КГБ СССР

Тихий, спокойный пятничный вечер. Казалось бы, что может пойти не так? Вот только Аня себе этот вопрос перестала задавать с тех пор, как познакомилась с Сергеем Костенко. Рядом с этим человеком не так может пойти ВСЕ, вот ВООБЩЕ ВСЕ. Начать с того, как он ее принял на новом месте работы, а теперь вот эти его заявления про "ты мне нужна"... В иных обстоятельствах, девушка с огромным удовольствием отдохнула бы от странного, наверняка, сумасшедшего мужчины, но... Ей требовалась помощь. Она, разумеется, могла бы и обойтись без мази, выданной доктором Даниловым, могла бы попытаться нанести ее и самостоятельно, однако, в первом случае был велик риск, что что-то пойдет не так, а второй вариант и вовсе был невозможен, поскольку рана в боку, в отличие от тех, что на спине, еще и не думала начать заживать и, пытаясь нанести мазь, Аня снова ее растревожит, чего доброго, шов вновь разойдется. Вот только тот факт, что придется принять помощь сумасшедшего чекиста девушку нервировал весь остаток рабочего дня и часть вечера. Проблема была даже не в том, что перед мужчиной придется раздеться, на самом деле, хватит и приподнять футболку, порезы высоко не доходили, вопрос был в том, как он отреагирует, увидев то, что с ней сделали и то, что она ему, вроде как, доверяет. Ветрова уже была не уверена, так ли хорошо, что прекратились заявления в духе "тебе здесь не место". Ведь на их место пришли заявления "ты моя, и слышать против ничего не желаю". - Знаешь, если я кому-нибудь в городе расскажу, что каждый вечер капитан КГБ моет у меня в квартире посуду, то мне никто не поверит, - близилось время лечения, Аня нервничала и старалась это скрыть, развлекаясь попытками подколоть Сергея, который, уже по привычке, мыл после ужина посуду. - Тебе? Поверят. Ты же сама из КГБ, - Костенко коротко оглянулся на сидящую за столом девушку, звенящую спицами и улыбнулся, до того умиротворяющей оказалась картинка. - Если бы ты работала в детском саду, допустим, то тогда да. Могли бы и не поверить, хотя тут тоже есть варианты, допускающие такое развитие событий. Покончив с посудой и вытерев руки полотенцем, мужчина обернулся, все еще сохраняя на лице искреннюю улыбку. Аня отложила вязание и повнимательнее посмотрела на Сергея, невольно начиная улыбаться в ответ. Вот его искренняя улыбка ей нравилась. Все лицо мужчины словно сияло, голубые глаза переставали казаться кусочками льда и становились больше похожими на летнее небо. Пожалуй, в такие моменты можно было и позабыть о том, что Костенко мог быть не просто жестким, жестоким даже, не терпел противоречий и предпочитал, чтобы все было так, как нужно ему. При сравнительно невысоком росте, Костенко обладал достаточно крепким телосложением и, как подозревала Аня, вполне недурно умел драться, что невольно у девушки рождало сомнения, а не будет ли и она попадаться под руку в том случае, если все же сдастся. - Пойдем. Посмотрим, что там с твоей спиной, - сам Сергей не то не заметил, не то сделал вид, что не заметил рассматриваний девушки. - Думаю, будет удобнее всего, если ты ляжешь. Ветрова вздохнула, стараясь скрыть все же, как ей не нравится поворот разговора. Однако, деваться было некуда. Она и без того удрала из больницы гораздо раньше положенного, так что нарушать предписания еще и Данилова было совсем глупо. Избавившись от повязки и приподняв футболку, она улеглась на диване, устроив подбородок на скрещенных руках. Вооружившись баночкой с лекарством, Костенко подошел к дивану и тут же шумно вздохнул, напомнив Ане, что, в отличие от Валерия Степановича, ему еще не доводилось видеть "художеств" на ее коже. - Ну... Все не так страшно. Часть исчезнет со временем, но какие-то шрамы все равно останутся, - негромко произнесла она, на сей раз не пытаясь скрыть, что ее это расстраивает. - Не переживай. Шрамы - это не беда, - Сергей аккуратно присел рядом с девушкой и, зачерпнув мазь из баночки, стал аккуратно наносить ее на заживающие раны. Аня невольно вздрогнула от прикосновений. Мазь оказалась прохладной, но теплые руки Костенко, явно стремящегося свести неприятные ощущения для нее к минимуму, перевешивали эту неприятность. Девушка закрыла глаза, позволив себе на какое-то время забыть о тревогах и помечтать о том, что будет, если она согласится все же принадлежать Сергею, у которого оказались такие теплые, сильные и очень заботливые руки. Может, будет лучше просто сдаться мужчине и больше не надо будет быть одной, не надо будет больше ничего и никому доказывать... Мысль о том, что с Сергеем она будет "как за каменной стеной" оказалась до боли соблазнительной, но... Так просто подчиниться девушка просто не могла. Тем более, не после того, как Костенко практически ей в лицо заявил, что она принадлежит ему и будет общаться только с тем, с кем он разрешит. Это уже попахивало чем-то не слишком хорошим...