Попытка быть рядом

Это и должно было произойти. Но он продолжал упорно игнорировать проблему. Как в детстве рассчитывал: "Ой, да само рассосётся!". А вроде взрослый мужчина. Но почему-то до сих пор в голове таилась надежда на "само". Ему-то нехорошо было, а тут видит кого-то ещё в подобном состоянии. Ну, Володя пытался делать вид что всё хорошо. Юра пытался игнорировать попытки того что делают вид что всё хорошо. А на самом деле всё далеко не так. В душе он безумно хотел помочь, но и метался от одного к другому: он может сделать только хуже, взрослый мужчина если ему нужно сам обратиться к психотерапевту. Но именно сейчас пора было прекратить метаться. Он встал лицом к лицу перед проблемой. Вот она, его визави вставшая гордой стеной с осуждающим взглядом: "добегался?". Добегался... Юрино состояние улучшилось. Он периодически общался с психотерапевтом, стал активнее, веселее. Мог ли когда-то такой Володин лучик солнца находиться в состоянии депрессии? Смотря на бодрого по утрам Юру Володя уже сам сомневался, что это было реальностью вообще. Будто бы депрессия и ссоры ему просто снились. Больное воображение по ночам жутко с ним играло. Конечно, Юре потребовалось достаточное количество времени чтобы восстановиться до такого результата. И всё это время возлюбленный находился рядом с ним. В тот момент последнее о чём он думал так это о том, что компанию отца скорее всего надо будет продать, он находится в стране с другим языком, устройством и культурой и что к этому всему надо привыкнуть. Центром его мира стал один музыкант, которому прямо здесь и сейчас нужен был он. И вот Юре лучше. А Володе? Как оно Володе? Неожиданно те тараканы что находились в голове в дальнем углу закопошились. Вот они и свалились личные проблемы на плечи. Теперь нужно было разгрести и их. В начале всё даже с ними и шло сравнительно хорошо. Казалось "бывало и хуже!", но... Почему-то занятия немецким стали со временем достаточно тяжелее... Продать компанию оказалось не такой простой задачей... А к этому всему продолжать управлять ей из другой страны оказалось тоже нелегко... Каждый день - ад. Каждый день приходилось терпеть работников, которые недоумевали, надоедали с вопросами, в принципе порой тупили. Как Володя раньше не замечал, что достучаться до них так сложно? Или он только сейчас растерял весь навык управления и хватку за работу? А выйти на улицу так совсем безумие! Люди вокруг говорят малоразборчиво. Разбираться в свободной речи на немецком было до сих пор тяжело. Надписи тоже были порой непонятного содержания. Чаще всего ему приходилось переходить на английский, чтобы с кем-то взаимодействовать.Трудности в общении, в работе, вообще во всей новой обстановке давали о себе знать ещё и черезмерной дёрганностью. Тёмноволосый сам не замечал как начинал подёргивать ногой пока сидел, нервно покусывать пальцы, и поправлять и так хорошо сидящие очки. А вот Юра это замечал. Конечно его это пугало, потому что он ещё давно понял что Володя - сложный человек. Он может начать беспокоиться со всего. А если он до сих пор винит себя в том, что довёл любимого до состояния депрессии? Что когда-то срывался на него? А может вообще обыкновенная бытовая вещь, которую Юра-то и не заметил вовсе! Но это таилось в душе Володи и обрастало чувством вины и скорее всего страха. Хотелось помочь, но вот Коневу казалось что своими нелепыми попытками может сделать только хуже. Считал что Володя сам взрослый человек, и он знает что нужно обращаться к психотерапевту порой за помощью. Душу рвало на части наблюдая за этим, но может стоит пока оставить его в покое? Пускай освоиться... Не хотелось раскачивать их и так порой шаткие отношения... И так шёл день за днём... Юра привык, что часто ощущает пустоту на кровати. Привык что Володя периодически уходит работать по ночам. Привык что он редко после работы приходит в спальню и обычно засыпает прямо на диване. Что-то вредные привычки выходят... Почему-то Юра никогда его не беспокоил за этим делом. Лишь пару раз наблюдал со стороны. Володя выглядел сосредоточенным и при этом с каким-то уставшим видом. И музыкант старался никогда не попадаться ему на глаза. Но вот добегался... Володи снова нет рядом, на кровати пусто и холодно. Даже спать не хочется. Юра долго ворочался, в надежде просто уснуть, проснуться, как всегда утром просто накрыть любимого одеялом и самому заняться своей работой. Но сильнее обычного что-то ныло и болело в груди. Постарался найти положение в кровати, чтобы боль не так сильно ощущалась. Не помогало. Но и вставать не хотелось. Всё что он мог пройтись босиком по холодному полу до гостиной, тихонько заглянуть туда и снова увидеть сгорбленную над ноутбуком фигуру. Зрелище могло сделать только ещё больнее, поэтому лучшим решением было бы остаться в кровати... Да ну к чёрту! Ему прямо сейчас нужно хотя бы увидеть возлюбленного. Просто посмотреть, и возможно по возвращению в спальню это бы уняло плач души. Он сам не ожидал что так резко и с такой решительностью встанет с кровати. Аж в глазах потемнело и ноги подкосило. Схватив халат небрежно брошенный на тумбу и накинув его на плечи, Юра сделал пару глубоких вдохов и пошёл, снова слишком громко топая. Но поняв это сразу же стал ступать осторожнее. Не хватало ещё и напугать его своим топотом и резким подъемом. Он бы ещё сильнее взбеспокоился... Вот и решительность пропала как только он представил взволнованное выражение лица Володи, и что бы он уже успел себе напридумывать. Юра как мышка приблизился к проёму и тихонечко наклонился, чтобы его даже видно было оттуда едва-едва. Снова заметил насупившуюся фигуру, но гробовую тишину комнаты в этот раз разорвал судорожный вдох и шмыг носом. Юра на секунду испугался и позабыв вовсе о том, что его главная задача не быть замеченным, сильнее высунулся из за косяка. И на этот раз уловил как плечи силуэта дёрнулись. - Володь? Сначала настолько тихо спросил он, что сам еле услышал, что уж говорить о мужчине, который находился в шагах пяти от него. Но тут же Юра переспросил так, чтобы уже было слышимо. Володя тут же выпрямился, снова шмыгнул носом и даже не повернулся на Юру. Наоборот, сильнее отвернул голову в сторону. - Что такое, Юр? Чего не спишь? Вдохновение пришло? Ты если что играй-играй, мне не будет мешать всё равно. Юра напрягся, Володя слишком быстро ему ответил и... Ну как-то не так. Нет, голос тот же, предложение поставлено так же как строит именно он. Но... Было что-то не так. То, от чего в душе почему-то скрипело. И даже не понятно почему и отчего. Знал просто, что что-то неладно. Сильнее его в этом убедил только ещё один шмыг, и то что Володя опустил голову. Будто бы снова стараясь спрятаться. - Володя. Юра сказал уже более чётко и серьёзно. Сделал пару шагов к дивану и уселся рядом с Давыдовым. Почему-то сейчас его снова захлестнула решимость. Именно сейчас он решил что должен докопаться, а не убегать и игнорировать чужое состояние. По крайней мере он должен был хотя бы попробовать сделать хоть что-то. Мысленно даже отругал себя, что изначально не взял кота за хвост и не вытряс всю правду. Хотя Юра и на Володю немного обижался, ведь тот мог рассказать сам сразу же, ведь договаривались друг от друга ничего не утаивать. Но мог ли так быстро привыкнуть к этому глубоко в душе зажатый Володя? Который пугался психотерапевтов даже несколько раз поговорив с абсолютно нормальным специалистом. Человек не может так легко отпустить себя, привыкнув уже жить сам с собой и со всеми тяжестями. А со стороны ведь он уже привык выглядеть хорошо. Расправленные плечи, хорошее тело благодаря постоянным занятиям спортом и правильному питанию, весь такой прямо важный, с красиво уложенными волосами, чистой белой рубашкой. Именно поэтому сейчас он выглядел беззащитно сидя насупившись и отворачиваясь. Юра заметил, что руки Володи слегка дрожат, поэтому сразу заключил одну в свои. - Объясни что происходит. - Юр, ну всё нормально... Было начал Володя, но поняв к чему это всё придёт его грубо прервал Юра. Хотя сам даже успел испугаться своей грубости, ведь неожиданно слишком повысил голос, опуская Володькину руку. Наверное после депрессии ему тяжелее совладать со своими отрицательными эмоциями, которые стали проявляться видемее и чаще. - За слепого меня принимаешь?! Да вижу я что всё нихуя не нормально! Поэтому хочу, чтобы ты уже перестал бегать от меня! Володя вздохнул, говоря так же спокойно и достаточно тихо по сравнению с тем, что у Юры даже дыхание уже было шумным. - Не выражайся, Юр. Всё правда нормально. Почему он такой спокойный? Кажется Конев стал злиться ещё сильнее. Ощущение будто бы он со стеной разговаривает. Музыкант достаточно грубо схватил плечо Володи стараясь развернуть к себе, дабы хотя бы заглянуть в глаза. - Ну что ты делаешь! Шикнул Володя хватая Юрино запястье. От того как Юра вцепился пальцами кажется даже плечо щёлкнуло. - Посмотри на меня хотя бы! Ты в последнее время вообще со мной взглядом встречался?! Я глаз твоих хер знает сколько не видел! Наоборот сильнее зажмурившись Давыдов наконец оказался лицом к лицу с Юрой. Не то чтобы он не хотел смотреть, как-то на автомате получилось. Скорее не желал, чтобы Юра смотрел. - Володя! Посмотри на меня и ответь что с тобой происходит! - Юра, хватит! Володя открыл глаза и жёстко снял Юрины руки со своих плеч. Это было достаточно просто даже, потому что он сразу же ослабил хватку и просто продолжал вглядываться в лицо. Ничего нового он не увидел, кроме стеклянных глаз, в уголках которых собралась влага. - Доволен? Иди пожалуйста спать. Я хочу поработать. Громко шепнул Володя и развернулся лицом к ноутбуку. Белый свет монитора лёг на его строгое лицо, тёмные волосы, отразился в очках. Вот тут глядя на это Юра стал пугаться сам себя. Дурак. Дурак. Дурак. Кто же так расспрашивает-то? Сходу крича, да хватая за плечи. Юре даже стало стыдно. Поэтому он уже тихонько, но немного с подрагивающим голосом проговорил: - Володь... Протянул руку, осторожно укладывая снова на плечо Володи. Боже, и это только что он так грубо хватал то, что в его жизни является самым дорогим? Это так он пытается ему помочь? Чем же он тогда начал отличаться от его бывшего Игоря, который пичкал Володю снатворным, что почти можно было приравнивать к наркоте и наносил увечия? - Володя... Снова повторил он и уже прижавшись обнял за плечи. И так аккуратно как только мог, будто бы одно неверное движение прямо сейчас может всё прекратить. Но он и взаправду считал, что может вот взять и прекратиться. И Володя никак не отреагировал. Совсем, только продолжил клацать по клавишам ноутбука. - Расскажи мне что тебя беспокоит. Я хочу помочь тебе. Давыдов вздохнул. Выпрямился, убирая руки с клавиатуры и немного расслабился. Это было заметно по легко опустившимся бровям и уже по не таким сжатым губам. - Юра, прошу, уделяй пока больше внимания себе. Ты только недавно вышел из состоян... - Володя! Снова резко перебил Юра, разворачивая его лицо к себе. - Ты снова обо мне да обо мне! Не ребёнок я и так всё понимаю! И когда моя депрессия стала поводом для того чтобы не обращать внимание на тебя?! Мужчина в очках продолжал просто вздыхать и говорить выдержанным голосом: - Потому что я тебя довёл до этого. Я виноват со своими запретами, опекой и тем что огораживал тебя от всего... - Ну прекрати! Запротивился Юра, отпуская Володины плечи. - Я очень тебя люблю, mein lieber.¹ Прошу, прекрати винить себя во всём. Мы взрослые люди, должны признавать свои ошибки и исправлять. Не вспоминать это всё ни в коем случае. И... Ещё не бегать от трудностей. Я хочу, чтобы ты рассказал обо всём мне и тогда мы сможем либо обратиться к психотерапевту, либо решить всё сами. Мне очень важно что ты чувствуешь. Володя наконец-то всем телом развернулся к Юре, заглядывая ему в глаза. Последнему снова в грудь ударило болью, когда он заметил этот уставший, опустелый взгляд возлюбленного. Давыдов немного помолчал, подбирая слова. В голове всё мешалось и путалось, больше наверное от усталости чем от сложного разговора. - Да, ты прав. Всё от слова "совсем" не нормально. Он обвил руками талию Юры и опустился на него, пряча лицо в изгибе его шеи. Очки неприятно впились в кожу светловолосого, но он проигнорировал это, как и тяжесть тела опустившегося на него, ожидая дальнейших слов партнёра. Просто обхватил его руками, сильнее притягивая и прижимая к себе. - У меня проблемы с продажей компании, проблемы с сотрудниками, проблемы с адаптацией в новом месте. Мне слишком тяжело привыкнуть к новому языку, людям и окружению. Ну даже образ жизни другой! Главное люди... Никого рядом кроме тебя, понимаешь? Когда-то мне даже и одному легко жилось. Но у меня была говорливая Маша, мама. Герда там осталась. Ну, даже тот самый Брагинский, чёрт бы с ним. Я тоже очень тебя люблю, Юр. Но я не справляюсь... Юра почувствовал как Володя судорожно вздохнул и как задрожали его плечи. Музыкант погладил их и зарылся носом в Володину макушку, целуя. Потом прижался губами к виску, к щеке ощущая солоноватый привкус. И жадно вдохнул запах кожи. Одновременно он ещё обдумавал как помочь любимому. И вправду была та часть, а которой он может помочь, но... Как ему например быть с компанией и работой? Хотя... Неожиданно он наполнился полным воодушевлением. Да, теперь он определённо возьмёт всё в свои руки. Как это сделал Володя, когда он находился в состоянии полной подавленности. Юрка подтянул одеяло, накрывая Володю и себя. Дотянулся до ноутбука и закрыл его. В комнате стало совсем темно, но почему-то теперь так спокойно. Будто бы все проблемы уже решены, но их только предстояло начать решать. А с души упал уже такой груз, будто бы основная часть работы уже сделана...