Я так устала

—Ты знаешь, я так устала— как будто с неким облегчением сказала Анна. Весь день кручусь как белка в колесе: дети, работа, дом и снова по кругу. Анна была женщиной 35 лет, слегка полноватой, розовощёкой, с иссиня-черными волосами, струящимися до середины спины. Всегда веселая и почти всегда бодрая, любящая жена, заботливая мать. Женщина прекрасная расцветом своих лет. —Не удивительно— ответила Мишель— полная противоположность Анны как внешне, так и по характеру— ты пашешь как лошадь, ещё и дома твой рабочий день не кончается— вот и не остается сил даже на себя. —Не в пример тебе— Анна закусила губу. Но не от зависти, а просто так. Это была ее привычка. Мужа нет, детей тоже. Престижная работа и уйма свободного времени. —Не такая уж и уйма—сдержанно улыбнулась Мишель и посмотрела на зеленые почки, качающиеся на ветру. Если быть честной, подбирая слова, она замешкалась, — я очень разочарована в себе. Пройдет немного времени и это разочарование станет такой болью, что ни мне, ни тебе и не снилась. По отцу знаю. Анна слегка приподняла бровь, но быстро собралась и утешающе погладила подругу по спине. Мишель сдержалась, чтобы не передернуть плечами. Всё таки прикосновения она не любила даже от подруги. Та же, не заметив и йоты недовольства, встала и с великим наслаждением потянулась. —Ну что, пойдем, моя дорогая? — с хитрым прищуром спросила Анна. —Пошли—вздохнула Мишель. Солнечные лучи почти полностью пробивались сквозь едва зарождающиеся листья деревьев. А вот птицы щебетали во всю, уже по летнему. Тем временем Мишель полностью погрузилась в омут своих мыслей. Как она провела последние три года? С кем? А главное: была ли она счастлива? Эти три года её партнерами были десять мужчин, не считая случайных связей. Ни к кому из них она не привязывалась, ни кто не был по-настоящему дорог ее сердцу, которое и без того не мягкое, вконец очерствело. Сейчас Мишель искренне сокрушалась о своём неблагоразумии и растрате молодости. Она была младше подруги на 5 лет. Быть может, этой весной, с обновлением природы и ее душа переживет перерождение? Воспрянет с новыми силами, напоенная дождем. Или не стоит тешить себя напрасными надеждами? —…шель! Мишель! Женщина была вырвана из размышлений нетерпеливым окриком подруги. — О чем ты так глубоко задумалась? —слегка раздраженно спросила Анна. —Да, так, размышляла о своей жизни—уголки губ Мишель дернулись в попытке улыбнуться. На что мать двоих детей небрежно махнула рукой. —Ты—счастливица! —Счастливица…—эхом отозвалась Мишель. Да, уж так о себе она точно не думала. —А как же? Отличная работа, денег куры не клюют, ухажеров всегда хватает. Мне ли тебе все это говорить. Мишель промолчала и до конца парка подруги дошли без единого слова. *** Возвращаясь домой несколько дней спустя, Мишель почувствовала волну подступающего ужаса. Что-то всепоглощающее, страшное накатывало на нее, подступало к горлу и обхватывало его своими костлявыми лапами. Открыв входную дверь она рухнула на пол. Ее тело начало трясти и через секунду раздались несдерживаемые рыдания. Мишель вдруг осознала всю свою ничтожность, насколько она бесхребетная, трусливая и жалкая. Оберточная бумага от конфеты—и больше ничего. Весь тот облик, который был в ее голове, начал растворяться как пар от дождевых луж солнечным летом. Раньше обаятельная, остроумная девушка превратилась в женщину средних лет, единственно цепляющей взгляд своей покрытой пылью лет красотой. «А вот и боль» — подумала Мишель. Следующие пять недель прошли словно в аду. Мишель почти ничего не ела. Так что даже на работе забеспокоились, увидев, что с ней что-то неладное происходит. Помимо этого женщину не оставляли терзания о прошлом. Она глубоко сожалела о связях со всеми этими идиотами и чем больше думала об этом, тем глубже становилась рана. Чувствовала, что её просто использовали и была она не больше чем… язык не повернется сказать, чем. По истечении срока страданий у Мишель начала зарождаться мысль, что ей нужен хороший, действительно добрый мужчина. Поначалу она отталкивала эти мысли с помощью оставшейся горстки гордости, но они не желали её покидать. Прошло время. Мишель наконец стала походить на саму себя. И Анна в этом очень помогла. На протяжении нескольких недель почти каждый день она приносила подруге домашнюю стряпню, уговаривала поесть. Каким то чудом, у Мишель не развилась анорексия и она относительно быстро встала на ноги. Вскоре после этого её пригласили на встречу однокурсников из института. Вот там то она и увидела его. Немного запыхавшись и покраснев, Мишель вбежала на место встречи. Начала глазами искать Анну, но взгляд сам собой притянулся к молодому мужчине, сидевшему в кругу старых друзей. Застыв в удивлении, Мишель не могла пошолохнуться. Анна тихо позвала «каменную статую» и потянув за рукав усадила на место. Как раз напротив сидел Анатолий. Улыбка с легкими ямочками, черные кудрявые волосы слегка падающие на лицо, зеленые глаза с хитрой искоркой. Весь ВУЗ был влюблен в Толю. А он, словно не замечая этого, с простодушием относился ко всем. Казалось, он всех одинаково любил и уважал, знал себе цену, но не зарывался. Этот вечер казался очень долгим. Мишель то и дело поглядывала на Анатолия и один раз—всего один раз поймала его взгляд, который отчего-то показался холодным.