Омежий трофей

      Лилан улёгся на широкой кровати и стал размышлять о своём первом в жизни свидании с омегой. Он никогда не был настолько состоятельным альфой, чтобы приличные омеги рискнули своей репутацией и согласились на свидание. Разумеется, Лилан ходил на деревенские танцы и как-то даже пару раз зажимался с симпатичными омегами в тёмных уголках, но дальше поцелуев и тисканья дело не заходило. Пару месяцев Лил встречался с бетой, но там никаких особых чувств ни с одной стороны не было. Они просто приятно проводили время, стараясь не говорить о будущем.       Сейчас же всё было совсем по-другому. Лилан понимал, что Оскан — омега основательный, и время лёгких романов без будущего у него осталось уже в юности. Лил и сам не понимал, пугает его это или радует.       Он перевернулся в постели и невольно вспомнил, что омега тут, совсем рядом, в соседней комнате. Красивый омега, у которого скоро течка. Законный муж. Лил невольно сглотнул, пытаясь прогнать всплывшие перед глазами картинки.       Он почти физически ощутил, как прогнулся бы под Осканом матрас, как его аромат окутал бы, словно кокон или туман, их обоих. И всё, что нужно было сделать — это просто позвать. Оскан бы пришёл…       Эта мысль не желала уходить, и Лилан, даже засыпая, крутил её в голове, отчего и сны были в эту ночь жаркими и неприличными.       Утро выдалось ленивым: Оскан с утра на завтраке отсутствовал, уйдя куда-то ещё на рассвете. Юкон пару раз попытался завести с Лиланом разговор, но сдался, поняв, что тот слишком погружён в свои мысли и почти не слушает.       Лилу было нечем заняться. Побродив по дому, словно неприкаянный призрак предков, он вышел во двор. Альфа не привык к праздной жизни и, когда заметил, что на хозяйственном дворике пара крупных омег колет дрова, направился к ним, решив помочь.       — Доброе утро, господин, — слегка поклонился старший из омег и цыкнул на напарника, чтобы тот не смел скидывать рубашку, как собирался.       — Доброе, — отозвался задумчиво Лилан и пошёл к топору, увидев его.       Омега чуть нахмурился и проводил взглядом, но стоило Лилу взять инструмент, как поверх ладони легла крупная грубая рука.       — Не стоит… Топор острый, тяжёлый, — чуть растерянно улыбнулся слуга. — Ещё не справитесь и покалечитесь. Если вам скучно, то возьмитесь за шитьё… Или там куриные яйца соберите.       Лил вздрогнул и отступил от омеги на шаг, отдав топор. Лилан заметил Оскана, вышедшего из одного из сараев, и подумал, что тот мог приревновать, если учитывать его прошлое. Он уже не думал, что это грозило бы неприятностями, просто не хотел делать Оскану больно.       — Лилан, всё хорошо? — тут же уточнил у супруга омега.       — Да. Я просто хотел помочь с дровами, — сообщил Лил, пытаясь говорить невиноватым тоном.       — Салтор, — кивнул уже более взрослому слуге Оскан, прекратив хмуриться. — Мой супруг умеет работать топором, не мешай ему. Он — господин, и если он хочет рубить дрова, не надо его останавливать. А вот если мои сыновья решат поиграть в дровосеков, тогда да, вмешайся обязательно. Им ещё рано.       — Но… Он же альфа, — пожал плечами слуга, протягивая топор Лилану рукоятью вперёд. — Пленный.       — Он мой супруг, — ледяным тоном командира сказал Оскан Равнинный, став для Лилана вдруг на мгновение тем воином, врагом, каким он его увидел в первый раз. — Его слово — закон на моей земле. Тебе понятно?       — Простите, — согнулся в глубоком поклоне Салтор, мгновенно потеряв всякое желание спорить.       Даже самому Лилану захотелось поклониться перед супругом, настолько непривычно властным вдруг тот стал. Только вместо раздражения и страха он вдруг почувствовал возбуждение. Альфа прошёлся взглядом по супругу, от тёмных волос и волевого подбородка по широким плечам и ниже, к сильным ногам. Оскан, видимо, занимался с утра физическим трудом и был одет в удобную рубаху из небелёного хлопка, широкие практичные немаркие штаны и простую обувь. Он не выделялся на фоне своих слуг одеждой, но в нём чувствовалось такая уверенность в себе, что Лилан сразу бы указал на Оскана как на господина, даже если бы всего и не знал.       Омега же кивнул ему, пожелал доброго утра и вернулся к своим делам.       Лил резко мотнул головой, словно нервный конь, прогоняя наваждение. Он закатал рукава и принялся колоть дрова, стараясь с помощью физического труда окончательно прогнать возбуждение.       На обед Оскан пришёл и даже сменил одежду, и Лилан спросил:       — Ты всегда перед едой переодеваешься?       Омега хмыкнул и произнёс:       — Ты же тоже переоделся.       — От меня пахло потом, — признал Лил. — Я ведь рубил дрова.       — Я тоже работал, — кивнул Оскан. — И портить аппетит окружающим запахом пота не хотелось.       — Фу! — громко сказал Юлас, наморщив нос.       — Видишь? — улыбнулся омега, погладив младшего сына по голове.       — Слышу, — улыбнулся Лилан и чуть покраснел, осознав, что задал глупый и неуместный вопрос.       — Папа, что там со спектаклем? — спросил Юкон, которому не терпелось попасть в театр.       — Осталось два дня, — напомнил Оскан.       — Я помню, — кивнул альфенок. — Но мы же приедем в город заранее? Обычно мы перед спектаклем гуляем по городу, покупаем одежду и развлекаемся.       Последнее Юкон пояснил уже Лилану.       — Завтра днём выезжаем, — оповестил омега. — Я уже заказал нам гостиницу на две ночи.       — Спасибо, — обрадовался альфенок. — Я соберу вещи сегодня. Я уже придумал, в чём пойду в театр. А ты, Лилан?       — Не думал даже об этом, — отозвался Лил. — Но ты не волнуйся, я постараюсь вас не позорить своим внешним видом.       — А я тебе помогу, — тепло улыбнулся Оскан и достал из кармана небольшой замшевый мешочек. — У нас принято, чтобы альфы твоего положения носили украшения. Думаю, ты не будешь против.       Он протянул мешочек. Лилан кивнул, взял и развязал завязки, вытряхнув себе на руку цепочку с кулоном в виде золотого шакала.       — Спасибо, — сказал он вполне искренне и тронул пальцем глаз шакала в виде какого-то мелкого голубого драгоценного камня. — Забавное совпадение… Шакал с голубыми глазами, совсем как я.       — Никакого совпадения, — покачал головой Оскан. — Я заказал украшение заранее, ещё когда ты не был моим супругом. Просто ждал подходящего времени, чтобы подарить его. Мне хотелось, чтобы оно тебе понравилось. Тебе же нравится?       — Нравится, — заверил Лилан и надел кулон, пригладил его, а затем поблагодарил. — Спасибо, Оскан. Мне правда приятно. Хотя я всегда думал, что мне неинтересны украшения, по крайней мере, пока у меня их не было.       Омега рассмеялся, не обидно, по-доброму.       После обеда Лил сбегал и спрятал свой подарок на полке, решив, что будет досадно случайно порвать цепочку и потерять первый подарок мужа.       До ужина каждый был занят своими делами: Юкон собирался, Юлас вместе с Шаем играл во дворе с деревянными игрушечными конями, Оскан занимался поместьем, а Лилан мучил книгу, упорно совершенствуя свои навыки чтения.       После ужина омега предложил супругу:       — Прогуляемся после того, как я уложу детей?       — С удовольствием, — кивнул Лилан, довольно улыбаясь.       Вечер стоял тёплый, и Лил не стал накидывать на плечи куртку, когда они вышли в сад.       — Как прошёл твой день? — спросил Оскан с улыбкой.       — Знаешь, хорошо, хотя вынужден признать, что колоть дрова мне по-прежнему проще, чем читать, — сказал Лилан.       — Ты всегда можешь начать заниматься с учителем Юкона, — напомнил омега.       — Я и начну, как только слегка подучусь, — согласился Лил и резко остановился, прислушиваясь.       — Что-то случилось? — насторожился Оскан.       — Ёж! — сообщил Лилан и подмигнул.       Оскан хотел было спросить, почему ёж его так заинтриговал, но не успел: Лилан обернулся. Перед омегой стоял поджарый худощавый шакал; ещё не заматеревший зверь вилял хвостом, припадая на передние лапы и предлагая поиграть.       Оскан фыркнул и обернулся сам. Его зверь был гораздо крупнее, сильнее и казался даже слегка непропорциональным, но, когда Лил отскочил и побежал, он подхватил заданный темп.       Какое-то время они просто носились друг за другом по саду, играя, а затем принялись выискивать ежа. Тот нашёлся в кустах. Ёж тут же свернулся колючим клубком, но ни омега, ни альфа и не пытались его ловить, просто ходили кругами. Шакал изредка рыл землю передними лапами, а затем, уловив момент, слегка прикусил омегу за хвост и кинулся бежать со всех лап.       Оскан нагнал его через метров сто, повалил на мягкую траву и обернулся, проведя рукой по жёсткой шерсти. Следом обернулся и Лил, но не поспешил вставать с травы, замер под омегой. Тот тепло улыбнулся и неспешно и нежно поцеловал.       — Может, в спальню? — предложил Лилан, краснея от собственной неловкости.       — Уверен? — спросил омега.       Лил хохотнул: никогда раньше он даже подумать не мог, что омега задаст ему подобный вопрос.       — Уверен, — кивнул альфа.       Оскан резко поднялся и протянул руку, практически поставив Лила на ноги. Он направился к дому быстрым шагом, так и не отпустив своего супруга.       — Я не передумаю, — заверил Лилан.       — Знаю, но мне не терпится, — отозвался Оскан.       Альфа лишь довольно улыбнулся и ускорился.