он ведь там засыпал. Какие чудные сны снятся после просмотра сериалов. В следующий раз сознание прояснилось в машине скорой помощи. Хаку на секунду закрыл глаза, а обстановка так изменилась. Мало того: теперь он мог впервые в жизни узнать на собственном опыте, какими бывают галлюцинации. Работники скорой походили на каких-то демонов. У одного были небольшие рожки на лбу, а у второго красная кожа с такими же волосами и глазами. Они сделали все, что от них требовалось, и теперь просто наблюдали за состоянием пациента. Удивительное зрелище, и парень продолжал бы завороженно смотреть на плод своего воображения, если бы не боль, заставившая закрыть глаза. Так ярко и так шумно, качает словно на корабле во время шторма. Долго находиться в сознании при таком состоянии просто невозможно. Жаль, что не удастся послушать, о чем говорят демоны. Более-менее ясный ум и терпимое состояние вернулось уже в общей палате. Хаку даже как-то и не понял, когда успел проснуться, но теперь рассматривал просторную комнату. Здесь было еще три кровати, явно кем-то занятые. И хотя соседи по палате куда-то вышли, но абсолютно точно можно сказать, что они у парня есть. — Меня скоро выпишут, но я не пойду на этой неделе в школу. Мой дом буквально рухнул! Эти злодеи с катушек слетели, поскорее бы Всемогущий вернулся в Японию, — дверь открылась и зашло трое не совсем обычных парней, — О, проснулся! Кто сбегает к медсестре? Хаку повернул на говорившего голову. Какой жизнерадостный, даже улыбается, и не скажешь, что его дом разрушен. Только бы не говорил так громко. — Не я, я так наелся, что едва сюда дошел, — рухнул на одну из кроватей второй. А Хаку в это время размышлял о том, как этот подросток вообще дошел, имея два длинных хвоста. — Да не нужно ни к кому идти, скоро и так к нам заглянут, — добавил третий не очень разборчиво, ведь говорить ему мешали длинные зубы. — Ладно! Сам сбегаю, — хлопнул дверью первый и умчался на поиски свободной медсестры. Он был единственным, чья внешность казалась обычной. Оставшиеся продолжили болтать, а вот Хаку от всего этого шума постарался спрятать свою голову под подушкой. Только это, как оказалось, было глупой затеей. Звуки заметно тише не стали, а вот боль возросла. — Не прячься от нас, — подушку подняли, лишив последней защиты. Отвечать не хотелось, пришлось накинуть на голову одеяло. — Ха-ха, ну, давай знакомиться, — попытались и одеяло отобрать, но вовремя появилась медсестра, в чьем присутствии все старались вести себя примерно. — А ну успокоились, — женщина вошла в палату и приблизилась к Хаку. Она легко освободила его от одеяла и молчаливо начала осматривать. За ее действиями наблюдала троица, все равно в больнице скучно и нечем себя занять. — Состояние стабильное. Расскажи, пожалуйста, что тебя беспокоит. — Голова болит. В ушах словно шум какой-то и на свет смотреть больно, — наконец отозвался пострадавший. — Скоро тебе дадут лекарство и станет немного лучше. Ты быстро восстановишься, а пока отдыхай. Твоих родителей оповестили и они в ближайшее время должны прибыть. Если что-то понадобится или ты почувствуешь, что становится хуже, то ты должен меня позвать. Получив согласие пациента, медсестра дала напутствие троице, чтобы те вели себя тише и не докучали соседу по палате, а затем ушла. Подростки сначала понизили свои голоса, но в ходе разговора не могли контролировать себя и минут через десять говорили как обычно. Спать в такой обстановке было сложно, так что парень мучился до тех пор, пока не принесли лекарства. Удивительно, но их действие было просто молниеносным. Почти сразу же пропали все неприятные симптомы, и Хаку наконец почувствовал себя человеком. Нормально это для лекарств или нет — совершенно все равно. Главное, что работает. — Кхм, а вы не знаете, что со мной произошло? — Хаку повернулся к соседям. — Мой дом рухнул! — заявил первый. Он совершенно не выглядел каким-то удрученным. Его выражение лица скорее напоминало восторг, словно случившееся казалось ему чем-то захватывающим. — Он не об этом спрашивает, — высказал свое мнение зубастый и дал щелбан первому. — Всем уже уши прожужжал. — Нууу, — протянул хвостатый, — я не могу утверждать, что мои догадки верны на сто процентов, но ты попал сюда утром, так что, вероятно, стал жертвой тех же злодеев, что и дом разрушили. Странно только, обычно все отделываются небольшими травмами. Еще страннее то, что тебя не успел спасти Ястреб, он ведь известен своей скоростью. — Да, странно, — кивнул Хаку, решив пока не уточнять кто такой Ястреб. — А эти преступники что, теракт устроили? Бомбу взорвали? Но с какой целью они это сделали в жилом районе? — Жилом районе? Там, конечно, есть квартиры… Точнее были, моей уже нет, но этот район не считается жилым, там больше всяких торговых центров и офисных зданий. А давайте новости посмотрим! Злодеев же поймали, — с энтузиазмом заявил первый и достал телефон. Ребята перебрались на кровать самого больного, ведь вставать ему пока противопоказано, и собирались было включить видео, как дверь в палату открылась. — Что это вы тут делаете? — медсестра сложила руки на груди и сурово посмотрела на детей. У нее словно было чутье приходить вовремя. Затем женщина повернулась к пострадавшему. — Тебе пока нельзя смотреть видео и читать. — Извините, — согласился со своей ошибкой парень. — Как ты себя чувствуешь? — женщина прошла в палату. — Нормально, лекарства сработали. — Хорошо, но помни, что лекарства снимают только симптомы, они не лечат твои травмы. Чтобы выздороветь тебе нужно беречь себя, а значит, ты должен придерживаться постельного режима, не читать, не смотреть видео, не слушать что-то громкое. Повторюсь, что не нужно скрывать ухудшения в своем состоянии, сразу все мне говори и тогда быстро вернешься домой. — Понял, тогда я должен сказать вам кое-что, — парень глубоко вдохнул, — у меня галлюцинации. — Галлюцинации? Необычный симптом. Что ты видишь? — Например, вон у того парня два хвоста, — указал в сторону соседа по палате. Медсестра посмотрела в ту сторону и нахмурилась. — А еще я видел человека с рогами. И даже человека с красной кожей! — Так, ты решил меня разыграть? — нахмурилась женщина. — Нет, почему? — в этот момент Хаку слегка забеспокоился. После травмы мир начал казаться немного не таким, каким он его помнил. — Потому что у твоего соседа действительно есть два хвоста. И могу предположить, что краснокожего человека и человека с рогами ты видел, потому что именно они привезли тебя сюда. А теперь серьезно, что-то еще беспокоит? — тон женщины был максимально терпеливым, несмотря на то, что, как ей казалось, подросток дурачился. — Эм, нет, — стушевался парень. Если это не галлюцинация, то как у человека может быть два хвоста? Как могут быть большие клыки, красная кожа и рога? Он что, с ума сходит? — В таком случае у меня есть для тебя новости. Первая — пришли твои родители. Вторая — тебя переводят в другую палату, я помогу тебе добраться. Когда он вставал, то тело ощущалось каким-то не своим. Конечности плохо слушались, а перед глазами все расплывалось. Хорошо хоть медсестра поддерживала. В спину кричали слова прощания, а женщина лишь тяжело вздохнула. Она уже просила их быть тише, но дети есть дети. — А где мама и папа? — немного заторможено спросил Хаку, пытаясь справиться с неприятными ощущениями. — Я здесь, все хорошо, — какая-то незнакомка поймала парня за вторую руку и тоже помогала идти. — И папа тут, он скоро придет. — Эм, мне кажется, что у меня действительно галлюцинации, — повернулся к медсестре, — это не моя мама. Женщины остановились и парень вместе с ними. Атмосфера вдруг потяжелела, а предполагаемая мама крепче сжала рукав больничной пижамы. Хаку не знал, что еще мог сказать в этой ситуации, так что просто благоразумно молчал. Только чувствовал себя в этот момент, как украденный ребенок, а эта женщина выдавала себя за его мать. — Давайте поговорим об этом в палате, — нарушила тишину медсестра, и они продолжили идти дальше, но никому из них сейчас не было комфортно. На пути встречалось еще множество разных существ. Именно что существ, потому что на обычных людей они мало походили. Очень высокие люди, очень низкие люди, крылатые люди, люди-звери, люди с различными мутациями. Если бы он мог, то вертел бы головой в разные стороны, чтобы получше рассмотреть плоды своего воображения. Его фантазия так многогранна, а он и не подозревал об этом. В подготовленной палате оказались быстро, и Хаку с облегчением лег на кровать, прикрывая глаза. Шли всего ничего, а усталость навалилась на плечи тяжелым грузом. Столько впечатлений от небольшой прогулки он еще никогда не получал. Предполагаемая мама опустилась на край кровати, а медсестра села на стул. — Так значит, ты уверен, что у тебя галлюцинации? И ты думаешь, что эта женщина не твоя мама? — начался тяжелый разговор. Пришлось открыть глаза и еще раз взглянуть на робко улыбающуюся незнакомку. Она определенно далека от того образа, что он помнил. — Я не знаю, кто она, я ее никогда прежде не видел. Женщина тут же сникла. Плечи опустились, а губы поджались. Она стойко приняла новость о том, что ее не помнят, но ничего не сказала, оставляя это на работника больницы. — Тогда расскажи мне, что ты помнишь? — продолжила прояснять ситуацию медсестра. — Из сегодняшнего дня мало что. Первое мое воспоминание — как я лежу на земле. Как я там оказался, не знаю. Вчера я утром занимался с репетитором, потом сходил в библиотеку, потом просто смотрел сериал и отдыхал, — совершенно обычный распорядок дня на каникулах. Медсестра кинула взгляд на маму, ожидая подтверждения слов подростка. — Он вчера утром пошел в школу и был там до четырех вечера. Потом ненадолго вернулся домой, чтобы поесть, а затем отправился с друзьями кататься на велосипеде. Позже вернулся, сделал уроки, посмотрел с нами телевизор и лег спать. Сегодня утром отправился в школу и по дороге вот так пострадал, — говорила она медленно, опустив голову. Голос был сиплым и немного дрожал, каждое слово давалось с трудом. Она очень хотела обнять своего ребенка, но не могла этого сделать, ведь в его глазах казалась лишь какой-то незнакомкой. — У него нет репетиторов, он не ходит в библиотеки. Я не знаю откуда у него эти воспоминания. Теперь нахмуренным лежал и Хаку. Сейчас должны быть каникулы, какая школа? Она рассказала так много вещей, каких он не делал, что сразу же захотелось возразить, но слова застряли в голе. — У нас нет причин сомневаться в том, что это твоя мама. Возможно, твоя травма имела более тяжелые последствия, чем мы могли предполагать. Пока не думай об этом, отдохни, а я поговорю с Такеда-сан, — медсестра поднялась, а за ней — и грустная женщина. — До встречи, Кайто, — она попыталась улыбнуться на прощание и вышла из палаты, вслед за медицинским работником, давая парню время погрузиться в свои мысли. Ну вот и все. Он оказался один. Комната одноместная, но большая. На стене висел телевизор, что удивительно, но включать его не было разрешено. Сегодняшний день просто перевернул мир с ног на голову. Тяжелая травма, галлюцинации, ненастоящие родители. Правда, отца он еще не видел, но предполагал, что и тот выглядит совсем не так, как должен. И имя. Его назвали чужим именем, но почему так? Он словно проживает чужую жизнь. Если бы у него была амнезия, то это объяснило бы то, почему он не узнает родителей. Только он все прекрасно помнил. Папа работал редактором манги, а мама — бухгалтером, они хотели, чтобы сын получил какую-то хорошую и высокооплачиваемую профессию, поэтому нанимали репетиторов даже летом. Не то, чтобы Хаку был против: ему нравились как точные, так и гуманитарные науки. Занятия с репетиторами не доставляли вселенских мучений в первую очередь потому, что он отлично знал школьную программу. Не нужно было волноваться и спешить что-то выучить, можно было двигаться в своем темпе. И когда в школе начиналась очередная тема, например, по алгебре, то он уже прекрасно ее знал. Зачем тогда в школу ходить? Хорошее место для социализации! В свободное время ходил в библиотеку и брал там какие-то книги или мангу. Хотя второй дома было итак много — папа коллекционировал. Если подытожить, то события прошлого не покрылись туманом. Но фальшивая мама от него ожидала, что он должен помнить другое. Словно переписанная кассета. Внешность оставалась прежней, а содержание изменилось. Неожиданно одиночество снова нарушили. А Хаку думал, что на сегодня его оставили в покое. Интересно, сколько сейчас времени? — Привет, — снова заглянула предполагаемая мама. Открытая дверь ярким пятном врезалась в сознание, хотелось отвернуться, но за ее спиной стоял кто-то новый, привлекая внимание. Мужчина примерно того же возраста, что и женщина. В его одежде ничто не намекало, что он может быть доктором или медбратом, поэтому, вероятнее всего, это фальшивый отец. Не дождавшись ответа, женщина замялась, но вошла внутрь и села на край кровати. Мужчина встал за ее спиной. — Я знаю, что ты не ужинал, но столовая уже закрыта. Еда в автоматах не очень сытная, так что мы недалеко от больницы купили тебе тайяки. Разговора не избежать, пришлось подниматься. Фальшивый папа без лишних слов помог принять горизонтальное положение. Стоило бы как-то поддержать разговор, но нужные слова не находились. Хаку принял такой вот необычный ужин, но из-за небольшой тошноты есть не хотелось. — Скоро все наладится, не волнуйся. Мы нашли человека с исцеляющей причудой, и он согласился помочь. Завтра утром тебя осмотрит врач и скажет, что нужно делать, чтобы восстановить память, — заполнила неуютную тишину женщина. Исцеляющая причуда. Звучит как-то знакомо, но это точно не из области реального мира. — А если не получится меня исцелить? — хотелось сначала сказать, что восстанавливать тут нечего, но это совсем уж странно. Посчитают каким-то больным на голову, если исчезли воспоминания об этих родителях и появились новые о каких-то других. — Жизнь на этом не остановится, Кайто, — наконец заговорил фальшивый папа. — Я склоняюсь к тому, что все-таки медицина и исцеляющая причуда справятся с этой проблемой. Но если нет, то просто создадим новые воспоминания. Теплая рука коснулась забинтованной головы. Хаку почувствовал грусть. Этот человек думал, что обращается к своему сыну, но на деле его слушает совершенно другой человек. Парень стыдливо опустил взгляд и смотрел на рыбку в руках, не мог поднять глаза, потому что хотел, чтобы вместо этих людей рядом с ним были его родители. Но он очутился непонятно где и вдруг оказался непонятно кем, да еще и против своей воли обманывает других насчет своей личности. — А как вас зовут? — он уже знал своей новое имя, осталось узнать имена взрослых. — Я Харука, — фальшивая мама представилась. Резко стало стыдно еще и за то, что Хаку думал о ней и о ее муже как о фальшивых родителях. Стоит как-то по другому называть их. — А я Хидео. Наша фамилия Такеда. Я сказал это тринадцать лет назад, но, раз уж ты сегодня словно заново родился и впервые узнал нас, то повторюсь. Добро пожаловать в нашу семью, — не боясь быть испачканным едой, он аккуратно обнял сына. К этому теплому семейному моменту присоединилась и Харука. На этот раз она не сумела сдержать слезы и они большими каплями скатывались по щекам. Этот день был тяжелым как для Хаку, так и для Харуки и Хидео. Они словно подсознательно чувствовали, что больше не встретят своего сына, который умер сегодня утром по дороге в школу. Вместо этого они получили другого сына. С такой же внешностью, но совершенно другой личностью. И этот ребенок в их понимании не меньше заслуживал любви и поддержки в этот тяжелый момент. Но слезы все продолжали течь, Харука оплакивала своего ребенка, а Хидео пытался заполнить дыру в сердце любовью. Хаку одолевали странные чувства. Он видел, как искренне к нему относятся эти альтернативные родители, думая, что он Кайто. Парень чувствовал жалость к ним и смущение. Непросто обниматься с людьми, с которыми только познакомился. Подчиняясь ситуации, парень позволил и себе тихо заплакать. Он был совершенно беспомощным. Если бы он мог получить телефон, то попытался бы позвонить настоящим родителям, но сейчас ему даже это не было разрешено сделать из-за состояния здоровья. — Все наладится, — и снова погладили по голове, — ешь, а мы пойдем, чтобы не сильно влиять на твое душевное равновесие. Помни, никакого телевизора. Только когда врач разрешит, хорошо? — улыбнулся Хидео. — Хорошо, — легко согласился Хаку. Все равно после этого разговора хотелось только спать, слишком уж он был утомляющим. — Пока, сынок, завтра встретимся — на прощание Харука еще раз легко обняла парня и вместе с мужем покинула палату. Хаку в темноте и тишине повертел в руке тайяки и все-таки съел его. Организму нужна была энергия для восстановления. Из-за тошноты это было тяжело сделать, но лучше так, чем на следующий день проснуться от прилипшего к позвоночнику желудка. Сон пришел почти незаметно. В обычный день он бы никогда так рано не лег спать, но сегодня это было просто необходимо.