Неописуемая красота

      Субин сидит в художественном училище уже третий час, хотя занятия занятия уже давно закончились. Учитель так доверяет ему, что отдал ключи от кабинета, а сам ушёл. А почему он тут сидит? Потому что тот же учитель оставил его здесь, чтобы Чхве завершил все его незаконченные работы, а было их навалом. Сидеть на одном месте несколько часов – не совсем хорошая идея, а ещё хуже "разгибаться" после этого.       Завершив уже пятую работу, он принялся перерисовывать следующую. Той было где-то год-два, а его навыки уже гораздо улучшились, поэтому приходится начинать заново. Иногда приходилось вспоминать или выдумывать всю постановку, с которой была срисована работа. Некоторые хранились в его галереи, а их было искать ну очень сложно. "— Мда.. И сколько времени мне ещё придётся это всё убирать? Училище точно уже закроется к этому времени!" – думал Субин, весь запачканный в красках и других не менее "сложных" материалах, закатывая глаза.       Его не любимыми уроками как раз были композиция с рисунком, по которым он сейчас дорисовывает и дописывает работы. "— Лучше бы сдавал экзамены по истории искусств или дизайну! Там хотя бы красить ничего не надо..." – его недовольству не было предела. — Субин, сдавай это, сдавай то! Ты так хорошо штрихуешь!! Бла-бла-бла.. – он начал говорить это вслух, пародируя своих учителей.       "Работы слишком сухая" – бе-бе-бе! "Всё хорошо, только сдвинь всё влево" – да как, если я уже цветом начал?! "Штрих не серебристый" – так конечно! Как он может быть таким? "Груша невкусная, кувшин невесëлый" – ну уж это ваши вкусы, а у кувшина такое настроение.       И ещё много подобных высказываний от преподавателей. Обычный человек вряд-ли бы их понял, да и художники тоже не всегда понимают.       Всë, что сейчас хотел Субин – это пойти домой и лечь спать (и желательно не просыпаться день-два). Но была ещё одна вещь, которая была не менее желанной – встретить своего "друга" Тэхëна и просто поговорить. Просто посмотрев на него, у Субин поднималось настроение. Тот даже не догадывается, сколько у Чхве рисунков, где запечатлëн он. Кан – его муза, по крайней мере до окончания училища точно. От этих мыслей Субин начинал краснеть, сам того не замечая.       Из-за сидения в полной тишине можно и с ума сойти, поэтому Чхве всегда напевал разные мелодии. Оставалось доделать всего две-три работы, но делать их придётся быстро, потому что закрытие будет буквально через час. Субин тяжело выдохнул; он мысленно обещает, что теперь будет выполнять все работы вовремя (хотя это навряд ли). — Ла-ла-ла.. А!!! – напевая очередную мелодию, Субин хотел повернуться, чтобы взять кисточку, но столкнулся с чьим-то "бу!" и хваткой за его плечи. — Боже мой! Тэхëн?! Что ты тут делаешь?? – Субин никогда так не пугался. — Приветик, хе-хе! – Кан очень мило посмеялся. — Моя одноклассница попросила зайти вместе с ней за какими-то вещами, которые она оставила, и меня пропустили. Она уже ушла, поэтому я решил пойти обратно с тобой. — А откуда ты знал, что я здесь? – спросил Субин. — Ты сам мне писал, что задержишься из-за долгов в училище. Уже забыл? – Кан аккуратно присел на стол, на котором работал Чхве. — Я могу тебе как-то помочь, чтобы ты быстрее закончил? — Ага. Просто дай мне попить что-нибудь, умоляю.. – Субину повезло, у Тэхёна как раз была с собой бутылка воды. Отпив глоток, он добавил: — А ещё можешь рассказывать что-то, а то я скоро помру с одиночества. — Ты устал, да? Прости пожалуйста за просьбу, но можешь попробовать нарисовать меня? – Тэхëн чувствовал себя немного виноватым. — Если нет, то я всё пойму. — Конечно смогу! – этот вариант рисования нравился ему гораздо больше. — Может, мне нужно как-то сесть? — М-м-м.. Думаю так, – Субин встал, отошёл к стулу, стоявший рядом, и показал: Тэхëну нужно сесть скрестив ноги, положить сверху руки. Вроде обычная, но зато динамичная поза.       Отложив последние работы, Чхве начал рисовать Кана. Было очень необычно это делать, потому что "натура" сидела прямо на том столе, на котором он работал. Ещё страннее было то, что Тэхëн неестественно "случайно" приближался к Субину всё ближе и ближе.       Субин быстро сделал набросок и перешёл к деталям. Описывать красоту Кана было неимоверно трудно. Он старался так, как никогда, чтобы тому понравилось. Субин смотрел не на Тэхëна, а на свой рисунок. Резко повернув голову, Чхве чуть не умер от испуга. На него пристально смотрел своими большими глазами Кан. — Боже мой! – вскрикнул Субин. — Не пугай так, Тэ.. Я уже почти закончил, – Тэхëн сидел очень близко к лицу Субина, поэтому он заметил, как покраснели уши старшего. Через минуту-две работа была сделана. — Вау!! – воскликнул Тэхëн. — Субин-хëн, это чудесно! Ты настоящий талант... Спасибо огромное, – Кан уничтожил остававшееся расстояние между ними: легко и нежно чмокнул Чхве в губы, а затем быстро отстранился и продолжил смотреть на нарисованного себя, как ни в чëм не бывало.       Субин застыл. Что это только что было? Его мысли сменялись другими за считанные секунды. — Что ты сейчас сделал?.. – глаза Субина было полны шока и лёгкого испуга. — Поцеловал, – без каких-либо проблем ответил Тэхëн. — А знаешь почему? – небольшая пауза. — Потому что я люблю тебя, хëн. И очень ценю тебя. Правда. — Я люблю тебя больше, Тэрри, – Субин, на удивление, ответил почти сразу и без страха. Он целовал чужие губы гораздо дольше и страстнее. А краснеть начал уже Кан, а не Чхве.       Время до закрытия оставалось совсем немного, поэтому пара решила поскорее вернуться домой, а там уже довести до конца всё, что они так хотят.       И да, Субин не доделал свои работы. Поэтому остаться в училище ему пришлось остаться ещё раз, но уже с самого начала с Тэхëном, который был его музой и поддержкой.