Убивать любимых было легче, чем любимых — любимых.
Сакура держалась молодцом, пока ее испепелял взгляд отступника. Человек напротив не кричал — угрожал. Натер руки до крови и не мог никак снять кандалы. Из-за чего больше не двигался, не мог. Просто не мог.
Им стоило встретится, давно стоило.
Мужчина падает на колени, он уже хрипел, не мог поднять головы.
— Я не прощу тебя. — Преступник смотрел на серый пол под коленями. Он уже не крепко стоял на ступнях, он уже никогда крепко не встанет. — Почему? — его слезы капали, пока ирьенин неотрывно наблюдала за ним. Она не могла отвернуться, не могла уйти. Ее словно и не было тут. Она видела его другим, тем кто не сгибает голову ни перед кем. Тем кто идет в битву не сломя голову, человек идущим дальше не борясь преград, тот кто не боится боли. — Почему снова Рин?!
Харуно вздрогнула первый раз за эти два часа, на ее плечах тут же оказался чужой джонинский жилет. Девушка подняла голову на мужчину стоявшего рядом и зажмурилась. У него она так же отняла некогда близкого человека.
Тихо шагая по коридору тюрьмы, девушка останавливается прямо у двери. В помещение нет никого, что смущает, но они оба знают что двое анбу затаились где-то рядом.
Ради преступника.
Сакура слишком смело посмотрела в глаза своему сопровождающему.
— Вы тоже…— ей не нужно было продолжать. Джонин тут же повел головой говоря этим — нет. Девушка опустила глаза, сжимая в руке ткань жилета, что висел на ее плечах. — Вы втроем были в одной команде. Для вас это должен быть больнее, зная через что вы прош…— она волновалась, руки дрожали.
Сакура никогда не умела врать.
Джонин резко схватил ее за плечи, словно разозлившись, но посмотрев в его глаза она увидела лишь беспокойство и какое-то несвойственное смущение.
— Я начал войну не из-за одной девушки. — Обито увидев страх в глазах, стал медленно отпускать ее. — Какаши, слишком зациклен на прошлом. — он говорил медленно, так чтобы она его слышала и в полной мере прислушалась, заметил как девушка сузила глаза после слов о Хатаке. — Я бы никогда не поверил в эту фальшивку, — Учиха гневно перевел взгляд на пол, сжимая в руки в кулак, вспоминая последнюю миссию, которая могла закончится их общей смертью с Хатаке.
— Ты сделала то что должна. Поступила правильно, как истинный шиноби. — перед глазами фальшивое лицо некогда любимой девушки. Обито издает странный и несуразный звук похожий на рычание, Сакура отодвигается подальше. В мыслях Учихи одно — как они посмели осквернить тело любимой.
И ведь получилось, Какаши попался. Оюито же осознал все слишком поздно, лишь…
…когда любимая девушка попросила присоединиться к ним, а друг согласился через выданные им три часа на раздумья.
Обито тридцать минут из этих 180 минут — блевал. Лицо некогда убитой хотелось сжать в ладонях, подросшее тело обнять и больше не отпускать. Но он смог унять это ужасное чувство напоминая себе, что это все уловка. Мерзкая уловка и это напоминание било по нему с ужасной силой. Осознав же, что это тело убитой, ненависть и отвращение в нем смешалось в чувство, которое он не смог сдержать и «вылил» в один из кустов рядом.
Они с Хатаке не говорили эти три часа. Было не до этого, слишком много мыслей. Обито освободили из-под стражи лишь неделю назад, восстановили в звание джонина и отправили на миссию, конечно в сопровождение анбу и тех кто сможет остановить его в случае чего, но это все равно было слишком хорошо. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Неужели он находится в гендзюцу?
Когда Какаши согласился — Обито подумал, что у него есть какой-то заумный план как всегда, чтобы заставить тех кто коснулся ценного и драгоценного где-то внутри своими грязными руками — страдать.
Но со временем наблюдая за ним, за этими теплыми глазами в которых была искренность Обито начал теряется. Какаши не говорил ему у о плане уже третий день, все больше смотря на эту Рин. Псевдо-Рин сжалась к нему — Обито. Преступники первоначально решили использовать любимую девушку против него, их целью был он.
Новоиспеченный джонин лишь угрюмо усмехался, когда руки псевдо-любимой девушки касались его. Он не попадётся.
Но все стало идти не по плану, когда на псевдо-Рин «напали», она пришла к ним с ранами на голове и животе, говорила что к ней приставали, пытались сделать любовницей. Говорила о преступниках, даже описала их. Обито по описанию тут же осознал кто это мог быть. Куросаки — некогда друг и нынешний кандидат в секретари Дайме. Он спас его в одной из миссий в детстве, хотя как он. Они.
Псевдо-Рин не знала, что они уже знакомы. Смех да и только. Но Какаши попался, он напал.
Обито смог остановить его в последний момент. Он верил в него, подумал что это план. План, который придет их к настоящим преступникам.
Держа в руках кунай старого друга, мужчина повернулся к Куросаки.
— Как вы?
— В порядке, спасибо. — Кандидат в секретари Дайме благодарно смотрел на него и что-то затрепетало в душе Учихи. Старое чувство. Благодарность людей и восхищение в глазах уже давно забылись в смеси страха, которую он видел столько времени.
Сакура появилась тогда резко, но как никогда во время. Была с его племянником на каком-то странном путешествии, ушла от него по неизвестной причине и оказалась случайно в их недо-лагере именно в тот момент когда псевдо-Рин замахнулась кунаем в спину Хатаке.
— Может на нем какое-то гендзюцу? — Девушка не оставляя надежд, которые уже давно отмел джонин.
— Я уже проверил его сознание, Яманака тоже сделали это.
Она замолкает и Обито кое-что осознает. Она не смотрит на него, но делает шаг за порог сжимая в руке его жилет. Сакура хочет сама убедится в том, что никакого гендзюцу нет и Хатаке Какаши некогда претендент на роль Хокаге стал отступником. Возможно девушка сейчас его подозревает.
«Убрал соперника» — ученица Какаши знает о его былой мечте, откуда или от кого Учиха уже не спрашивал. Сам он тоже знал о ней того, что не должен.
Сакура верная, слишком верная. Даже своему учителю.
— Как Саске? — слова выскакивает быстрее, чем он успевает о них подумать.
В тот злополучный день, его племянник пришел за ней именно в момент, когда обезумевший Какаши готов был убить ее.
Но почему-то остановился в последнее секунду, застыл словно статуя. Что-то шептал, но Обито не слышал да и не хотел, он по инерции двинулся к ним оттолкнув старого друга, бросил девушку в руки Саске.
Хатаке успел проткнуть его где-то в районе ребра.
— Все хорошо, он все еще поисках. — она не двинулась, даже не подняла голову все еще глядя себе под ноги. Он помнил о том, что самая слабая ветвь клана Учиха выжила, ведь проживала совсем далеко и появилась лишь из-за интрижки какого-то старого представителя главной ветви. О них ходили слухи и многие верили в существование это «ветви» но на войне раскрылась правда. Обито они волновали меньше в отличие от племянника.
— Надеюсь он сможет найти то что ищет.
— Он найдет, надежды излишни.
***
У Сакуры в голове бардак, она не верит и никогда не поверит, что Хатаке стал отступником так еще из-за этой глупой причины. Вся эта история, всё это не Какаши.
Она знает его, слишком хорошо. Ирьенин прекрасно понимает, что всё о чем поведал Обито никак не вяжется с логикой. Он слишком хороший в этом рассказе, Какаши в нем же почти нет.
Учиху проверили, но он же
Учиха не смог найти какой-либо выход? Уловку?
Обито пугал своей силой, пугал умениями — Сакура знала, что ему доверять нельзя.
В голове полыхают слова.
— Не верь ему, спасись.
Хотелось задать вопрос почему и кому, но Учиха резко отбросил бывшего учителя, а сама она оказалась в руках второго. Харуно не составляло чувство того что все было спланировано, всё было слишком гладко.
Даже после того как они все сражались бок о бок, она не могла доверится Обито, а любовь к Саске не затмевала верность к родине.
Сакура — устала думать и просто сама не могла придти к дельной мысли. Из-за чего сейчас в своем клановом доме ее дожидался Шикамару — пока единственный, кто может помочь ей обдумать всё тщательно.
Даже тот факт, что Учиха сопровождал ее вызвал в ней тревожные чувства. Сакура не глупая, Сакура не верит ему.
Обито это знает. 
