Насильно отданная замуж.

Утро, примерно 10:00. Я вскочила с кровати из-за взрыва.       - Огицы! Проснись! Что происходит? - будила из всех сил мужа я.       - Мм, что случилось, к чему такая спешка? - парень приоткрыл глаза, жаждя от меня ответа.       - Там какие-то взрывы на улице! Ну же! Вставай! - я подгоняла его как могла. И всё же он встал и выглянул в окно. Я стояла сзади него, укутавшись в одно одеяло, после вчерашней ночи. “Когда он успел одеть штаны вообще?”, - думала я, пока тот глядел, что происходит на улице.       - Тц, началось, - лицо Огицы мигом переминилось после увиденного. Он начал куда-то поспешно собираться.       - Ты куда? - с непонимающим видом поинтересовалась я, дрожа от холода, так как было довольно холодно, учитывая, что начиналась зима.       - Хродфо.. Я.. Я скоро приду. Посиди и ни в коем случае не выходи из дома, поняла? - его голос дребежал, а руки слегка тряслись. Муж поцеловал меня в лоб и поспешно вышел из комнаты. “Ничего не понимаю, что там такое творится, что он даже объяснить мне не может?”, - я просидела в комнате совершенно одна в течение получаса. За это время я написала несколько строчек в свою книгу. После этого ко мне зашла слуга.       - Добрый день, госпожа. Как вам спалось? - с виду девушке было лет 16. Она была худенькой, не высокого роста и с очень красивыми волосами цвета персика. Я обомлела, когда увидела. “Госпожа? Я? Что происходит?, - думалось мне.       - Эм, привет. Хорошо спалось, спасибо. А ты кто? - я снова укуталась в одеяло, осознав, что лежала полностью голая. “Даже одеться не соизволила, дура!”.       - Ой, простите меня, пожалуйста. Как я могла не представиться Вам! Прошу прощения, меня зовут Ясока! - девушка упала на колени и вся тряслась.       - Прошу, встань с колен, всё нормально. Просто меня не предупреждали от таком, вот я даже не подготовилась, как видишь, - Ясока встала с колен, - значит тебя зовут Ясока. Меня зови Хродфо.       - Я не могу позволить себе такого, госпожа, даже если Вы просите.       - Ох, ну и ладно. Тебе сколько и почему ты здесь?       - Мне 16 лет, госпожа. Я здесь по приказу моего господина.       - Зачем он тебе это приказал? - я всё ещё не улавливала нить разговора.       - Чтобы, пока его нет рядом, с вами кто-то был. Он отдал этот приказ ещё вчера перед вашей свадьбой. Госпожа, позвольте я помогу вам одеться, - Ясока подошла к моей кровати и хотела было снять с меня одеяло, но я отпрянула от неё.       - Не надо. Я сама оденусь, ступай, - я указала на дверь из комнаты.       - Я не могу уйти и не могу позволить, чтобы Вы переодевались самостоятельно. Теперь всё делать буду я. - девушка мягко улыбнулась и всё же стянула с меня одеяло. Причина, по которой я не хотела, чтобы она это сделала, в засосах по всему моему телу. Я вся раскраснелась. Ясока стояла примерно минуты 2 в оцепенении, но потом тихо захихикала.       - Госпожа, не хотите ли Вы принять ванную, перед тем, как выйти на завтрак? - я отвела взгляд от её лица. - У меня есть, чем замазать эти следы.       - Правда?! - я чуть не упала с кровати, узнав, что у неё есть такое средство.       - Разумеется. Я бы не стала Вам лгать. Вы можете идти в одеяле, если Вам так угодно, - она отпустила его и я мигом закрылась в него. Горничная сопроводила меня в ванную. Пока мы шли по коридорам, я то и дело ахала и охала. Мне казалось, что я попала в средневековый замок, а не загородный дом. Когда она окунула меня в пенную ванну, я наконец смогла спросить то, что меня волновало, пока девушка тёрла мои руки.       - А это точно дом, а не замок? - Ясока хихикнула и сразу ответила:       - Вы никогда не были в таких домах раньше?       - Если моя память мне не изменяет, то нет.       - Могу я кое-что сказать Вам? - он остановилась на моей шее.       - Ты можешь говорить что хочешь и когда хочешь, - я улыбнулась ей.       - Благодарю, госпожа. Здешние мужчины очень резки в постели, тому доказательство Ваши пятна. А наш господин, он, как бы Вам сказать. Он очень часто заигрывается и забывает, что перед ним не пластиковая игрушка, а живой человек, поэтому Вам точно стоит поговорить с ним на эту тему, чтобы Вам не было так дискомфортно. Я внимательно слушала её и понимала, что говорит она правду. И у меня в голове сразу же промелькнул вопрос, который я тут же задала:       - Как давно ты ему служишь, что знаешь такие подробности? Или ты с ним..       - Я ни в коем случае не спала с господином, - не успела я договорить, как она ответила сразу же, поняв, что я хотела спросить, - Вы не первая, как горько бы это ни звучало. Раньше я прислуживала в другом доме, в котором Вы были ранее. И туда господин приводил всех девушек, с которыми спал. Но в этот дом можно было пригласить только ту, которая достойна стать его женой. И это оказались Вы. Чему я очень рада. Не хочу Вас никак оскорбить, но Вы не похожи на меркантильную, гонящуюся за деньгами и славой. - на такое заявление я лишь кивнула, подтверждая её слова. - А по поводу того, сколько я служу ему. И не припомню уже. Примерно 6 лет назад у меня… И тут она остановилась.       - Если не хочешь, можешь не рассказывать. Я не обижусь. - Нет, госпожа, я не не хочу. Просто я..       - Говорю же, всё хорошо. Когда ты доверишься мне полностью, тогда и можешь рассказать.       - Спасибо, госпожа. Вы самая лучшая. Я посмеялась. Прошло примерно часа 2, когда я мылась и узнавала, что есть косметика и что для чего нужно. Ясока замазала всё тональным кремом и отдала мне свой, сказав, что купит себе новый. Благо, платил ей Огицы очень много, чтобы хватало даже на ещё несколько месяцев. Ту историю, которую поведала мне Ясока, я долго не могла понять. Зачем два дома и каждый под разное назначение, но вскоре, после всех сборов и надеванием на меня шикарнейшего платья, как в средневековье, со всеми рюшечками и оборочками; я поняла, что к чему. Дом, по всей видимости, раньше принадлежал матери моего мужа и перешёл ему по наследству.       - Как бы я хотела повидать маму Огицы, - вздохнула я.       - Ты можешь повидаться с ней, - за моей спиной пронёсся холодок и послышался грубый голос. По всем критериям я поняла, что взади стоял отец Огицы. Я не смела шелохнуться и даже старалась не дышать. То, что он сделал со мной в предыдущую нашу встречу, явно оставило отпечаток в моей боязни к нему. “Чёрт, никотин? Яд? Да кем он себя возомнил, что травит меня этим?!”, - вслух я это сказать, естественно, не посмела.       - Ты скоро задохнёшься, если будешь так делать, - он дотронулся до картины двумя пальцами руки. - Скажи же хоть что-нибудь. - переведу свой взгляд на меня, в нём по прежнему не читалась хоть капля теплоты и доброты в мою сторону.       - Кхм, а подпись это чья? Что за художник Норо? - я старалась не показать своей боязни.       - Меня так зовут. - “Ну, да, короткий и холодный ответ, как обычно”.       - Ясно. Стоп. Чтооо? Эту картину вы..       - Да, я написал эту картину. Как давно это было. Ей здесь всего лишь 30 лет. Как быстро летит время, - и только на мгновение я уловила теплоту в его глазах, когда он смотрел в глаза этой прекрасной женщине.       - Она очень красивая. Вы, наверное, её сильно любили? - раз уж промелькнуло что-то, то он должен смилостивиться надо мной и хотя бы не сожрать.       - Поздравляю со свадьбой. - но меня решили проигнорировать.       - Ах, да, спасибо. Но почему вас там не было? - “А куда вообще запропостилась Ясока?”, - этот вопрос меня тоже интересовал.       - Меня на таких мероприятиях не особо жалуют, - он перевёл свой взор на моё платье.       - Но ведь это была свадьба вашего единственного сына!       - Не она первая, не она последняя, - отец закатил глаза и выдохнул.       - Вы хотите сказать, что мы в скором времени разведёмся? - он куда-то направился и я пошла за ним, много жестикулируя, показывая своё недовольство.       - Когда он поймёт, что ты ему надоела, мой сын тебя выбросит, - для него такие слова были легки, как пушинка, а для моей души, как железо, которое ломает всё внутри.       - Мы любим друг друга! - отец Огицы взял цветы со стола и поспешно вышел на улицу, а я за ним, не переставая фыркать.       - Мой сын любит только себя, - он резко развернулся, чтобы сказать мне это прямо в лицо.       - Это неправда! Вы его не знаете! - я пыталась доказать, что мы правда любимы друг другом.       - Я знаю его уже как 19 лет. Неужели ты думаешь, что я не знаю собственного сына? - мы подошли к какой-то бетонной плитке.       - Вы его совсем не знаете. Как можно было отдать родного сына в мир людей? К какому-то другому мужчине? Как? - его глаза налились кровью.       - Везде лучше, но не дома! Ты ничего не знаешь о нашей семье! - он толкнул меня и я упала на землю. Повернув голову влево, я увидела надгробие, на котором было написано “Паса Дофо, ты была прекрасной женой. Жаль, ты не можешь увидеть своего сына вживую”. Мои глаза налились слезами, когда я это прочла. Отец Огицы положил цветы - ирисы, видимо, она их очень любила при жизни.       - Я надеюсь, что ты будешь прекрасной мамой, женой и моей подругой, Хродфо, - я заплакала пуще прежнего. Простояв несколько минут у могилы, он ушёл, не сказав больше ни слова. Я рыдала до тех пор, пока не пришёл Огицы. Судя по всему, было довольно поздно, так как успело стемнеть. Заметив меня издалека, Огицы подбежал ко мне.       - Хродфо, ты чего здесь сидишь одна? - он поднял меня на ноги.       - Плачу.       - Чего плачем? - он подал мне платок, чтобы я смогла высморкаться.       - Жалко твою маму. И папу тоже, - я шмыгнула носом три раза.       - А себя тебе не жалко? Эх, что с тобой поделать. Хродфо, все люди когда-нибудь умирают, но я тебе этого не позволю, - мой муж смотрел на меня впритык - глаза в глаза.       - Ты прав. Люди? Твоя мама, она? - я была ошеломленная от информации.       - Человек зачастую не может выдержать родов, ребёнок который от вампира. Только несколько случаев, когда матери выживали, но они не жили долго. Поэтому, ты не будешь рожать, - я молча слушала, пока он не сказал последнюю фразу.       - Но я хочу ребёнка! И да, аминь за твою маму…       - Значит тебе придётся развестись со мной или мне надо будет позволить изменить тебе с кем-то. И довольствоваться чужим ребёнком. Хродфо, я не хочу, чтобы ты умерла при родах, - Огицы положил свою голову мне на плечо и слегка обнял.       - Я понимаю, но есть же маленький процент того, что я не умру, - я погладила его по спине, обняв.       - Я не хочу рисковать. Лучше уж пусть у меня не будет детей, чем ты умр.. Чем потерять тебя. - муж обнял меня полностью, встав в нормальное положение.       - Как сказал твой отец: “Не ты первая, не ты последняя”. Поэтому у тебя будут ещё дети, но не со мной, - я улыбнулась, отстранившись от него. Из правого глаза потекла слеза, пересоленная на вкус.       - Это он тебе так сказал?! - Огицы вспыхнул яростью. Он был готов набить морду любому, но я его остановила.       - Не надо, любимый. Твой отец сказал правду. У тебя будет другая, - слёзы сами катились по щекам, будто прожигая в них дырку солью.       - Мне не нужна другая, мне нужна ты. Я хочу лишь тебя, желаю лишь тебя и я хочу, чтобы ты была беременна от меня. И только ты, никто другой, - Огицы поцеловал меня. Но, когда мои глаза были закрыты, мой муж открыл их, увидев, как на нас смотрит его отец и улыбался, как маленький мальчик.       Продолжение следует…