Лазанья

Гарфилд всегда встречает Арлин во дворе. Уличная кошка бродит, где хочет. Может быть, по той причине, что противоположности притягиваются, Гарфилд обожает ее. И почти всегда уступает ее просьбам. Стройная, розовенькая и с милой щелью в зубах. Разве такую можно не любить? — Нашла бы ты себе дом, такую, как ты определенно будут кормить, — подмигивает Гарфилд, рассматривая возлюбленную. Арлин фыркает. Ей кажется, что подобными замечаниями можно разве что только оскорбить, а не порадовать, но знает, что Гарфилд не со зла. — Я не хочу, — просто отвечает она и начинает соблазнительно мурчать, строя глазки. Гарфилд чувствует, как что-то внутри него собирается в огромный комок нежности. Он начинает об нее тереться. Арлин же забирается языком в его шерсть. — Тебе принести кусочек лазаньи? — с дрожью спрашивает Гарфилд. Арлин, мурлыкнув особо громко, смеется. — Это от тебя, я думаю, самое трогательное признание в любви. Гарфилд улыбается, щурится, показывая, что кругом, в ночной тиши, абсолютная безопасность. — А что если так? — мягко спрашивает он. Арлин прекращает смеяться и в тот же миг обнимает Гарфилда к его удовольствию. Лазанья действительно имеет для Гарфилда первостепенное значение. Но какой в ней смысл, если не делиться с тем, кто дорог? Арлин всегда была исключением из правил для него. Он может воровать еду у Джона, у Одди, но Арлин принесет самый лучший кусок, даже если будет голоден… Ну, не очень голоден.