Baila Morena

Регулус не ожидал, что гриффиндорская вечеринка окажется такой богатой на события. Обычно это была просто шумная и многолюдная тусовка с кучей пьяных придурков и громкой музыкой, которая била по ушам, отдаваясь болью в висках. На таких вечеринках он всегда пил либо слишком много, либо недостаточно. И иногда на следующий день его мучило похмелье. Излишне говорить, что Регулус ни в коем разе не был готов к тому, что после двух выпитых шотов он будет наблюдать, как Джеймс, мать его, Поттер забирается на большой стол и начинает петь во всё горло. Рубашка на Поттере была полурасстёгнута и обнажала приличную часть его груди. Развязанный галстук болтался на его шее так, будто Джеймс хотел, чтобы кто-нибудь потянул за свободно свисающие концы. Его кожа блестела от пота, а волосы лежали в полном беспорядке. В качестве микрофона он использовал пустую бутылку из-под водки и неразборчиво орал в горлышко слова какой-то песни. Регулус ни слова не знал по-испански, но его внимание привлёк ритм — точнее, то, как под него танцевал Джеймс. Тот двигал бёдрами в такт музыке, выверенно вращая ими и делая акценты точно на битах. Каждый раз, когда ему удавалось вовремя уловить нужный момент в песне, на его лице появлялась немного нахальная и сияющая улыбка. Он был очень сосредоточен — большую часть выступления его глаза были закрыты, а брови сведены от напряжения. Красивый, — единственное, что крутилось в голове Регулуса при виде такого Поттера. От этой мысли у него заныло сердце. Джеймс был надменным мудаком. Бесячим лучшим другом его бесячего братца. И сейчас он находился здесь — танцевал, пел и пил с таким видом… Да кто вообще разрешил ему быть таким красивым? Регулус понял, что для него Поттер был подобен солнцу — такой же горячий, мучительно далёкий и ослепляющий. Как раз то, что ему нужно. — Боже мой, — громко фыркнула Доркас и продолжила дразнящим голосом: — Регулус, подбери челюсть, а то зальёшь слюнями ковер. — О, Реджи, что, внезапно понял, что ты гей? — усмехнувшись, подколола его Пандора. Регулус нахмурился, его взгляд был прикован к Джеймсу. — Заткнитесь. — Ладно, прекращай. — Эван махнул рукой Пандоре. — Мы и так уже знаем, что Регулус гей и что он влюблён в самого тупого гриффиндорца на свете. Блэк толкнул его локтем. Он даже слегка повернулся, чтобы свирепо посмотреть на Эвана, как вдруг его внимание привлёк резкий вздох Доркас. В этот момент Джеймс протянул руку Марлин Маккиннон. Подводка на её глазах немного размазалась, но девушка всё равно выглядела довольно мило. С такой же, как и у Поттера, пьяной усмешкой Марлин ухватилась за протянутую ладонь и позволила затащить себя на стол. Кто-то передал ей полупустую бутылку пива. Только сделав глоток, она поняла, что бутылка должна была служить ей в качестве микрофона. Непринуждённо рассмеявшись, Маккиннон сделала второй глоток и, пожав плечами, начала громко подпевать Джеймсу. Поттер взял на себя женскую партию, а она — мужскую. Джеймс полностью отдался импровизированному выступлению, распаляясь под взглядами всех присутствующих. Он дурачился, хлопал своими раздражающе густыми ресницами, а под конец в порыве чувств даже упал на колени перед какой-то девушкой, схватив ту за бедро. Она рассмеялась вместе с ним и шутливо оттолкнула его. И Поттер позволил ей это. Затем он облокотился руками на стол, свесив ноги с края. Барти, стоявший рядом с Регулусом, рассмеялся. Вероятно, его смех привлек внимание Джеймса, потому что тот выпрямился и остановил свой взгляд на Блэке. Ослепительно улыбнувшись, Поттер указал на Регулуса пальцем и жестом поманил его к себе. Блэк нахмурился и скрестил руки на груди, намереваясь оставаться на месте, но Барти неожиданно толкнул его в спину, вынуждая сделать несколько шагов в сторону гриффиндорца. Приблизившись к Поттеру (совершенно неохотно), Блэк закрыл лицо руками и покачал головой. Он остановился примерно в футе от смеющегося Джеймса. — Опусти руки, — произнёс Поттер, и Регулус, сам не зная почему, послушался. Джеймс двумя руками стянул свой галстук и, накинув его на шею Блэку, потянул за ткань, тем самым привлекая его ближе к себе. Регулус не стал сопротивляться. Он был уверен, что просто сходит с ума. Джеймс улыбнулся. — Молодец, любовь моя. — Он начал аккуратно завязывать галстук на Регулусе, делая узел не таким тугим, как на школьной форме. Джеймс медленно скользил по Блэку взглядом, полным веселья и дерзости, пока, наконец, не посмотрел ему прямо в глаза. Поттер как будто догадывался, какое влияние на него имеет. — Эм, — нервно произнёс Регулус, пытаясь успокоиться. — Что это была за песня? Он сразу понял, что зря задал этот вопрос. Потому что Джеймс ответил ему своим красивым, завораживающим голосом на чистом испанском: — Baila Morena. Блэк зажмурился и кивнул. Джеймс закончил завязывать галстук и напоследок аккуратно поправил его на шее Регулуса. — Вот так. Идеально. — Однако Регулус заметил, что глаза Поттера были устремлены на него, а не на вышеупомянутый атрибут школьной формы. Если бы Блэк не лишился рассудка несколькими минутами ранее, то непременно бы сделал это сейчас. — Потанцуешь со мной? — спросил Джеймс, наклонившись чуть ближе. Его губы были слегка приоткрыты, а глаза ярко блестели на фоне раскрасневшихся щёк. Регулус прекрасно видел четыре расстёгнутые пуговицы на рубашке Поттера и кулон на его груди, вероятно позаимствованный у Сириуса. Джеймсу это… Ему невероятно шло это украшение. — Я не танцую, — ответил Регулус, но его голос прозвучал очень слабо и тихо… беззащитно. На лице Джеймса расплылась широкая коварная ухмылка. Он сомкнул свои тёплые пальцы на хрупком запястье Блэка и потянул его за собой на несколько шагов вперёд, туда, где было немного посвободнее. Вокруг танцевали люди, но никто не обращал на них никакого внимания. Однако у Регулуса всё равно было ужасное ощущение, что кто-то сверлит его тяжёлым взглядом. Он нервно осмотрелся, чувствуя, что музыка гремит в такт его участившемуся серцебиению. Блэк вынырнул из мыслей, ощутив прикосновение пальцев Джеймса к своей щеке. Всё ещё удерживая его запястье, свободной рукой Поттер повернул лицо Регулуса так, чтобы их взгляды встретились. Ладонь Джеймса замерла. — Не смотри на них, — сказал Поттер. Его голос был хриплым из-за алкоголя. — Смотри на меня. Слова осели где-то глубоко в сердце Блэка, разжигая в нём пламя. Он опустил голову, чтобы скрыть румянец, но Джеймс тут же взял его за подбородок, вынудив снова поднять глаза. Потом его руки плавно переместились Регулусу на бёдра. Поттер засунул пальцы в петли для ремня и притянул Блэка к себе. Тот почувствовал слабость в коленях, но подчинился, позволив себе встать ближе к гриффиндорцу. Воздух между ними стал густым и горячим. Удовлетворившись, Джеймс положил руки Регулусу на талию. — Поттер, — это должно было прозвучать как предупреждение, но из-за сбившегося дыхания получилось не так убедительно, как того хотел Блэк. Джеймс застонал. — Пожалуйста, называй меня по имени, любовь моя. Чёрт бы его побрал. — Ладно. Повисла небольшая пауза. — Что? — прошипел Регулус. — Скажи это. — Сказать что? — Моё имя. — Джеймс, да это просто смеш... о, прекрасно. На лице Поттера расплылась широкая ухмылка, которая полностью поглотила внимание Регулуса. — Спасибо, любовь моя, — поддразнил в ответ Джеймс. Регулус лишь закатил глаза и улыбнулся. — Идиот. Перестань называть меня так. — Если ты действительно этого хочешь, то так тому и быть, — сказал Джеймс, — но мне просто нравится видеть, как ты краснеешь от моих слов. Регулус поперхнулся. Откашлявшись, он попытался хоть что-то ответить. — Я не... это не имеет значения, мне всё равно. Неважно. Поттер улыбнулся. Казалось, он перестал о чём-либо думать и просто кивал в такт музыке. Он был довольно пьян, поэтому просто стоял, лениво покачивая головой. Регулусу было сложно придираться к его танцевальным талантам, особенно когда Джеймс выглядел таким... милым. — Ты пялишься, — внезапно произнёс Поттер. Регулус вздрогнул; он не был уверен, сколько времени прошло с тех пор, как Джеймс это заметил. — Абсолютно нет, — возразил он, поморщившись. Поттер рассмеялся, как будто Регулус сказал ему действительно что-то смешное. Он снова начал двигать бёдрами под зажигательный ритм, стреляя глазами в Блэка. Регулус заворожённо смотрел, как музыка окутывает Джеймса, словно солнечный свет. Это было похоже на фейерверк — так же ярко и сногсшибательно. Он не мог отвести от Поттера взгляда. — Джеймс, — позвал Регулус чуть повысив голос, чтобы Поттер услышал его сквозь свой гипнотический транс и громкую музыку. — Я действительно не умею танцевать. Джеймс открыл глаза и вновь рассмеялся. Он кивнул и вплотную подойдя к Регулусу, положил руки ему на бёдра. Они стояли так близко, что их ноги практически переплелись. Несмотря на замешательство и растерянность Регулуса, Поттеру удалось заставить его двигаться с ним в унисон. Блэк чувствовал, что весь горит от смущения, но всё равно не мог отстраниться. Не тогда, когда Джеймс прижал обе свои ладони к его щекам, наклонившись прямо к его пылающему лицу. В глазах Джеймса было что-то такое... В них застыл вопрос. Блэк мгновенно покраснел. — Я не могу тебя поцеловать, — пробормотал он. — Ты пьян. — Я могу быть пьян и всё равно хотеть тебя поцеловать. — И что на это скажет трезвый Джеймс? — с небольшим укором спросил у него Регулус. — Трезвый Джеймс... — начал Поттер низким голосом. Он склонил голову, прижав их лбы друг к другу, позволяя носам соприкоснуться. Его руки снова легли на талию Регулуса и нежно сжали её. — Трезвый Джеймс, блядь, убьёт меня, если я не поцелую тебя прямо сейчас. Чёрт возьми. Если бы у Регулуса осталась хоть капля силы воли… но он был навеселе, дышал практически одним воздухом с Джеймсом и теперь услышал от него такое. Разве его можно было винить за то, что он решил поддаться желанию? Когда Джеймс приподнял его за подбородок, замерев на мгновение, словно ожидая от Блэка инициативы, тот больше не терял ни секунды. Он подался вперёд и прижался ртом к приоткрытым губам Поттера. Джеймс крепче сжал руками Регулуса в своих объятиях, и тот, выдохнув в поцелуе, запустил руки в тёмные вьющиеся волосы. Даже если кто-то и смотрел на них, то Блэка это мало волновало — Джеймс был тёплым и на вкус ощущался как клубника и водка. Разве можно было перед ним устоять? Джеймс потянул зубами за нижнюю губу Регулуса и слегка дёрнул его за волосы, наслаждаясь тихим вздохом, сорвавшимся с губ Блэка. Когда они отстранились друг от друга, то Регулус увидел, что губы Поттера были зацелованными, а глаза за стёклами очков потемнели от возбуждения. И причиной тому был он сам. Джеймс, опустив взгляд на шею Блэка, просунул пальцы под узел галстука и потянул ткань на себя. — Оставь галстук себе, — сказал он и улыбнулся. — Тебе очень идёт.