КГБ СССР

Достаточно быстро, пусть и против воли Сергея, Аня вернулась на службу. И Костенко, и Данилов считали, что девушке стоит еще какое-то время посидеть дома, поднабраться сил, но переубедить в этом саму Ветрову не удалось никому. Впрочем, в глубине души, капитан рассудил, что так будет даже лучше. Невеста будет весь день под присмотром его или кого-то из оперативного состава, размышлял он, а девушке это ничуть не помешало в обеденный перерыв выскользнуть из кабинета, едва Костенко отвлекся на звонок телефона. На улице стояла по-летнему жаркая, солнечная погода, так что было обидно сидеть весь день в четырех стенах кабинета. Да и не придут ее убивать в центре города, у штаба чекистов на глазах. Не тот уровень, да и она - не настолько страшная фигура, чтобы затевать нечто столь масштабное. Аня вернулась в кабинет под конец перерыва, на ходу доедая свой обед, судя по всему, состоявший сегодня из одного только мороженого в вафельном стаканчике. - На улице так хорошо... Может, прогуляемся сегодня, после работы? - с блаженной улыбкой поинтересовалась она, подходя к своему столу и роняя сумочку так, чтоб она повисла на спинке стула. Впрочем, улыбка быстро исчезла с ее лица, когда Костенко не ответил. Развернувшись, она наткнулась на его взгляд, тот особенный, присущий только ему и только в моменты допросов "взгляд злого чекиста". - Сереж... Что такое? - девушка вдруг поняла, что, вопреки всему, почти час провела без присмотра кого-бы то ни было, а это просто не могло не разозлить Сергея, становящегося в вопросах безопасности безумным параноиком. - Слушай, я все время провела на площади. Там куча народу. Никто не решится на попытку меня добить посреди города, у здания горисполкома, в толпе мирных граждан, - заметила Аня, подходя почти вплотную к столу будущего супруга. Когда же и на это он ничего не ответил, продолжая молча следить за ней, Ветрова устало вздохнула. - Прости меня. Больше подобного не повторится, - пообещала лейтенант. - Ань... - наконец, Костенко перестал изображать из себя статую, поднялся из-за стола и, сграбастав девушку в объятия, шумно вздохнул. - Я тебя на цепь посажу, если еще раз вздумаешь куда-то удрать одна. - Ммм... Это вот такие у вас фантазии, товарищ капитан КГБ СССР? - промурлыкала Аня, обводя пальчиком губы мужчины. - В тихом омуте черти водятся, да? - Ань... Прекрати... - Сергей машинально облизнул губы и вынужденно отстранился. - Не провоцируй. Я ведь не железный. Могу когда-нибудь и не сдержаться, а ты знаешь... - Да. Прости. Я помню. Только после свадьбы, - девушка покраснела и подняла руки, признавая поражение. - Да. А теперь... Лучше сядь. Мне нужно кое-что тебе рассказать, - казавшиеся ледяными, глаза мужчины сейчас потеплели и, девушка, неожиданно для самой себя, обнаружила в них вполне истинное сочувствие. Покорно усевшись, она едва слышно попросила - Только не говори, что свадьбы не будет. - Что? Нет, конечно, не об этом речь! - Сергей изумленно уставился на эксперта и, покачав головой, привычным движением опустился перед ней на корточки. - Ань... Тут дело немного в другом. Мне из Москвы звонили. Твоя мать... Она покончила с собой, когда ее взяли. Ну и... Московские хотят, чтобы ты приехала и дала показания относительно произошедшего. И рассказала все, что знаешь, об этой секте. - ЧТО?! НЕТ!!! - в глазах девушки вспыхнул такой ужас, что Сергею стало почти физически больно. - Я не хочу иметь с этим проклятым делом ничего общего! Не хочу! Не хочу! Не хочу!!! Аня, словно маленький ребенок, закрыла руками уши, зажмурилась и затопала ногами, а Костенко внезапно осознал, что эта истерика вызвана вовсе не смертью матери, а просьбой рассказать о секте! Сюрприз... Причем, достаточно неприятный, но, не сказать, чтоб очень неожиданный. Мужчина уже давно подозревал, что отношения Ани с матерью не на столько хороши, чтоб девушку взволновало известие о самоубийстве. Между тем, на крики эксперта в кабинет заглянул один из чекистов. - Данилова сюда, - сквозь зубы приказал ему Костенко. - И быстро! Сам он, тем временем, крепко обнял невесту, пытаясь ее успокоить, что, впрочем, не возымело почти никакого эффекта, разве что, кричать Аня перестала, только повторяла едва слышно - Не хочу... Не хочу... Прибывший на зов Валерий Степанович, оценив картину беглым взглядом, достал из чемоданчика шприц, лекарство и, набрав нужную дозу, прямо сквозь одежду, сделал укол в руку девушки. Лекарство подействовало почти мгновенно. Руки девушки упали на колени, а сама она тяжело привалилась к Сергею, не то потеряв сознание, не то заснув. - Серег... Я даже спрашивать боюсь, что ты натворил, - хмуро произнес доктор, всем своим видом демонстрируя "только попробуй не признаться - придушу". - Я надеюсь, ты не забыл, что речь идет о моей невесте? Кстати, что ты ей дал? - Костенко бережно погладил девушку по волосам, убирая растрепавшиеся прядки за ухо. - Успокоительное. Совершенно не опасно, даже если она беременна, - Степаныч пожал плечами. - И ты не ответил на вопрос. - Слушай, с чего вообще вдруг взялась эта сплетня про ее беременность? - взвился Сергей. - Третий раз только за сегодня слышу! - А чего ты ожидал? Вы на работу ездите вместе. С работы - тоже. А тут еще новость, что вы ни с того, ни с сего решили пожениться. Вот кто-то и решил, что вы того... Доездились, - Данилов беспечно пожал плечами. - Не думаю, что кто-то воспринимает это как нечто плохое. Скорее, люди просто хотят больше поводов за вас порадоваться. Хотя, не скрою, Аньке многие завидуют. Приехала из столицы и увела самого завидного жениха всея Припяти. - Я ей сообщил, что ее мать покончила с собой, а Москва требует от нее показаний по этому делу. И показаний относительно той секты, - Сергей устало вздохнул. - Именно после слов о секте ее и повело. Думаю, ни о какой поездке и речи не может идти. Пусть изложит на бумаге все, что знает об отравлении. Отправлю спецпочтой и хватит. - Разумное решение. Я бы тоже не хотел, чтоб она куда-то ездила. Тем более, в таком состоянии, - Валерий Степанович посмотрел на девушку. - Видимо, что-то у них там происходило... О чем она не хочет вспоминать. Так что... Ты с ней поаккуратнее. Мало ли, что еще такую реакцию вызовет. Костенко посмотрел на старого друга таким взглядом, что тот сразу же засобирался и поспешил покинуть кабинет, пока не услышал ничего о своих умственных способностях. Ни о каком продолжении рабочего дня и речи быть не могло. Оставив распоряжения дежурному, Сергей бережно усадил все еще сонную от лекарства девушку в машину и направился в сторону дома.