Одержимый

***

      "Новый выпуск - новый скандал" - так считал Саша. Второй выпуск Битвы Сильнейших начался с того, что Башаров решил узнать мнение каждого экстрасенса об уходе Череватого. Некоторые плевались ядом, другие же отнеслись с пониманием. Шепс решил воздержаться от комментариев. Он чувствовал, что что-то должно произойти. Вот - вот, совсем скоро. Но что? Конечно же желанием Александра было возвращение Влада Череватого на съёмочную площадку, и в последствии в проект.       И вот, заветные слова, которые так ждал Шепс - старший: —Наша звездочка вернулась!       Саша чуть улыбнулся, надеясь остаться незамеченным, но уголки губ предательски поползли вверх, являя всем лучезарную улыбку. "Звёздочка значит" - ухмыльнулся про себя мужчина и начал искать глазами знакомый силуэт.       И правда, Влад плавно вошёл в зал и остановился на своём месте, рядом с Олегом Шепсом. Саша пересёкся взглядом с братом и улыбка моментально померкла. Голубые глаза Олега впились в лицо брата, не понимая чему тут радоваться. Младший отвернулся и со скучающим видом уставился на Череватого, который встал рядом и ответил на вопрос ведущего. —Сильнейший решил вернуться. Это факт. Был последним, стану первым. Меньше слов больше дела. - и улыбнулся, обнажая маленькие белоснежный клычки.

***

      В этом выпуске была очередь Александра удивлять. А это значит, что он сделает всё, чтобы восхитить чернокнижника.       Но какого было его удивление, когда вместо заслуженной десятки, он увидел восьмёрку. Мужчина растерянно глядел на ухмылявшегося экстрасенса. "Ха… Вот же мелкий гадёныш, недостаточно значит?" - подумал Саша.       Начался новый конфликт, всё как он и представлял. Когда съёмки закончились, Шепсы решили вместе поехать в отель, где у них был снят номер на двоих. Некоторые бы подумали, что это не удобно, но для братьев было всё совсем наоборот. Олегу нравились вечерние беседы с Сашей, посиделки до поздней ночи с бутылочками безалкогольного пива и просмотром сериалов и фильмов, а также утренние завтраки. Это было совсем как в детстве, пока они не выросли и не стали отдаляться друг от друга.       Идя по тёмным улицам Москвы, ни один из братьев не пытался нарушить комфортную для них тишину. Весенний ветерок обдувал открытую шею Шепса - старшего, заставляя тысячу мурашек прокатиться по его телу. Александр поёжился и посильнее затянул свой темно - серый длинный шарф, ворачивая в миг заледеневшие руки обратно в карманы кожанки. —Зайдём в супермаркет? - спросил Саша, пытаясь подавить зевок. —Мгм, - промычал брат. —Саш, что это за взгляд сегодня был? —Какой взгляд? Ты о чём, Олег? - не понимал Шепс. —Ты правда не понимаешь? - тяжело выдохнул младший, проводя рукой по лицу. —То, как ты посмотрел на этого Череватого. Как будто он… —Да что с тобой? Что "он"? - мужчина развернулся к брату и посмотрел на его грустное и уставшее лицо. —Как будто он для тебя что-то значит! Посмотрел так, как смотрят на дорогих людей! Как будто гордился им! Им! Этим ублюдком.       Александр отвернулся от своего брата и пошёл вперёд по тротуару, не оглядываясь назад. В голове словно молния бухали слова, произнесённые Олегом. "Гордился им", "Ублюдок", "Так смотрят на дорогих людей!", "Дорогих людей", "Смотрят на дорогих людей", "Он для тебя что-то значит!", "Что-то значит"....       Сердце громко стучало, пытаясь своими действиями выпрыгнул из груди. Дыхание, которое было всегда ровным, теперь звучало в прерывистом ритме, распространяя лёгкую панику по венам, кровь в которых разгоняла тревогу по всему телу. Пред глазами резко пронислись знакомые моменты: вот Влад одаривает его равнодушным взглядом, который постепенно переростал в заинтересованный, а далее в чистое презрение, вот Череватый сидит спиной к нему на стуле в зале, где их собрали для краткого инструктажа, тогда Саша мог лишь смотреть на гладко выбритый затылок, к которому хотелось прикоснуться, дальше мужчина сидит расслабившись за чашкой чая в компании других экстрасенсов, затем чернокнижник улыбается своей холодной улыбкой, являя всем правильный ответ на задании, а потом грустный взгляд в зале, от которого сердце готово было разорваться на кучу маленьких кусочков, сцена в доме Череватого, его уставший взгляд и милые белые тапочки, скорее всего подаренные поклонницей, а потом и уверенный взгляд карих глаз по время возвращения. Всё это мгновенно пронеслось пред Сашей, заставляя того резко остановиться.       Вдруг за руку схватили и мужчина обернулся, заметив настороженного Олега. —Извини, я… - хотел было извинится брат, но был перебит другим. —Да. —Что? - удивился младший, не понимая что имеет ввиду Александр. —Да, значит.       Шепс отдернул свою руку и закрыл лицо, потирая глаза. Да, Влад точно что-то значил для него.       Сердце предательски защемило. —Ладно. Давай мы сейчас пойдём в магазин, купим по пиву, может даже что-то по крепче возьмём и дома посмотрим не приворожили ли тебя, окей? —Как скажешь.

***

      Влад стоял возле отдела с мясом, выбирая какой бы кусочек взять для позднего ужина. Он метался между куриными ножками, филе из индейки и кусочком свинины. Из последнего можно было приготовить неплохой стейк. Схватив филе индейки, Череватый сложил в корзину ещё яйца, несколько упаковок приправ, мешочек картошки, несколько яблочек и уже возле кассы остановился, вспоминая что забыл купить подкуп для своего демона. По дороге до алкогольного отдела, мужчина положил ещё несколько пачек чипсов, чтобы как-то развлечь себя в предстоящей вскоре поездке.       Белые бутылки были составлены на пяти полках, которые тянулись вдоль нескольких стен. Влад выбрал тактику "двигаться справа налево и в конце концов выбрать самую дешёвую". Взяв магазинскую корзину в левую руку, он пошёл потихоньку влево, рассматривая одинаковые на вид ценники. Уже дойдя до середины зала с алкогольной продукцией, мужчина столкнулся с кем-то, разжав руку, из-за чего всё содержимое корзины упало с грохотом на пол. —Блять! - шикнул Влад и принялся собирать обратно продукты, не поднимая взгляд на человека с которым столкнулся. Тот, да, точно тот, если судить по ботинкам, присел на корточки и начал помогать Череватому, собирая разбросанные около них чипсы и яблоки, которые решили продолжить свой путь по всему залу. Сложив последнее, что выпало, Влад удивился действиям виновника происшествия - как он думал. Мужчина взял чернокнижника за левую руку, потянув вверх, чтобы поднять того с холодного пола из серой плитки. Череватый вздохнул, нахмурился, но всё же крепче сжал руку человека, который помог ему, и поднялся, отряхивая пыль с колен. —Простите. - выдавил знакомый голос и экстрасенс уставился на стоящего перед ним Шепса. "Да твою ж мать!" - кричал тот глубоко у себя в мыслях, ненавидя вселённую за такие совпадения. —И снова извинения. - пробубнил Влад, косясь на свою руку.       Большой палец руки некроманта поглаживал круговыми движениями костяшки на руке Череватого, согревая своими нетипичными движениями холодную ладонь мужчины. Влад попытался отдернуть руку, но у него не получилось. Ладонь с различными перстнями крепко держала его. —Как-то так выходит, что мы сталкиваемся именно в те моменты, за которые нужно извиняться, хах. - улыбнулся Шепс, смахивая упавшую на глаза чёлку. Череватый нахмурился, смотря прямо в ярко голубые глаза напротив. —Отпустите. - сказал Влад, пытаясь выдернуть свою руку.       Но Александр же просто молчал, разглядывая светлую кожу запястья. Мужчина притянул к себе чернокнижника, оказываясь почти вплотную к чужому телу. —Просто у тебя такая холодная рука. Так и хочется согреть. - прошептал Шепс - старший и отпустил Череватого. Тот стоял на прежнем месте, удивлённо глядя на ухмыляющееся лицо Саши и то открывал рот, то закрывал, словно рыбка. Тяжело выдохнув, Влад оттолкнул Шепса и, взяв первую пропавшую под руку бутылку водки, широкими шагами пошёл на кассу.       Уже будучи дома, он разложил все свои покупки на столе и сев за кухонный стол, уставился в затянутое чёрным ночным небом окно, разглядывая горящие фонари дворика рядом. Руки всё также била дрожь, а прикосновение Саши так и остались на ладонях чернокнижника, будто впитавшись навсегда.       Устав прокручивать у себя в голове случившийся инцидент, Череватый вымыл руки холодной водой, избавляясь от тёплых следов чужих прикосновений и принялся готовить свой поздний ужин, тем самым очищая разум от навязчивых мыслей о Шепсе.