In The End

— Я это ты. Только с другой стороны, — он ухмыльнулся. — Неправда. — Тогда что правда, Энди? Я смотрел в глаза Эшли, но вдруг они изменились, и это уже не был мой погибший друг. Мама… — Я вырвал твое сердце. Тебя нет. — Но я здесь, — неизвестное существо сделало несколько шагов вперед. Я выставил руку, — не смей подходить ко мне. — Брось, Энди. Я же твоя мама… — Ты не моя мать! Улыбка женщины исчезла, ее лицо исказилось в злобной гримасе. Она стала наступать, сжав кулаки. — Ты всегда был плохим, гадким и непослушным сыном! Невольно я стал отступать, но рухнул на пол от появившегося из ниоткуда камня и продолжил отползать от нее. Препятствия появлялись сами собой. Камень, ворон, разодравший мне предплечье, острая ветка, куски стекла, вонзившееся в руку. Я взвыл, поднимая ее на уровень лица, из ладони сочилась кровь. — Мне стыдно, что ты мой сын! Энди, ты не достоин такой силы! Я посмотрел на разъяренную женщину, — я ее и не хотел! Монстр выпрямился, на секунду замолкая. Тишина ужасно проехалась по моим ушам. Я слышал биение собственного сердца. — В таком случае, от нее же ты и умрешь. Я распахнул глаза, которые почувствовали ужасную боль от очередного удара света. Надо мной нависало много людей, которые выдохнули сразу после того, как им удалось привести меня в чувства. Я оглядел людей в медицинской форме. Что это только что было, это была та самая грань между жизнью и смертью? — Живой, парень, — врач слегка похлопал меня по плечу и ссутулился, позволяя себе расслабиться, — живой. — Нет, нет, к нему пока нельзя, — невысокого роста медсестра выпихивала из палаты парней, — приходите завтра, а сейчас ему нужен покой! Когда я остался совершенно один, стало невыносимо тихо. Взгляд устремлен в потолок, никакого движения. У меня не было сил что-либо пытаться сделать. Я, черт возьми, слабак. Слабак, которого Тьма разорвет изнутри. С трудом сглотнул ком и сделал глубокий вдох. — Ты не сможешь меня убить, — я закрыл глаза, — ты не сможешь. Меня убить. Не сможешь. В углу палаты появился… я. Скалился, держал руки в карманах, очень расслабленный и спокойный. Это был тот, кем я никогда не являлся. Он сделал шаг ко мне. — Что ты такое? — я поднялся на кровати, прижимаясь к изголовью. Существо усмехнулось и посмотрело на испуганного меня точно такими же глазами, только более жестокими. — Я это ты. — Нет, — я вздрогнул. Этот взгляд пронзал до костей. Откуда в них такая жестокость? Он был похож на меня так сильно, что я сам не смог найти отличий. Может, я просто сошел с ума? — Нет, — он сел на стул, закидывая ногу на ногу. — Что «нет»? — Ты не сошел с ума, хотя… — Исчезни! — я швырнул в него первым, что попалось мне под руку. Он ловко поймал предмет и покрутил в руке. — Айфон, последняя модель, не жалко таким разбрасываться? Я сглотнул, пытаясь успокоиться, отвел взгляд, но снова вернул его на себя, — Тебя нет. — Возможно, — он поднялся с места, — а, может, это тебя нет? Я смотрел в его глаза, пытаясь понять, что он имеет в виду. Глаза забегали по помещению в поисках ответа, которого не найти. — Ты никогда не был мной. И никогда не будешь. Я поднялся с кровати, сжимая зубы, заставляя себя держаться на ногах уверенно, а не трясясь, словно осиновый лист. Нужно было заставить себя стать сильнее. Нужно было заставлять себя не сдаваться. — Ты, — я протянул руку к чудовищу, — не сравнишься со мной. Ты. Никогда не станешь мне ровней. Он ухмыльнулся, изменил свое восседающее на стуле положение и поднялся, делая несколько уверенных шагов ко мне. Я выпрямил спину и сжал кулаки, готовый к удару. Или что может выдать эта Тень? — И почему же ты так уверен в своей победе? Дорогой Ди. — Ты всего лишь стоишь за моей спиной. Или смотришь на меня впереди. Но учти, — я схватил его за ворот и толкнул к стене, — Я сильнее всех вас! Тьма повержена, а вы. Ее отпрыски. И такие же жалкие, как и моя матушка перед смертью. Я усмехнулся и отпустил самого себя. Он посмотрел в глаза и оскалился ужасно дико, будто зверь необитаемого острова увидел добычу, плывущую к берегу, прямо в его лапы с ожидающими плоти когтями. — Может быть, — Тень сделала шаг от стены, — может быть. — Проваливай, — прорычал я и сжал зубы, сдерживая порывы вступить в бой. Нельзя допустить драки. Может быть я не сломлен, но мое тело все еще слабо. Существо прошагало к окну и, обернувшись у рамы, испарилось в воздухе, с оставленным после себя серым дымом. Я выдохнул. Неужели я сошел с ума? Шизофрения? Нет… Тогда все было бы иначе. Хотя откуда я знаю… Парни приехали ко мне ранним утром, хватая сумку с вещами. Я сидел в машине тихо, не встревал в разговоры, лишь слушал и молча кивал им в ответ, делая вид, что участвую в их беседе. Они были рады тому, что я в принципе остался живой, врачи сделали все возможное, за что стоит отдать должное. Каждому за все. Какой бы хорошей моя страховка ни была, она не смогла бы спасти меня от разорения. Чертова медицина. — Энди, — Кома повернулся ко мне и положил руку на плечо, чтобы немного тряхнуть, — ты в порядке? — Да. Конечно, соврал. Конечно, я не в порядке. Но толку от того, что я скажу им правду? Лишнее волнение. Никому не нужно знать, что произошло в больнице. Тем более им нельзя говорить об Эшли. Или о том, кто скрывался за его обличием. Но кто же это был… — Энди. Я посмотрел на Джейка и провалился в его глаза, впившиеся в меня когтями. Выпытывал информацию из простого взгляда? Не так просто. Контроль над эмоциями стал неотъемлемой частью моей жизни. Обучение этому началось с того момента, когда группа поднялась на вершину. Когда черный дым стекал по руке, и как жидкий азот наполнял всю гримерку. Когда я чуть не убил девушку в своей постели. Когда… В какой же момент все, чем я жил, пошло под откос? Воспоминания обхватили меня за плечи, прижали к себе спиной и зашептали на ухо о прошлых временах. К сожалению, их пришлось отпустить и жить дальше. Но они не ушли так просто, не испарились в воздухе, подобно пару, возникающему при столкновении температур. Я чувствовал, как их дым оседает в легких, мешая свободному выполнению своих функций. Словно новая порция никотина наполняла дыхательный орган и ждала момента, когда он больше не сможет выдерживать такого количества и сдастся, в один из дней просто прекращая работу. Страх хватал меня за шею и бил головой о стену с острыми шипами проблем и переживаний. В какой же момент жизнь разделилась на до и после? Разделилась на обычную судьбу солиста известной группы, которого ждали только туры и популярность, любовь слушателей и ненависть антифанатов, и неизвестного существа, сына Тьмы, зла, способного разрушить судьбы миллионов простым щелчком?