vis

      Предательство.              Что вообще такое — предать? Обмануть человека, который тебе доверяет. Но в какой момент человек начинает доверять?              Казалось, что Драко Малфой доверял Гермионе Грейнджер с той самой секунды, как впервые увидел её. И зря.              Ведь с той самой секунды, как Гермиона Грейнджер увидела Драко Малфоя, она собиралась предать его. Обмануть его доверие, сделать из него сенсацию, громкую, скандальную и наверняка позволящую её карьере взлететь. Она действительно собиралась это сделать, так?              Эти назойливые мысли наводняли её голову, сталкивались друг с другом, вызывая гнев, стыд и запоздалый голос совести. Гермиона тряхнула волосами, пытаясь развеять тяжёлую дымку.              — И куда же мы идём?              Драко пожал плечами.              — Точно не знаю... Но уверен, скоро мы обязательно наткнёмся на то, что я ищу.              — Можно же открыть карты и посмотреть, — Гермиона вопросительно протянула ему свой смартфон, но Драко покачал головой.              — Сегодня ноги ведут меня сами.              Гермиона коротко кивнула и уткнулась взглядом в тротуар.              — Просто... Знаешь, я ведь никогда не гулял по городу просто так, бесцельно. С девушкой, — он хитро улыбнулся и покосился на Гермиону.              Она закатила глаза.              — Это что, попытка флирта?              Брови Драко взлетели в притворном шоке.              — В каком смысле — попытка? Это самый настоящий флирт. Этому меня тоже обучали с семи лет наравне с латынью.              — В любой момент тебя могут узнать, и беззаботной прогулке придёт конец.              — Да брось. Людям нравится думать, что они умные и внимательные, но это не так. Даже ты не сразу узнала меня.              — Не сразу.              Это была ложь. Гермиона знала, кто перед ней, ещё с первого взгляда на острые, утончённые черты лица.              Всего несколько часов назад она случайно увидела его, сидящего на лавочке в центре Лондона. Счастливого и совершенно беспечного. Для прохожих он был лишь немного странным красивым блондином, щурящимся от приветливого и редкого для Лондона утреннего солнца.              Но не для журналистки Гермионы Грейнджер.              Для неё, регулярно мониторящей все заголовки, политические новости и сплетни, было несложно распознать в нём наследника одной из самых влиятельных династий Европы. Принца, пресс-конференция с которым была экстренно отменена тем утром по причине недомогания главного участника мероприятия. Тем не менее, сейчас этот самый «больной» весело шагал по Лондону, наслаждаясь временной свободой и будучи весьма довольным собой.              — Драко, ты сбежал, и... Ты же понимаешь, что будут последствия.              Его взгляд посуровел, и Гермиона пожалела, что озвучила мысль, которая не давала ей покоя с момента их встречи. Только сперва она доставляла удовлетворение, потому что именно Гермиона и планировала активно создавать эти самые последствия. Но теперь...              — Я это знаю и получше тебя. Но впервые я получил возможность... Нет, не получил, я её выгрыз, и я готов заплатить цену. За то, чтобы немного пожить только текущим мигом. Текущей минутой. Без постоянной оглядки на будущее. — Драко неуютно спрятал руки в карманы тёмных джинсов, но затем будто одёрнул себя, вытащив ладони. — Это время мне очень ценно, и его мало. Поэтому не мешай мне наслаждаться этим, Гермиона.              Драко Малфой не знал, что прямо сейчас в её кармане работает диктофон, записывающий все его неосторожные слова, все откровения, которые он позволяет себе, думая, что Гермиона Грейнджер всего лишь милая симпатичная девушка, которая решила составить компанию взбунтовавшемуся на денёк наследнику престола.              Гермиона виновато отвернулась. Он был слишком опьянён своей мимолётной свободой, чтобы подозревать её в подлости. Он был слишком вежлив, слишком счастлив, слишком красив.              — Почему ты не улыбаешься? — донёсся до неё его бодрый голос. — Посмотри на небо. Не могу поверить, что Лондон называют городом туманов и дождей. Либо это наглая клевета, либо мне повезло.              Драко прикрыл веки и медленно вдохнул полной грудью нагретый свежий воздух весны. Затем открыл глаза и повернулся к Гермионе.              — Что ж, цель достигнута.              Она не сразу поняла о чём он говорит, пока не заметила, что её губы растянулись в широкой улыбке. Как он и хотел.              Вдруг Драко остановился перед обшарпанной дверью, сплошь обклеенной яркими логотипами и рисунками.              — О, кажется, мы пришли.              Тёмное полуподвальное помещение встретило их приглушенным тяжёлым роком и слабым неоновым светом.              — Здравствуйте, — холодно произнесла сидящая за захламлённым бумагами столом девушка. Её бровь была проколота в трёх местах, ну а сосчитать кольца в ушах и вовсе не представлялось возможным.              — Драко, зачем тебе тату-салон... — зашептала Гермиона, но он не обратил на неё никакого внимания, обворожительно улыбнувшись девушке, поприветствовавшей их.              — Здравствуйте! Мастер может принять меня прямо сейчас?              — Может, — отрезала девушка.              Драко подошёл к ней, принявшись объяснять что-то вполголоса, а затем стал писать на клочке бумаги, который мастер дала ему. Она удалилась в подсобное помещение, махнув рукой в сторону стола:              — Шрифт выберите пока. В красной папке.              Драко обернулся на Гермиону и подмигнул ей. Она лишь развела руками:              — Если это твоё понятие о веселье...              Драко лишь рассмеялся, листая пухлую папку.              Ах, какой материал для скандала. Принц, сбежавший от своих обязанностей и проблем, чтобы просто погулять по чужому городу, как обычный турист. Принц, который без зазрения совести флиртует с первой встречной, доверяя ей свой секрет, допуская её разделить с ним такое странное и драгоценное для него приключение. Принц, который собирается изуродовать своё идеальное фамильное тело грубой татуировкой...              Хлопок двери подсобки ворвался в размышления Гермионы. Пока пирсингованный мастер совещалась с Драко, согласовывая детали, Гермиона подошла к заполненной рисунками и надписями стене. Столько вариантов для всех, кто хочет обновить свою кожу. Животные, буквы, иероглифы, цветы, узоры...              Так интересно, что же выбрал он. Он был... необычным, нетипичным, совсем не таким, как она его представляла. Каким вообще можно было представить человека из королевской семьи. Он был поразительно простым, и в то же время невероятно образованным. Искренним, но хитрым. Прямым, но скрытным.              — Окей. Снимай рубашку. Потом садись на кушетку, сюда.              Ой.              Гермиона медленно обернулась. Драко стоял спиной к ней, вешая свою рубашку на спинку стула. Взглянув на Гермиону, он ухмыльнулся.              — М-да, Грейнджер.              — Что? — вспыхнула она, скрестив руки на груди.              — Совсем ничего. — Он поднял руки в невинном жесте и сел на обтянутую искусственной кожей кушетку. — Присядешь?              Драко вопросительно указал на стул, стоявший рядом с кушеткой, и Гермиона сердито на него плюхнулась. Малфой получал нескрываемое удовольствие от происходящего.              — Итак, — сухо начала Гермиона, просто чтобы что-то сказать. — Что будешь бить?              Драко приподнял бровь.              — Секрет. Увидишь сама.              — Ты же знаешь, что будет больно?              Драко покосился на неё с лёгким раздражением.              — Ты думаешь, я совсем ничего не знаю об окружающем мире? Я всё-таки не в пузыре рос. Ну, вроде как... — он хмыкнул.              Драко молчал, пока мастер вела приготовления. Слегка поморщился, когда игла впервые коснулась внутренней стороны его плеча. Гермиона знала, почему он выбрал это место: нетрудно скрыть. Он напряжённо хмурился под жужжание машинки, глядя куда-то прямо перед собой.              — Я хочу этой боли, — медленно выговорил Драко.              Его глаза нашли Гермиону, и…              Она впервые увидела такой тяжёлый взгляд. При первой встрече Драко Малфой показался ей улыбчивым и легкомысленным, но теперь он доверил ей посмотреть на изнанку своей усталой души.              — Эта боль — моя.              Гермиона сглотнула неприятный ком в горле и кивнула. Она неуверенно положила ладонь на руку Драко.              — Я понимаю.              Он помедлил, а затем ответил на её прикосновение.              — Вся моя жизнь — это бесконечный долг. Странно расплачиваться за что-то, чего ты никогда не хотел и не брал, — его губы дрогнули в усмешке. — Моя жизнь — это заполненные мелким шрифтом клеточки расписания, содержание которых определяю не я. И так будет всегда, пока я не умру. Мой дресс-код — это идеально откалиброванные взгляды и улыбки, благодарности и сильные заявления, в искренности которых я обязан убедить каждого, кто слышит меня.              Драко напряжённо смотрел перед собой, будто рассматривая увешанную многочисленными эскизами стену. Его голос был ровным, не допускающим ни малейшей дрожи. Привычка. Он крепче сжал пальцы Гермионы, переведя взгляд на их сцепленные руки.              — Да, у меня есть всё. Кроме самого важного, что должно быть у каждого человека. И я вынужден принять реальность. У меня нет выбора. А эта боль — моя, — скованно повторил он. — Моя, с начала и до самого конца.              Его слова повисли странно громким эхом в этой тесной комнате. Не хотелось говорить. Да и что тут скажешь?              Драко отпустил ладонь Гермионы и потянулся к карману джинсов. Вытащил сложенный обрывок бумаги и вложил в её пальцы.              — Посмотри, — предложил он негромко.              Гермиона вчиталась в знакомые буквы, которые однако никак не хотели складываться в смысл.              

vis

             Драко легко улыбнулся её недоумению.              — Думаю, ты узнала язык. У меня с ним особые отношения… Корни моей семьи уходят именно во Францию. Да-да, пафосный символизм, и что?              Он лениво отмахнулся от поддразнивающей ухмылки Гермионы. Грейнджер коротко рассмеялась его смущению.              — И что же это значит?              — «Живи».              С той самой секунды, как Гермиона Грейнджер увидела Драко Малфоя, она собиралась предать его. Но в этот момент её намерение рухнуло окончательно.