Всем нужна любовь

Молодая брюнетка лежит на кровати закрыв глаза, в наушниках играет любимая музыка. Наконец-то лето и можно расслабиться. Ей до жути надоел институт. Не то что учёба давалась трудно, девушка она была не глупая, можно даже сказать умна, ей не нужно было днями и ночами корпеть над учебниками, схватывала всё на лету. Другое дело, что ей не по душе та профессия, которую для неё выбрал отец. Кто другой возможно и был бы счастлив учиться в одном из самых престижных вузов, но девушке хотелось другого — рисовать, творить, а не постигать науку дипломатии. Но отец жёстко настоял. Семья у них была статусная и богатая, хоть и состояла из двух человек, мать девушки умерла когда той было 10 лет. Отец вечно пропадал на работе, ему было некогда заниматься воспитанием дочери, хоть и любил её, поэтому по большей части девушку воспитывала сначала няня, а по достижению 14-ти летия она была предоставлена сама себе. Но если в воспитании дочери Арман не сильно преуспел, то в образование вкладывался по полной. Считал, что марание листов краской, это не то будущее, которое достойно его единственной дочери. — Женя, — зайдя в комнату, зовёт девушку импозантный мужчина армянской внешности.— Женя, — уже чуть громче, видя, что та не реагирует. — Что ты хотел? — наконец услышав, вынимает один наушник. — Объясни мне, почему у тебя по английскому не зачёт? — спрашивает отец. — Может потому что я его не сдала? — спокойно отвечает брюнетка, намереваясь снова вернуться к своему занятию. — Евгения, я ещё не закончил, — в голосе мужчины проскакивают строгие ноты. — Ну что ещё? — закатывает глаза девушка. — Я уже не раз тебе говорил, как важно хорошее образование и что ты здесь доучишься, какие бы фортели не выкидывала. И не надейся, что я это спущу на тормозах. С завтрашнего дня у тебя будет репетитор, если ты сама не справляешься, — объявляет свой вердикт. — Но… — Никаких но. Это не обсуждается. Иначе я запру тебя дома, пока не пересдашь. — Ты не посмеешь, я совершеннолетняя, — вскакивает с кровати. — Зато я запросто заблокирую тебе счёт и отберу машину. Так что в твоих же интересах согласиться. Два дня в неделю по паре часов не такая уж большая жертва с твоей стороны, — показывая, что разговор окончен, выходит из комнаты. — Чёрт — летят наушники в закрывшуюся дверь. *** Женя лениво ковыряет омлет. Она не рассчитывала летом тратить время на занятия. И сейчас думала, как бы это дело свернуть. — Женя, надеюсь ты не забыла, что сегодня у тебя репетитор, будь добра не вести себя как обычно, — закончив завтрак, говорит мужчина, встав из-за стола. — А как обычно? — с вызовом бросает девушка. — Именно вот так, — подходя, целует дочь в макушку, отчего та дёргает головой. — Сделай над собой усилие. Я буду поздно. — Как обычно, — тихо себе под нос. — Можно подумать когда-то было по другому, — так практически ничего не съев, девушка отправляется к себе. — Женя, к тебе репетитор пришёл, ждёт в кабинете, — говорит женщина, лет 55-ти, являющаяся в доме чем-то вроде домоправительницы. — Угу, я поняла Анна Сергеевна — повернула голову в сторону двери. — И не заблудился же, — говорит сама себе, когда дверь закрылась. Войдя в кабинет, первое за что цепляется взгляд, шикарные светлые кудри до лопаток, стоящей спиной к двери высокой стройной женщины. Хм, интересно, очередная баба папаши? Она реально в совершенстве владеет английским языком или просто языком? Ещё не познакомившись, уже с презрением думает девушка. Обойдя женщину, даже не поздоровавшись, падает в кресло, закинув ногу на ногу. Если женщина и удивилась подобной наглости и хамству, то вида не подала. — Здравствуйте. Вы наверное Евгения? — звучит спокойным низким голосом с чуть заметной хрипотцой. — Ну, если вы не заблудились и не страдаете маразмом, то скорее всего так и есть, — надменно отвечает брюнетка, невольно разглядывая красивую женщину, лет 35-40, с глубокими карими глазами, острыми скулами и чуть пухлыми губами. Папаша то предпочитает девок помоложе. Реально что ли репетитор? Крутится в мыслях у брюнетки. — Меня зовут, Этери Георгиевна, — представляется блондинка.— И если вы закончили упражняться в своём остроумии, предлагаю начать занятие, чтобы не терять времени, — не дождавшись приглашения занимает соседнее кресло у стола. — Расскажите, в чём конкретно у вас трудности в изучении языка? — внимательно изучая девушку спрашивает женщина. — А кто сказал, что у меня трудности? — наматывает прядь тёмных волос на палец. — Не было бы трудностей, меня б здесь не было, — спокойно отвечает блондинка. — Слушайте, вам же тоже западло летом работать. Так может договоримся? — лукаво улыбается девушка. — Вы будете приходить, но тихо отсидите положенное время и не будете трогать меня. Деньги папаша вам всё равно заплатит. И все довольны. — Евгения, я не привыкла получать деньги за так. Я ценю своё время и не намерена его растрачивать впустую. Ваш отец серьёзно настроен, а я слишком ценю свою репутацию, чтобы так нелепо её лишаться, — спокойно и с чувством собственного достоинства говорит блондинка. — Так что предлагаю каждому заняться своими обязанностями — я учить, вы учиться. Чем быстрее у нас получится взаимодействие, тем быстрее Вы будете свободны. А теперь позвольте, мы всё же начнём. Жене ничего не оставалось, как фыркнуть, но подчиниться. Хотя кто сказал, что она не может включать дурочку и бесить кудрявую блонду. — Евгения, не стоит казаться глупее чем вы есть, — после пары тестов замечает женщина. — Так может я не кажусь, а на самом деле глупая? — хлопая своими огромными карими глазами. — Бросьте, вы умны, — улыбается этим нелепым юношеским попыткам бунтовать. — Вы меня не знаете, чтобы это утверждать, — вмиг ощетинивается брюнетка. — Я это вижу по глазам, — всё так же улыбается женщина, чем ещё больше злит. — Так что давайте не будем тратить ничьё время. Не сказать, что занятие прошло продуктивно, девушка всячески пыталась вывести женщину из себя, на что та абсолютно не велась. — Ну, что ж, на сегодня всё, — говорит Этери, взглянув на часы. — До встречи через два дня, — собрав свои вещи, встаёт. — Мне было приятно познакомиться, Евгения. Вам кстати очень идёт это имя, — делает комплимент, чем немного сбивает брюнетку. — Надеюсь вы откажетесь от работы со мной, — иронично ухмыляется Женя. — Зачем вам такая нервотрёпка. — Не надейтесь, Женя, я крепкий орешек. До встречи, — напоследок улыбнувшись, выходит из кабинета. — Вот же зараза! — то ли женщине, то ли ситуации. *** Через два дня ситуация мало чем меняется. Женя не хочет заниматься и даже усилий не делает чтобы вести себя вежливо. Но, как ни странно, женщина стоически терпит нахальную ученицу. То ли из-за денег, которые платит её отец, то ли у неё железные нервы и выдержке можно позавидовать, но женщина гнёт свою линию и пытается втянуть девушку заниматься, что нет-нет, да и получается. Кратко, недолго, но получается. Девочка, не на ту напала. Думаешь твои детские закидоны на меня действуют? Уж сколько я таких видела. Но ты не похожа на избалованного ребёнка, которому всё было можно и во всём потакали, хоть и ведёшь себя по хамски, точнее пытаешься. Что-то другое стоит за твоим бунтарством. Понять бы, что? Внимательно изучает девушку, пока та выполняет задание, ну как выполняет, пытается. — Я всё, — поднимая глаза, сталкивается с внимательным взглядом женских глаз. — Ну, хорошо, — Этери заглядыва в лист. — Как для первого класса. Женя, мне казалось, что вы не очень хотите растягивать наши занятия, а делаете всё ровно наоборот. Нет, если вам хочется сидеть над учебниками всё лето, пожалуйста. Если же у вас другие планы, то предлагаю начать уже работать. Идёт? — чуть наклоняет голову к плечу. — Идёт, — выдержав паузу, на подумать, говорит девушка. — Значит договорились. Тогда не смею больше задерживать, встретимся на следующей неделе, — прощается блондинка. — Хороших выходных, Евгения. — И вам. Чёрт, Медведева, с каких пор ты такая вежливая стала. Какое тебе дело до неё и того, как она проводит выходные. Явно с мужиком, сходить в кафешку, посмотреть тупую мелодраму. Хотя она не похожа на тех, кто смотрит тупые фильмы, да и вообще, слишком она… да в принципе всё в ней слишком. Тряхнув головой отгоняет мысли о блондинке. Бог с ней и её отдыхом. А вот где затусит в выходные Женя Медведева, она точно знает. *** Суббота, крутой московский ночной клуб гудит, две подруги сидят в вип-зоне. — Женька, чё такая загруженная, лето же? — спрашивает молодая блондинка. — Насть, да папаша нанял репетитора по английскому, приходится втыкать в учебники, — потягивает коктейль брюнетка. — И ты его уже довела до белого каления? — смеётся блондинка. — Её. Нет, представляешь, на неё не действует моё поведение, как бы я не старалась. — Вот это новость, — искренне удивляется Настя. — Что ж там за женщина? Грымза лет 70-ти, бывший надзиратель в колонии для несовершеннолетних? — Да нет, молодая и красивая. Но кремень, — пожимает плечами Женя. — Всё равно не понимаю, Медведь, зачем тебе репетитор, ты ж язык в совершенстве знаешь. — Хотела привлечь внимание отца, думала он хоть поинтересуется, как я, что у меня в жизни происходит. А он тупо отделался репетитором. Впрочем как обычно, я для него не дочь, а очередной бизнес-проект, гдавное чтоб не провалился и имя его не очернил. А у меня от его имени только отчество, фамилию и ту мамину взяла, — грустно вздыхает Женя. — Настя, я так тебе завидую и твоим отношениям с родителями. — Ой, нашла чему. Они меня своей заботой и любовью задушили, свободы хочется, — вливает в себя очередной коктейль. — А я уже и забыла, как это, когда о тебе кто-то заботится и любит. Мама любила, — утирает так некстати покатившуюся слезу. — Эй, Женька, не грусти, — обнимает подругу.— Давай лучше ещё выпьем и пойдём отрываться на танцпол. Настя подзывает официанта, заказав ещё по паре коктейлей. *** Занятия с репетитором проходят регулярно. Зачем это Жене, она и сама не знает. До отца она так и не достучалась, могла бы с чистой совестью свернуть эти занятия, показав свои истинные знания. Но ей начало нравиться. Нет не сами занятия по английскому, а время проводимое с женщиной. Женя стала ловить себя на том, что ей нравится слушать, когда та что-то рассказывает, отвлекаясь от грамматики. От блондинки исходила энергетика, которая завораживала девушку. Женя, по своему характеру, была человеком недоверчивым, редко открывалась людям, можно сказать никогда, но женщине, возможно та даже об этом не подозревала, удалось пробить маленькую брешь в этой броне. — Женя, что с вами сегодня, вы совсем рассеянны, — пытается вернуть девушку, время от времени уходящую в свои мысли. — Когда я была маленькой, мне мама говорила, что если я буду витать в облаках, то свалюсь с них и набью большую шишку, размером с голову, — пытается пошутить женщина. Но явно что-то пошло не так, Женя поднимает взгляд в котором явственно блестят слёзы и срываясь с места выбегает из комнаты, оставляя Этери в растерянности. — У вас что-то случилось? — заходит в кабинет Анна Сергеевна. — Даже не знаю. Женя сегодня какая-то задумчивая, я хотела её немного развеселить и рассказала, что мне мама в своё время говорила в детстве, когда я улетала в свои мысли. А Женя странно на это отреагировала, просто убежав, — пожимает плечами блондинка. — Вы конечно не могли этого знать, просто сегодня 9 лет как умерла её мама. Она по ней очень скучает до сих пор, — вздыхает женщина. — Отец хоть и любит её по своему, но мужчины они и есть мужчины, вечно пропадает на работе, а Жене не хватает его тепла и любви. Оттого и вся её колючесть и бунтарство, она просто хочет привлечь к себе его внимание. — Понятно. Анна Сергеевна, а не покажете мне комнату Жени. — Не думаю, что трогать её сейчас хорошая идея. — Я всё же попробую, — настаивает на своём блондинка. — Женя, можно я войду? — приоткрыв дверь, спрашивает Этери, после нескольких неудачных попыток достучаться. Девушка лежит на кровати, уткнувшись головой в подушку. — Нет, уходите, — звучит глухо и сдавленно. Но женщина не привыкла сдаваться и уж тем более она не собирается бросать девушку в таком состоянии. После объяснений Анны Сергеевны стало понятно, почему Женя так себя ведёт. Войдя в комнату и тихо прикрыв за собой дверь, подходит к кровати садясь на неё и легонько прикасаясь к подрагивающей девичьей спине. — Я же сказала, уходите и не трогайте меня! — практически кричит брюнетка, резко садится сбрасывая с себя руку женщины. — Жень, — тихо говорит Этери. — Прости, я не знала про твою маму, мне жаль. — Вам жаль? Вот только не надо строить из себя всю такую добренькую. Нихрена вам не жаль, вы совсем меня не знаете и не надо этого лицемерия и псевдоучастия, — зло вытирает катящиеся слёзы. — Ваше дело учить меня английскому, а не лезть ко мне в душу. Вам на меня плевать, впрочем как и всем остальным. Поэтому ещё раз скажу, уходите, — зло смотрит на женщину. — Жень, мне на тебя не плевать, — смотря на заплаканную девушку, весь вид которой так и кричит «поймите меня, согрейте меня», пытается дотронуться, на что девушка резко отстраняется. — Вот только врать не нужно. Родному отцу на меня плевать, друзьям, — делая в воздухе кавычки, — плевать, они со мной из-за статуса моего отца, всем плевать, никому я не нужна, никто меня не любит, кроме мамы, но её больше нет, — слёзы текут безостановочно, переходя в отчаянные рыдания. Этери, обнимает двумя руками дрожащее, несопротивляющееся девичье тело, прижимает ближе к себе, поглаживая по спине раскрытыми ладонями. — Тшшш, маленькая, всё будет хорошо, — крепче обнимает, чуть раскачиваясь, как будто баюкая. *** — Женя, почему ты смотришь на меня как на врага народа? — спрашивает Этери, сидя в кабинете, через пару дней после разговора, если это так можно назвать, в комнате девушки. — То, что вы стали свидетелем моей истерики, ничего не меняет в наших взаимоотношениях учитель-ученик, — очерчивает рамки девушка. — Не думайте, что уже влезли ко мне в душу. — Я ничего и не думаю и как ты заметила, ничего не говорю, — спокойна женщина. — Так что предлагаю вернуться к нашему занятию. То, что блондинка не говорит об этом вслух, не означает, что она не думает о Жене и кое-какой план, чтобы достучаться к душе и сердцу этой неординарной и такой внешне колючей, но внутренне очень ранимой девушки, у неё имеется.