Право на жизнь

— Хватит, — Дазай долго молчит, потупив взгляд на открывающейся перед ним обнаженное тело в черном кружеве.Осаму настоял затянуть портупею на голое тело, хорошо облегающую грудную клетку.Чуя прикрывает руками тело, сам старается стать ещё меньше поджимая к груди ноги, принимая вид некого клубочка. В тот день рыжеволосый чувствовал себя неуютно в своём наряде, но он хотел удивить напарника.Он даже нравился себе в отражение зеркала, только показываться ещё кому-то в таком образе — было неловко.Дазай сначало молчал — прямо как сейчас, а потом засмеялся так громко.Прерываясь говорил о том что в таком ввиде его ждут на трассе и предложил трахаться с пленными в комнате допроса, ввиде пытки. — Нет, Чуя, покажись мне, — Шатен тянет за запястье, вынуждает подняться и показаться вновь обнаженным.Дазаю всё видно прямо сейчас.А тогда он видел только заплаканные глаза и покрасневшие от позора и стыда щёки.Угловатое подростковое тело было соблазнительным, но нынешнее тело конопатого вызывает неприличные мысли.Аккуратное, прямая осанка которой по всей видимости далась нелегко сестрице Кое, в меру накаченные руки и впалый живот.Выпирающие ключицы так и вынуждали коснуться их губами и мазнуть по всей длине, тонкие лодышки тянули и умиляли ляшки которые точно способны уместиться в его двух ладонях. Миниатюрный. Рост и вес совершенно не изменились с его времён мафии.Только теперь Чую держать на руках приятно. Когда беспомощное тельце покорно находится в твоих руках и не пытается сопротивляться из-за сильных ранений.Рубашка и жилетка полностью пропитались кровью, ведь где-то ниже, в районе живота он напоролся при падении на торчащую с разваленого здания палку, которая вошла и вышла в тело в манере ножа.Боль вынуждает биться головой о всё, лишь бы потерять сознание и больше не испытывать адскую боль при одном дыхании.Но в его волосах узловатые пальцы детектива которые вынуждают прижиматься вспотевшим лбом к его шее и громко дышать, чтобы Дазай слышал что его ноша жива. — Никогда в жизни, — Чуя бьётся, без способности он не становится слабее.Рыжеволосый вынуждает отойти на пару шагов назад, к стене и придерживаться к поставленной дистанции.На правом левом боку белый большой квадратик марли держащийся на пластыре, закрывающий операционный шов.На теле достаточно ссадин намазанные зелёнкой, но от этого тело не выглядит в глазах Осаму уродливым.Он хочет любовно огладить каждый шрамик, попробовать на кончик языка каждую ранку. — Достаточно, я тебе уже отплатил, --Отплатил за это жалкое спасение от потери крови на железном штыке.Дазай не хочет отпускать такого Накахару, который так похож на того самого мальчика впервые показавшийся в таком откровенном ввиде ему в восемнадцать лет, а Чуе уже тогда было девятнадцать.Потратил подаренные деньги на это жалкое белье, лишь бы показаться красивым перед своим парнем.Он не мог даже предположить что на следующий день они превратятся в порваные тряпки соженные в пепел. — Но и пяти минут не прошло! — Чуя замолк.Словно Накахара принялся про себя считать оставшиеся четыре минуты. Дазай сам купил ему черную кружевную вещицу, самую дорогую по его зарплате, надеясь лишь на то чтобы она подошла по размеру.Подошла как будто на него сшили. Чуя садится на край постели с погрустневшим лицом.Раньше его любовь и правда была такой глупой и наивной.Он хотел просыпаться в объятиях Дазая и в них же засыпать.Хотел чувствовать поцелуи на шее и аккуратные поглаживания по голове.Хотел носить футболки на два размера больше, которые принадлежали его парню и готовить в них утром в турке кофе.Пытался разбудить собственничество, чтобы Дазай помечал, оставлял за собой багряные засосы и говорил грязные вещи если кто-то только попробует пустить на него слюну. В итоге на его теле не осталось не одного следа от поцелуя. Не было даже робкого поцелуя в губы.Накахара тянулся чтобы получить свой первый поцелуй.Но в итоге он остался девственным, хотя Чуя был уверен что Дазай не устоит и поцелует. — Чуя, позволь мне извинится, — Дазай делает шаги к осевшему на постель парню и видит как тот отрицательно мотает головой.Чуя не хочет почувствовать это унижение второй раз, — Моя очередь за тобой ухаживать, — Осаму садится перед ним на колени и кладёт свои ладони на ноги и аккуратно раздвигает в стороны, чтобы быть ближе к сокровенному.Накахара наблюдает как шатен оглаживает бедро кончиками пальцев и касается следом губами, вздрагивает.Дорожка поцелуев с коленной чашечки ведёт к кружевному белью.И Чуя мешает.Кладёт свою ладонь, прикрывается, не желая показывать своё естество. Дазай целует костяшки ладони и тычеться носом, без слов вынуждая убрать руку и открыться перед ним окончательно.Поверить на этот вечер. Ладонь оказывается в волосах шатена и Осаму касается губами черной ткани обнятнутой возле полуставшего члена.Чуе приятно. Контролировать процессом рыжеволосый не стремится, просто держит ладонь на голове, пока детектив тянет за резинку белья вниз и поглаживает пальцами орган, желая возбудить.У Дазая руки большие, точно на фалангу пальцы будут длиннее, если сравнивать с руками Чуи.Обхватывая уже рукой член, Чуя замечает как его член полностью пропадает в ладони и стоит Осаму толкнуться вниз, выглядывает раскрасневшаяся головка и вновь пропадает.Накахара лишь в процессе иногда подмыкивает, но Дазай хочет услышать большее.Прикусывает кончик языка чтобы приблизиться к головке, он чувствует в волосах пальцы Накахары, которые не позволяют взять член в рот. — Это же противно, — Пауза.Чуя никогда не делал минет и ему никогда его не делали.В подростковое время рыжеволосый всегда прижимался щекой слишком близко к паху Дазая, таким образом подталкивая на какие-либо действия, но его голову только с раздражением сталкивали с колен. — Грязно, — Добавляет Чуя, чувствуя как пальцы Осаму начали массировать нежную кожу машонки, вынуждая ослабить хватку на волосах. — Это не так, — Дазай оттягивает тонкую кожицу, обхватывая губами открытую головку, и ловит удивлённый стон сверху.Обводит шершавым языком по кругу и вбирает глубже. Чуя невольно сдвигает бёдра обратно, таким образом сжимая между ног Осаму, вынуждая остановиться или не останавливаться и продолжать.Детектив же придерживает ноги, впиваясь пальцами в колено.Возможно помимо засосов, там останутся синяки от пальцев. Влажно и тепло, оказаться во рту Дазая было приятно.Постепенно набранный темп заставлял сжимать в руках простыни до побеления костяшек которые разбиты из-за последнего задания, где пришлось стянуть перчатки.Слюна стекает между яичек и это щекотно.Чуя тяжело дышит и стонет когда Осаму насаживается особенно глубоко.Кончиком языка шатен толкается в уздечку и чувствует что Чуя скоро кончит. Дрочка раньше казалась чем-то отвратительным.Когда утром тянет внизу живота и тебе надо провозиться со утренним стояком в ванной дольше чем за чисткой зубов.А когда опаздываешь? Холодный душ.Желать разрядки хотелось сразу же, как только дотронешься.Теперь разрядку хотелось оттянуть, пока всё тело обволакивает приятное тепло, а шершавый язык ласкает головку. — Дазай, — Чуя оттягивает кудрявые волосы назад, ведь он на грани чтобы кончить, а Дазай продолжает настойчиво насаживаться головой, пока в горло не выстрелило семя, которое постепенно заполняло густой, белисой жидкостью. Накахара краснеет.Тело подрагивает от оргазма, пока Осаму прикрывает рот чтобы сперма стекла в ладонь. — Прости, я не хотел, правда, — Наверное отвратительно когда тебе кончают в рот? Накахара приподнимается чтобы найти салфетки, пока на его ноги не надавливают рукой, вынуждая сесть обратно. — У меня просто нет смазки, — Так бы он проглотил всё до единой капли, что попала ему в рот, по крайней мере некоторую часть из-за неожиданности он глотнул. — Ты вкусный, не волнуйся о этом, — Чуя ни капли не солёный, имеет даже какое-то послевкусие, как вино. Дазай стягивает с ног парня болтающиеся белье и мазнув ладонью по ложбинке, размазывает жидкость из слюны и семяни.Накахара тяжело вздыхает, облокотившись на спину, при этом продолжая наблюдать за детективом, облокотившись на локтях.Палец аккуратно касается сжатого колечка мышц и поглаживает по кругу, вынуждая опасливаясь сжиматься и разжиматься.Дазай входит одной фалангой и тут же выходит и повторяет, чтобы проход не сжимался сильнее. Когда один палец полностью оказался в рыжеволосом, Осаму аккуратно наклонился к своей руке под внимательный взгляд Чуи.Язык Дазая коснулся напряжённых мышц, вынуждая повелителя гравитации опрокинуть голову в громком стоне.Язык толкается внутрь и Осаму продолжает двигать рукой назад-вперед, постепенно растягивая.Второй палец успешно присоединяется к указательному, пока Чуя не начинает избегать его рук.Накахара от впервые испытываемого удовольствия, и переизбытка эмоции пытается сделать передышку.Отползает, толкаясь в постель ногами.Дазай останавливается, только для того чтобы переместится с пола на постель. Чуя видит как у Осаму топорщатся штаны и пытается держать себя в руках, при мысли что он здесь один получает удовольствие и ласку. Парень подтягивает поближе к себе за ноги парня и придерживает за бока, вновь утыкаясь губами в колечко мышц.Пускает слюну внутрь и проталкивает языком, чувствуя как Чуя пульсирует под губами. — Ты меня уже всего вылизал