Скульптор

Стоя напротив небольшого цитадели, девушка неуверенно почесала шею, даже не представляя что все следы скульптора могли привести ее в чёртово логово наёмных убийц. На удивление глава этих отпетых совершенно не противился, лишь подметил что ничего толком не скажет, но постарается помочь всем чем сможет. Встречали агента чуть-ли не с фанфарами, каждый мужчина оглядывал ее удивлённым взглядом, но позже в нем читалось некое подобие уважения, что для Блайт показалось довольно интересным, ведь мужчины агенты из бюро не относились к ней с таким-же уважением, с коим на нее сейчас смотрела кучка бывалых наемников. Поднявшись на последний этаж, Эмити задумалась о том, что глава сего заведения явно что-то старается компенсировать, расположением своего офиса, но оставив все свои догадки при себе, та собралась, поправила волосы и ввалилась в кабинет. Крупный темнокожий мужчина в классической тройке, удивлённо окинул ее взглядом, ожидая увидеть на пороге какого-нибудь страшного громилу, но заметив не очень то и крупную девушку, он вдруг нежно улыбнулся. — Специальный агент Эмити Блайт, — Достав из пиджака свою ксиву, девушка слабо хмыкнула, заметив то, что махина своей рукой указывает в кресло, как бы приглашая присесть. — Так значит вы тот самый представитель бюро, который что-то от нас хочет? — слабо склонив голову спрашивает дядька, но после смущённо хмыкнув, тот все-таки соизволил представиться, — Простите, я же представиться должен. Совсем голову потерял. Я Николас Вудли. Глава и основоположник НИКООП. — Вам я уже представилась. Мистер Вудли. Расскажите больше о вашей сфере работы, — откинувшись на мягкую спинку кресла, Эмити решила подходить к вопросу плавно, хотя знала, что вряд-ли Николас ей честно ответит, занимаются ли они контрактами на гражданские лица. — Мы наёмные войска, что отстаивают интересы Америки на всех континентах, — слабо улыбнувшись, уверенным басом выдавил из себя мужчина, а после потянулся к платку который находился неподалёку. Кажется его действительно одолела паника, но Блайт не подала и намека, на то, что догадалась о возможной лжи. — Очень интересно, скажите пожалуйста, знаком ли вам этот человек? — достав фотографию из дела Паркера, агент смотрит за минутным помешательством Вудли, а потом замечает как мужчина неуверенно прикусывает губы, казалось что сейчас произойдет, что-то из ряда вон. — Да конечно, это Пионер. — Что? — Простите, это позывной Александра Баринова. Получил из-за русской фамилии, рос без отца, был ребенком мигрантов из России. — прищурившись Николас стал что-то вспоминать, а потом стерев пот со лба, неуверенно продолжил, — Я лично уволил Баринова в прошлом году, когда он вернулся из Сирии… Я не должен о таком говорить, но уволен он был не просто так… Баринов очень жестокий человек. Я никогда не терпел уничтожение гражданских, но после очередного рапорта на Александра я уже не выдержал. — Можно подробнее? — Блайт словно окатили ледяной водой, может быть она действительно на верном следу убийцы, может она наконец сможет вернуться домой и смотреть с прошлой любовью в карие глаза. — Баринов убил своими руками не меньше пяти человек, все гражданские. Тела после нашей зачистки находили быстро… Столько разборок я ещё никогда не видел. Тогда нацбезопасность крепко схватила меня за яйца и я его уволил… Он пообещал мне отплатить, но больше, я о нем не слышал.

***

Стоя напротив парня, Луз берет свою биту в руки и с природным любопытством подмечает, что на ней появилось куда больше отметин. Баринов не жалел Хантера, он наносил множество ударов, следуя своей ненасытной кровожадности. Носеду это не впечатляло, она чувствовала лишь отвращение к таким людям, хотя сама понимала, что становиться точно такой-же… Чем дальше дело углубляется, тем больше Луз начинает понимать, что совсем скоро ее найдут, что вот-вот она будет отбывать заслуженное наказание, но ей так этого не хотелось. Все ее нутро билось в молчаливой истерике, когда она представляла решётку и пару сокамерниц, но а самое главное, она представляла во всех красках как Эмити разочарованно смотрит на нее, как голубые глаза меркнут, как пропадает тот самый огонек. Все эти фантазии подстегивали страх, начала развиваться паранойя и Луз понимала, что она ничего не сможет с собой сделать, когда все наконец-то свершиться. Когда бита оказывается в бывшей мастерской, Луз ничего уже не хотела с ней делать, она просто оставила ее на видном месте, ей не важно что случиться дальше, она готова принять вину, но совершенно не готова терять Эмити… Носеда словно ребенок, который слишком многого хочет. Но ее чувства сейчас выше любого здравого смысла, ее любовь выше апатии, с которой та безжалостно расправлялась с телом Баринова. Девушка понимала, что оставила жирный кроваво-красный след связавшись с ним, но почему-то она смирилась… Она почувствовала вину. Но она её чувствовала не из-за Менфиса и Николсона, она не сострадала Джеку и Крису Холумам, её чувство жалости остались сосредоточены на невиновных, которых она убила в пылу разгоревшегося азарта, хотя возможно столь радикальные решения были предприняты из-за того, что ей на пятки наступало ФБР и протягивая свои жирные лапы грозясь схватить.

***

— Ты хочешь эксгумировать труп? — неуверенно спросила Ида, разбирая новый отчёт который ей принесла Блайт. — Что вроде того. Хантер занимался немножко другим расследованием и со всеми жертвами был связан ещё один человек… Мэнни Носеда, ныне покойный. — уперевшись руками в стол, быстро протараторила Эмити, ей нужно было удостовериться в том, что действительно Луз не виновата, а Хантер шёл по ложному следу. — Возможно я смогу выбить ордер и эксгумацию, но и вы поймите, просто так брать и с нечего вытаскивать тело из могилы, как минимум бестактно, а как максимум превышение своих полномочий — массируя свои веки и сминая их пальцами, женщина устало выдыхает, понимая что ей никуда не деться от этого, ей придётся опять на коленях вымаливать у инспектора штата разрешение, на необоснованную эксгумацию, — я тебя лично придушу, если там ничего не будет. Иди в лабораторию через час тело будет у вас. — Отлично, а я пока на пару с Гасом разузнаю насчёт Александра, возможно он появлялся где-то на днях. — поднявшись с кресла, Блайт выпускает женщину вперёд, а сама захлопнув кабинет и накинув куртку на плечи, посмотрела задумчиво в пол. Она не знала, хотелось бы ей копаться ближе к правде, ведь всё нутро твердило, что правду она знает, но просто надеется, что это ложь. Ударив себя ладонью по щеке, девушка через силу старается собраться, обдумать-то, что сейчас произошло, но увы, ничего так и не пришло на ум. Эмити понимала, что как бы она не клялась в том, что прикончит её на месте, скорее всего у неё даже рука не дрогнет её арестовать. Впервые чувства Блайт были выше её работы и видела бы это мать… Точно бы закатила самую громкую из всех истерик. Агент всегда пряталась за работой, надеялась на то, что это её спасёт от болезненного мира и вот когда она наконец нашла ту, с которой мир казался как никогда ярче, её работа вынуждает заковать Луз в наручники и закрыть в камере на долгие годы, тут уже и ни один адвокат не поможет, конечно будет гораздо проще спихнуть все убийства на Баринова, подделать пару документов, немножко фотографий и вот Алексей уже оказывается связан непрерывной нитью с Менфисом, Террой и остальными героями этой грустной истории.

***

В лаборатории сегодня было тихо, все занимались своей работой, просто не находили в себе сил общаться и шутить, как это было раньше. Уиллоу которая несмотря на всю свою прямолинейность и логичность, казалась слишком подавленной… Она не отходила от останков ни на секунду, забывая о еде и других вещах, которые так нужны организму для здорового функционирования, охранник даже подмечал, что та разговаривает с останками, мило воркуя. Поднявшись к Гасу, Блайт неуверенно постучалась в дверь, слабо прикусив губу. Парень лениво поднялся с дивана, размял свою шею, тот казался сонным, что и подтверждали синюшные мешки под глазами. Заметив Эмити, парень оживился, нежно улыбнувшись. — Я кое-что нашёл, ну как кое-что, — взяв планшет с тумбочки, тот стал быстро что-то клацать, во что Блайт старалась не вникать, но уже через пару минут, на экране показалось множество бумаг и даже парочку фотографий с камер слежения, — ты просила побольше узнать о Баринове, ведь так? — Ну да. — Так вот. Позавчера на его счёт пришла круглая сумма, четыре миллиона с неизвестного счёта. Порывшись в транзакции я понял, что пришла она с местного обменника, скорее всего он предоставил им биткойны, а они уже перевели их в доллары. Но это ещё не все, — показывая пальцами на нужные документы, восторженно говорил Гас, — смотри, через биткойны, я узнал счёт с которого поступала транзакция, счёт произвёлся из одного загородного дома в Вашингтоне… И я предлагаю накрыть логово убийцы. — У нас нет другого выбора, — смотря отчаянными глазами на адрес который вывелся на экран. Блайт понимала, что теперь они на прямом следу убийцы и что вот-вот они его схватят.

***

Тишина бывает очень громкой, даже слишком когда вы стоите напротив логова, в котором происходило множество убийств, что и доказала экспертиза крови на приборах, но другая экспертиза была слишком страшна, она была страшна для Эмити, но стала победой для дела и всего бюро. Отпечатки снятые со всех приборов, первым делом прогнались по базам данных ФБР, все подозреваемые, все кто когда-то заходил на этот порог, оставляли свои отпечатки и наконец всплыло то имя, которое так не желала видеть Эмити. — Прямое совпадение с Луз Носедой… Третьей подозреваемой по делу. — Эмити сидела рядом с Уиллоу, ещё никто не видел результаты кроме них двоих. — Может это ошибка? Может её тоже схватили? Убили? — сжимая собственные плечи, Блайт сглатывает слюну. — Я всё понимаю… — вдруг быстро, совершенно неожиданно выпалила Уиллоу. Она не могла что-то сказать уверенно, она молча поджала губы, понимая что Эмити сейчас испытывает самые ужасные чувства, намного хуже чем она, когда узнала о смерти Хантера, — Я некому об этом не скажу в течении часа. Поговори с ней, позволь сдаться самостоятельно… — Спасибо, — поджав губы та срывается с места, бежит сломя голову к машине, она должна успеть.

***

Луз сидела в кресле медленно попивая пиво, она узнала сразу о том, что в её мастерской уже были федералы. Ей не нужно бежать, она не видит в этом смысла, она должна получить своё наказание, она должна доказать Эмити, что готова сознаться. Сердце предательски ёкнуло, когда она услышала громкий звук поворота ключа в замке, она знает кто приехал, кто быстро сломя ноги идёт по её душу. — Луз… Собирайся, собирайся сейчас-же! — не сдерживая свои эмоции громко говорит девушка. Луз молчаливо прислоняет горлышко к губам, сжимая челюсти от переполняющих эмоций. — Куда? Зачем? — её апатичный тон, прожигал новые дыры в истрёпанном сердце. — Как куда?!.. Ладно, Луз, я всё знаю, я знаю кто такой скульптор. Я знаю как он с тобой связан и у нас есть все доказательства, через час здесь будут все! — Блайт истерила, она хотела правосудия, но не такого… Сердце рвалось на ошмётки, при виде пустых карих глаз. — И как тебе открытие? — слабо улыбнувшись спрашивает Носеда, она боится слов Эмити, боится как никогда раньше. — Я напугана Луз, я растеряна и даже не знаю куда себя девать… Я тебя люблю, не хочу терять. Поэтому пожалуйста. Уходи! — А что будет с тобой? Ну уйду я… потом придут они и начнутся разбирательства. — Блайт падает на колени, хватается за бёдра Носеды, прикусывает губы чтобы заглушить громкие всхлипы. — Уходи, молю тебя, уходи. Бери пистолет, стрельни мне в ногу… Я скажу что не смогла тебя остановить, — Луз ничего не отвечает, не берёт пистолет и слабо поглаживает волосы Эмити, аккуратно почёсывая затылок. — Не могу я, понимаешь? Не могу, — Носеда не выдерживает, по её щекам стекают маленькие струйки слёз, слёз обиды, обиды на саму себя, — Я должна получить своё наказание. — Но ты ведь понимаешь, что ты получишь пожизненное и это самое слабое наказание для тебя, — обнимая чужие ноги, выдавливает из себя девушка, даже не представляя себе выход из всей ситуации. — Ну что-ж, так тому и быть… Пошли, пора собираться…

***

Тяжёлое дыхание, громкий суд и самое громкое дело всей Америки, женщина серийный убийца это было что-то новенькое для мира, что-то непривычное и не приличное. Эмити была свидетелем, она свидетельствовала честно, стараясь не давать волю чувствам, но те всё-же вырвались во время оглашения приговора. Пожизненное заключение без права на свидания и апелляцию. Это было справедливо, но слишком больно. Блайт увидела последний раз улыбку своей девушки в зале суда, та улыбалась искренне слишком довольно, что в итоге разместят на всех обложках газет, покажут во всех новостях. Навсегда дело скульптора было закрыто. « — Добрый вечер Вашингтон. Сегодня я тут, чтобы рассказать вам трагичную историю мести связанную с скульптурой. Дочь убила всех виновных в смерти своего отца, делая это очень прекрасно, настолько искусно, что весь мир запомнит этих жертв и этого убийцу. Двадцатилетняя Луз Носеда, оставшаяся в десять лет без отца, не смогла смириться с его утратой, провела собственное расследование и вышла на три имени, Карл Менфис, Роберт Николсон и Джейкоб Холум. В результате вскрытия тела Мэнни Носеды, был доказан перелом шеи, что по нашей реконструкции случилось из-за падения с лестницы. По словам девушки, он хотел сдать своих подельников и Менфис столкнул его с лестницы. Будучи высоко уполномоченным, тот замял дело и скинул всё на редкую форму лейкемии, которая диагностируется в одном из миллиона случаев. После полномасштабного расследования и наказания виновницы. ФБР проведёт внутреннюю проверку и чистку. Мораль истории вы можете найти сами. Доброй ночи» Это было последнее упоминание тяжкой судьбы Носеды. Никто никогда не упоминал о её связи с ведущим агентом, никто никогда не говорил о её кровном родстве с работником лаборатории, она просто стала серой точкой, среди множества. Уиллоу ушла из лаборатории на следующий день, она выполнила своё обещание, расследовала дело покойного мужа и ушла. Блайт перевелась в Сиэтл, погружённая в свои мысли и глубокую депрессию, та старалась спрятаться в работе, стала намного закрытее и перестала открывать свою душу вовсе. У остальных ничего не изменилось они продолжили работать, стараясь забыть этот эпизод…