Твой выбор

      После окончания матча, Людвиг немедленно направился в свою комнату и, захлопнув дверь, запер ее. После чего закрыл лицо руками, потому что сейчас его лицо до сих пор были покрыты пышными румянами. Он все еще не отходил от двери и спиной скользнул по ней.       Что это было?! Почему Манди наклонился к его лицу? Он что, хотел поцеловать его?       Его лицо еще сильнее покраснело.       “Он идиот! Засранец! Он хоть понимает, что делает?! – мысленно обозвал он его всеми известными ему руганями, – И почему…”       Людвиг прикусил губу, не закончив свою мысль, ведь его учащенное сердцебиение говорило само за себя, и он ненавидел это.

***

      После телепорта Манди выпал из реальности на короткое время, а вернувшись, опустил свою шляпу рукой и усмехнулся. Лицо доктора было таким забавным, когда он приблизился к нему, и отчего-то даже было милым. Но долго думать о нем не дали; австралиец забыл, что он не один в комнате телепортации и рядом стояли товарищи.       –Вот, видите?! А я ведь говорил! – заявляет Джереми и довольно смеется. Из-за его звонкого голоса Манди резко поднял голову и, осмотревшись, увидел у всех на лице озадаченность.       –Дерьмо… – проворчал он, низко натягивая свою шляпу. Джереми опять за свое.       Тавиш подошел к Манди и похлопал его по спине.       –Воу, приятель! А ты в хорошем настроении! – сказал он, смеясь, – Что же такого случилось, дружище?       –Ниче не случилось, – смущенно отмахнулся стрелок.       –Да брось! Ну же, колись, – все не отставал шотландец. Но к счастью, Делл вмешался, чему Манди был безгранично благодарен.       –Хватить уже. Ты же знаешь, какой у нас Манди скромненький, – усмехнулся он. Хоть и помог ему, упустить шанс подколоть его техасец не стал. В ответ австралиец проворчал что-то невнятное, но несмотря на это, все равно подхватил коллективный смех.       Наконец-то вырвавшись среди своих товарищей, Манди отправился в свой фургон. А войдя, сразу же упал спиной на кровать и положил одну руку себе на лоб.       Ну да уж, смелости и, как сказал бы Людвиг – наглости у него предостаточно. Но он ничего не мог поделать, когда причиной действий Манди был этот необычный доктор. С первых встреч Людвиг пробуждал в нем затаившуюся личность, которую Манди показывал самым близким людям. Этими близкими людьми даже не являлась его команда, как он привык так считать. Людвиг был слишком особенным для него.       Вдруг издается стук в дверь. Австралиец нахмурил брови и уставился на дверь, а потом на часы. Уже наступила ночь, кто станет заявляться к нему в такой час? Неуверенно потянувшись к ручке, он медленно открыл дверь и увидел неожиданного гостя. Это был Людвиг. Манди распахнул глаза, не веря им же собственным.       –Людвиг?!       –Не верно, – ответил знакомый, французский голос и тело его окружил дым, через секунду представляя настоящий облик. На лице красовалась лисья улыбка. Стрелок растерялся и разозлился одновременно.       –Эй, какого хрена?! Что ты тут забыл?       –Я просто хотел поговорить с тобой, mon ami, – произнес Шпион, не переставая ухмыляться.       –В такой-то час? – сказал он, снова смотря на часы на своем левом запястье. Показывали половину двенадцатого, – Ты свихнулся? Рано вставать же надо!       В ответ послышался смешок.       –Знаешь, это как раз подходящее время для разговора, поэтому сделай исключение – прокомментировал он. Манди недоумевал и скрестил руки, напрягая брови.       –И что это значить?       –Сперва можно зайти? А то разговаривать вот так неудобно, знаешь ли, – по лицу стрелка Шпион подумал, что он его не впустить, но тот, проворчав, сделал один шаг назад, – Merci.       Манди закрыл дверь и оба сели за стол.       –Ну так, чего тебе? – раздраженно спросил он. Шпион доставал сигарету и зажигалку, но его остановил австралиец, – Никакого курения в моем фургоне.       –Эх, ладно, – обиженно произнес француз и положил сигарету обратно в портсигар. Он скрестил пальцы и посмотрел стрелку прямо в глаза, – Неожиданно, что ты знаешь имя того синего медика. Его Людвиг зовут?       Манди вздрогнул, когда услышал его имя из уст Шпиона. А узнал он из-за оплошности австралийца и теперь ему нужно объясняться.       –Неужто ты думал, что я не замечу резкие изменения в твоем поведении? – Шпион усмехнулся, не переставая изучать его своим хитрым взглядом.       Точно, он бы не мог не заметить такое. И как он умудрился забыть, что этот наемник-то очень наблюдательный и проницательный?       –Проклятье… – только и выругался под нос Манди.       –Я заметил это с тех пор, как новый медик присоединился к синей команде и могу предположить, что этот медик и является причиной твоего поведения. Так что я начал следить за ним и обнаружил только то, что он презирает тебя.       Манди фыркнул и опустил голову, скрывая лицо шляпой. А сделал так, потому что не мог сдержать улыбки. Ведь это так очевидно и так прелестно со стороны Людвига.       –Но вот ты… – начал мужчина в маске и сделал короткую паузу, прежде чем продолжить, – Мне кажется, что ты впитываешь интерес к нему. И я бы сказал, что это что-то большее, чем просто интерес.       У Манди расширились глаза и он поднял голову. Лицо собеседника выражало неподдельный интерес и также довольство, как если бы разгадал загадку или же выиграл в споре. Он чуть прищурился, ожидая ответ, а стрелок не знал, что ответить, и, сглотнув, просто таращился на него. Однако молчание не длилось долго, и Шпион ответил вместо него.       –Судя по твоей реакции, это правда, не так ли?       Он до сих пор молчал, но теперь поморщившись, и отвел взгляд, скрестив руки. Но француз настаивал на его ответ.       –Ну же, это ведь правда, да? Ты ведь полюбил этого маленького медика?       Наконец, австралиец глубоко вздохнул и дал ему желанный ответ.       –Да, он мне нравится, и что с того?       Выражение лица Шпиона резко изменилось, он стал более тревожным, а брови сложились домиком. Этими действиями он явно показывал, что беспокоится, чем и ставил Манди в ступор.       –Я не собираюсь осуждать тебя, но ты же в курсе, что он твой враг?       Сердце Манди пропустило удар. Острый и болезненный удар. А ведь это факт. Они враги, они должны воевать друг с другом, это их работа и они не могут быть вместе, они не должны быть вместе. Это горькая правда, от чего он сжал кулаки и слегка прикусил губу.       –Да, я знаю... Но я ничего не могу поделать с моими чувствами. Они вероятнее всего будут взаимными только в моих мечтах, – он попытался посмеяться, но это вышло глупо и весьма печально.       Вдруг Шпион оживляется и предлагает ему то, о чем Манди в жизни не подумал бы.       –А что если мечта может воплотиться в реальность? – спросил он. Встав со стула, он подошел ближе к нему, – Я хочу помочь тебе. Я, скажем так, побуду вашим купидоном.       –Чего?! Ты… Но зачем?       –Тебя так редко можно видеть счастливым и на тебя таким приятно глазеть. Еще и ты мой друг, конечно же, я хочу тебе помочь, – улыбнулся Шпион нехарактерной ему улыбкой. Манди вздохнул и несколько секунд смотрел в пол, а потом задерживал взгляд на окне и уже после, взъерошив волосы на затылке, посмотрел на товарища.       –Ладно, делай что хочешь, – ответил он.       –Вот и славно! Кстати говоря, мне кажется, что у тебя может быть шанс, – произнес француз, вспомнив, как лицо Людвига покраснело, когда их снайпер близко наклонился к его лицу.       –Спасибо конечно, что утешаешь меня, приятель, но я так не думаю.       –Это ты-то так не думаешь, но вот я думаю.       Манди опять вздохнул, но возражать не стал. В итоге, Шпион остался доволен и направлялся к выходу, но напоследок обернулся к нему.       –Спокойной ночи.       –Ага, спокойной.

***

      Стрелок все чаще наблюдал за доктором и не стрелял в него. Убивал только тогда, когда тот сам приходил к нему в гнездо. Это значительно мешает победе красных, и они не раз проигрывали из-за него. Однако ругать его команда не стала, ведь понимала, как он был важен. Осознали они его важность только тогда, когда он однажды приболел.       А Шпион не перестал следить за Людвигом. Он хотел посмотреть, какой этот доктор в бою и что в нем такого особенного. Все, что он мог сказать о нем, это то, что он боевой медик, и еще он чуток агрессивный. Чем больше шпионил, тем больше начал замечать, что Людвиг все чаще подсматривает в сторону Манди, и он прикинул, что это возможно из-за того случая. Он искал любой намек на взаимные чувства стрелка и, кажется, все-таки этот намек мельком присутствует. Доктор смотрел на австралийца немного другими глазами, не как раньше – враждебными. А за весь матч трудно было не заметить, как он пытался долго не смотреть на него, но по наблюдениям Шпиона, у него это просто не получалось. Однако его попытки игнорировать Манди были, конечно, забавными.       Сам стрелок заметил, как Людвиг избегал его, и он не хотел этого. Он хочет, чтобы его глаза были постоянно устремлены на него, из-за чего ему вдруг приходит мысль. Манди оглянулся и внутри гнезда, и снаружи, прежде чем покинуть место стрельбы. Товарищи как раз подходили к центру арены, поэтому и он присоединился к ним. Красные только переглянулись то на него, то друг на друга и без слов рванули на бой.       На мосту в основном дрались сильные классы, а на дальней стороне рядом с сараем затаился вражеский снайпер. Манди пока не выходил на мост, хотел сперва устранить занозу в заднице. Примерно несколько минут длилась снайперская дуэль, которую начал красный снайпер, и победителем вышел он же сам, помахав вслед умершему клону. Теперь он мог направиться на центр моста, что и в принципе сделал. Стрелял в приближающих врагов с ближнего расстояния, одновременно выискивая среди них того, ради которого приперся сюда. Его пока не было видно, а враги все наступали, и Манди становилось труднее добивать врагов.       Наконец, со стороны базы синих пришел Людвиг, скорее всего с респауна и, увидев австралийца, ошарашенно застыл на месте, вскидывая брови вверх. А Манди так обрадовался ему, что улыбнулся во все зубы и помахал и ему. Тот лечил кого-то из своих, но стоило ему броситься на глаза этот паршивец, как тут же меняет свое оружие на шприц-пистолет и выпускает пару снарядов в стрелка. Ни один из них не попал в него, однако Людвиг теперь начал стрелять в других и сумел прикончить уже троих красных.       На поле битвы начался хаос, поэтому Манди пришлось укрыться за одним из ящиков и оттуда уже стрелять. Но из-за этого он потерял из виду немца. Всюду искал его глазами, но никак не мог найти. А следить надо было не перед собой, а за спиной. Он вздохнул и обернулся к врагу, который успел приставить лезвие к его горлу.       –Рад тебя видеть, – улыбнулся он, следя за тем, как выражение Людвига искривляется в гневе. Но ответа не последовало. Выглядело так, словно тот готов был в любой момент одним движением руки отправить его в респаун, вот только Манди заметил, как руки медика лишь сжимает рукоять пилы. Вместе с этим он заметил силуэт невидимого Шпиона, который пытался подкрасться сзади Людвига, вероятнее всего, чтобы спасти товарища.       Однако мысль того, что Людвига убьют прямо в сантиметре от него, его не устраивала, поэтому Манди замахнулся ногой по ногам француза. Шпион тут же потерял равновесие и грохнулся лицом об землю, чем и послужило снятию плаща. Как только он стал видимым, док напрягся и нацелился на него, ненадолго отпустив стрелка. Людвиг, закончив с ним, хотел теперь убить Манди, но над его головой пролетел Джереми и во время прыжка выстрелил в него.       Его все-таки убили в сантиметре от австралийца, из-за чего он бросил недовольный взгляд убегающему бегуну и проворчал под нос. Через несколько минут Джереми смог проникнуть и украсть из базы синих их данные, благодаря чему красная команда победила.       После матча Манди хотел пойти в свой фургон, но его останавливает Шпион.       –Эй, Манди! Что это еще было?       Стрелок решил проигнорировать его и молча направится туда, куда хотел. Но француз был упрям.       –Я, конечно, понимаю, что тебе нравится синий медик, но все равно это не повод подставлять мне ногу! – все никак не унимался он.       –Не волнуйся. За тебя твой сынок его добил, – усмехнулся Манди. Прежде чем возмутиться, Шпион быстренько оглянулся по сторонам, убеждаясь, что его “сына” не видно поблизости, и ускорил шаг, чтобы догнать быстро уходящего стрелка.       –Просил же не называть его так! Вдруг он услышит?       –Тогда хватить следить за Людвигом.       –Ох, да ладно тебе. Это ведь моя работа, – сказал он, закатывая глаза       –Ты просто пре-вос-ход-но выполняешь свою работу, следя только за ним, приятель! – фыркнул Манди, – И отстань уже, чего доперся ко мне аж до моего фургона?       –Я возмущен, потому что ты предал меня.       –Да не предавал я тебя. Просто постарайся в будущем не убивать его на моих глазах.       –Если не убить его самого, он убьет тебя.       –Это даже лучше.       –Ты просто невыносим, – выдохнул Шпион и развернулся к базе.       Манди также выдохнул от облегчения и прилег на кровать. Он не мог не заметить, как Людвиг не убил его сразу. С чего вдруг? Он ведь не упускает шанса прикончить стрелка и делает это почти мгновенно. Но в этот раз, он колебался.