False

***

«Верните меня обратно. Или на худой конец, вновь сотрите мне память. К кому я обращаюсь? Не знаю, но я понимаю, что не могу смириться. Ох… Как я хотел бы на мгновение, на секунду коснуться его руки, почувствовать приятный холодок во всем теле от его взгляда. Пожалуйста, верните меня обратно…»

***

Май. Прямо как тот вечер. Прохладный ветерок мягко касается щёк юноши, а после, скрывается в его тёмно-синих волосах. С приходом тёплого времени года мир словно переворачивается с ног на голову, сбивая Чимина с толку. Пару дней не прекращаясь лил дождь. Создавалось впечатление, что это погодное явление и вовсе не желало покидать тихий городок. Но ожидания всё же обманчивы. К концу недели борьба солнца и туч прекратилась, и люди смогли насладиться тёплой погодой. Но даже это не помогло юноше справиться грустью и тоской. Такая обстановка лишь подливала масла в огонь, напоминая парню о прекрасном времени. Тот же балкон. Та же тёплая погода. Та же сырая земля. Те же ощущения. — «Сынок, как себя чувствуешь?». Сообщения от мамы всегда доставляли лёгкое чувство тревоги. Пак знал о материнской заботе, тем не менее, его не покидала мысль о том, что мама всегда проявляет чуть больше тревоги, чем требуется. Сколько бы Чимин не говорил «у меня всё хорошо», матушка всегда спрашивала извечное «ты уверен?». А может женщина просто чувствовала состояние своего сына? Материнское чутьё никогда её не подводило, ведь когда Чимин и в правду чувствовал себя подавленно или попадал в очередную передрягу, количество тревожных вопросов от мамы увеличивалось в двое. — «Да, мам. Дома намного лучше, чем в больнице. Поэтому, не стоит переживать». Ответ на последнее сообщение от мамы показался юноше более чем удовлетворительным. После блокировки телефона, он положил его в расстёгнутый карман своих чёрных трико, и вновь, погрузился в свой мир, рассматривая вечно странствующие пушистые облака, пока город освещали последние лучи солнца, уходящего за горизонт.

***

Пару недель назад. — Да, Тэхён, я знаю. Я помню, что сегодня будет просмотр работ. Моя память, конечно, не идеальна, но за ночь я не забыл о том, к чему готовился пять месяцев. — И не забудь пропуск! — Да взял я его. Уже бегу, — прошипел Чимин в трубку, пытаясь не уронить рюкзак. Время на кофейню у Пака всегда найдётся. Эта привычка, покупать горячий напиток перед курсами, стала уже традицией. Не хотелось бы ею пренебрегать, даже если бы до начала просмотра оставалось десять минут. Юноша кое-как положил телефон в карман кожаной куртки, пытаясь концентрировать свое внимание на том, чтобы не выронить кошелек из рук, и не споткнуться о свои же ноги из-за количества вещей: тканевая папка с работами для просмотра на одном плече и тяжёлый рюкзак с личными вещами на другом. Пак не боялся показаться неуклюжим, ведь он такой же человек, как и окружающие, которые наверняка не являются супер ловкими. Достав карту из кошелька, Пак подошел ближе к кассе, где его уже ожидал бариста — хмурый и немного сонный паренёк с чёрной маской на лице и глубокими тёмными глазами. Взглянув на него, Чимину в голову на мгновение пришла ассоциация: эти глаза похожи на две чашечки остывшего эспрессо. Юноша любил выстраивать всяческие параллели и ассоциации, иногда хихикая внутри себя, от того, насколько хорошо они подходили под реальность. — Здравствуйте. Можно мне, пожалуйста, большой горячий шоколад с собой, — озвучил Чимин, не глядя положив кошелёк у терминала безналичной оплаты. — Здравствуйте. Добавить зефир, корицу, сироп? — Спросил бариста, вбивая заказ в кассовый аппарат. — Маршмеллоу? — Неуверенно спросил синеволосый, пытаясь понять, с каких пор эту сладость начали называть просто зефиром. — Маршмеллоу. — Кивнул парень напротив, — С вас пять тысяч двести вон. Ожидайте свой заказ у стола выдачи. — Спасибо, — выдал Пак, оплатив картой свой напиток и отойдя к столу выдачи напитков. «Странный он. Почему не сказать «маршмеллоу» вместо «зефир»? Так все говорят. Может он просто не знает этого слова? Да, очень странный» — рассуждал Пак, ожидая свой заказ и изредка поглядывая на наручные часы. В скором времени, горячий шоколад принесли на стойку выдачи и Чимин, быстро закрыл стакан крышечкой и спешно покинул кофейню. Осталось пройти совсем немного: пешеходный переход и площадь перед университетом искусств, в котором обучался Пак. Но юный художник старался не обращать на это внимание и продолжал спешить. Парень, подбегая к пешеходному переходу, маневрировал между людьми, приноровившись к количеству вещей у него на плечах. Спешка никогда не приводит к чему-то хорошему. Особенно в случае опоздания. Да, времени оставалось мало, но его и не станет больше если перебежать через пустую дорогу на красный свет. На этот раз такая мысль в голове Чимина не промелькнула, и он, не смотря по сторонам как учили в младшей школе, решил попытать удачу, рванув по пешеходной зебре. Подлетая к концу проезжей части, в ушах встал неприятный свист тормозных колодок и громкий женский крик. Проходящая мимо девушка попыталась предупредить юношу и тем самым предотвратить столкновение с машиной, водитель которой уже вдавливал педаль тормоза в пол. Для самого же Чимина ничего не произошло. Сознание будто бы отключилось на пару секунд. Сам не понял, был ли это шок, ступор или всё вместе. Водитель успел затормозить, но ему не хватило пары секунд, чтоб совсем не задеть виновника возможного ДТП. Парень получил несильный толчок от резко затормозившегося автомобиля. Именно это помогло вернуть молодому человеку понимание происходящего… — Жить надоело?! Куда ты на красный свет прёшь?! — кричал водитель, высунув голову из окна. Пак, стараясь не слушать мужчину, кивал головой и пятился в сторону тротуара, тараторя слова извинения и оправдания. Как только он повернулся спиной к шокированным прохожим на другой стороне улицы, то тут же ускорил шаг, чувствуя, как адреналин ударил в его кровь. Колени обволокло дрожью, а ладони вспотели так, что юноша чуть не выронил стакан с горячим напитком. «Меня чуть не сбили. Ещё бы немного и всё. Конец. Лежал бы на асфальте. Может быть, даже не дышал. Машина, кажется, быстро ехала. Куда, блять, спешил? Разве пятиминутное опоздание стоит моей жизни? Да даже этот дебильный просмотр того не стоит» — размышлял Чимин, уже заходя в здание.

***

— Ну наконец-то! — Раздалось в глубине аудитории, как только синеволосый художник ступил за её порог, — Зато за кофе ты успел зайти! — Съязвил Тэхён, пробираясь через свои лежащие на полу композиционные рисунки. — Это шоколад, тупица! — Усмехнулся Чимин, протянув парню кулачок в знак приветствия. Недолго думая, брюнет сделал аналогичный жест и покачал головой. Они оба уже давно привыкли к этому: Тэ зачастую бубнит, важно поправляя свой галстук под воротником идеально выглаженной рубашки, а Пак не особо обращает внимание на его недовольства. Но их всё устраивало. — Меня, между прочим, — начал Чимин, поставив свой напиток рядом с нагромождёнными вещами друга, — машина чуть не сбила из-за твоего «давай быстрее»! — продолжил он, присев на корточки рядом с работами Кима и начав доставать свои творения, дабы разложить их для предстоящего оценивания. — Кого тут чуть не сбили?! — раздалось за спинами молодых людей. Из шума, которые звучал в помещении, выделился один знакомый девичий голос. Не успели парни обернуться, как к ним уже подбежала миловидная девушка с волосами темнее ночи и блестящими глазами. Кружевное белое платье, в стиле грандж, делало её похожей на куколку, а массивные берцы давали ясно понять — эта самая куколка без раздумий может впечатать свою подошву в лицо обидчика. — Миён! — Чимин расплылся в улыбке, переведя своё внимание с ярких листов бумаги на подругу. Опередив дальнейшие диалоги, он рывком проскользнул под плечи девушки, тем самым подняв её над землёй. Подол белого платья начать слегка колыхаться от внезапного кружения в объятьях старшего. — С днём рождения, мелкая засранка! — выдал юноша, вскоре вернув девушку на ноги. — Спасибо, чудик! — поблагодарила та, потрепав синие волосы, — Приятно, что ты помнишь, когда у меня день рождения. — Мы знакомы больше 10 лет. Ты шутишь? — усмехается Пак, скрестив руки на груди. Их семьи познакомились благодаря общему месту работы. С раннего детства Чимин и Миён проводили время вместе, пока взрослые решали свои рабочие дела за бутылочкой Шато Марго. Но несмотря на состоятельность их родителей, они никогда не задирали нос, хвастаясь своим богатствам. Им больше нравилось задирать хулиганов, и сломя ноги удирать по незнакомым районам от бродячих собак. Вскоре, такой контраст привлёк Тэхёна, с которым Чимин познакомился при поступлении на один курс в университет искусств. — С днём рождения, — присоединился Ким. — И вам спасибо, милорд. — Хихикнула Миён, сделав реверанс, на что последовал ответный поклон, — В честь такого события, ваша любимая нуна приглашает вас к себе на ночёвку! — Опять разнесём пол квартиры? — спросил Тэ. — Ну если ты не выпьешь три бутылки макколи в соло, то думаю, что погрома мы можем избежать, — ответила девушка, поправляя кружева на своём платье. — Не припоминаю, чтобы я бегал по твоему дому с криками «я не хочу в вытрезвитель!». Ах, точно, это был Чимин. — Ой, угомонись. — Шикнула брюнетка, — Сегодня в восемь собираемся у меня. — Обязательно придём, — кивнул Пак, но не успел он договорить то, что планировал, как в аудиторию вошёл квартет из педагогов. — Пора бежать… — шепнула Миён напоследок, отбегая к своим работам. — Вот чёрт, — шикнул синеволосый, понимая, что до сих пор не выложил все свои листы с натурами и натюрмортами.