The truce

Он шёл по лестнице Хогвартса, сонный и ужасно не выспавшийся, направляясь на обед. Завтрак Гарри проспал. Вчера до полуночи весь гриффиндорский состав отмечал день рождения Гермионы. Близнецам Уизли удалось протащить огневиски в гостиную. Пили почти все. Даже Гарри. Слева от него суетилась Гермиона, пытавшись наспех собрать волосы. Справа — Рон, который качался из стороны в сторону, словно сбежавший из магловской психушки. За столом гриффиндора отсутствовала половина учеников. Причина та же — вечеринка и огневиски. Гарри поздно заметил суматоху в зале. Гермиона слегка ткнула его в бок. Он в замешательстве повернулся в её сторону. Грейнджер указала на одну из статей «Пророка», слегка взволнованная. «Замечен человек, подозреваемый в главе над Пожирателями Смерти. Министр магии упрямо утверждает, что им не является Волан-де-морт. Однако министры с других стран, кои сотрудничают с Британией, утверждают обратное. Все вопросы Корнелиус Фадж игнорировал». К тексту было прикреплено фото. Гарри оцепенел. Не просто замер — он почувствовал сковывающие и смешанные между собой дежавю, страх, замешательство и много чего ещё. На фото был высокий человек в чёрной мантии, взгляд его направлен прямо на читателей газеты, будто он их видел сквозь бумагу. Лицо он это узнает из тысячи благодаря второму курсу. Том, мать вашу, Реддл. Это был не тот, кого он видел на кладбище и во снах, нет. Но это определенно был Волан-де-морт, пусть и в другом обличье. Гарри резко вздохнул и закашлял, Гермиона слегка обеспокоенно похлопала его по спине, думая, что он подавился. Рон заинтересованно прервал беседу с Симусом и повернулся к ним. Посмотрел сначала на газету, потом на неспокойную Гермиону, следом на встревоженного Гарри. Рон нахмурился и взял газету из рук Гермионы, пока он читал, кожа его становилась всё бледней и бледней. Вся тройка молчала. Все поняли, что это не простой человек по реакции Гарри. Через минуту на него посыпались один вопрос за другим. — Это ведь ОН, да, Гарри? Ты ведь это понял? Ты видел его тогда, в тайной комнате, когда он еще был студентом, ты же... — Гермиону остановить уже было невозможно. Но эти вопросы вдруг показались ему настолько невыносимыми, что он раздраженно зажмурился и потёр виски. Голова трещала от количества огневиски, которое он выпил вчера, а теперь раскалывается от мучительных расспросов. Наконец появилось молчание, которое так жаждал Гарри. Он открыл глаза и обернулся на учительский стол. Дамблдора как всегда не было. Гарри снова глубоко вздохнул и многозначительно посмотрел на друзей. — Я не хочу слышать больше никакие вопросы, но могу вам точно сказать: да, это Волан-де... Рон, перестань дёргаться! Да, это Волан-де-морт, — он сказал его имя тихо, что бы никто, кроме них не услышал и не начал задавать вопросы. Или что бы никто не посчитал его снова сумасшедшим. Рон обиженно посмотрел на Гарри, да и Гермиона тоже была огорчена, хоть и пыталась показать всем своим видом понимание. Гарри еще раз посмотрел на лицо Реддла. Выглядел он... адекватнее того безумца на кладбище или в подземных комнатах на затылке Квирелла. Если тщательно подумать, то жив Гарри до сих пор из-за безумия Волан-де-морта, который растерял способность правильно мыслить. Но если сейчас он как то восстановил свой разум и стал адекватнее, то это не сулит ничего хорошего. Шансов выжить в войне с адекватным Волан-де-мортом становится меньше. Кажется, Гермиона поняла, о чем он думает. Гарри резко выдохнул и вышел из за стола, дёрганно направляясь обратно в спальню. Слава Мерлину, сегодня суббота и он сможет еще немного поспать. По пути в башню Гриффиндора Гарри встретил Полумну Лавгуд. Чудаковатая особа, блистающая немного магловской шизофренией. Впрочем, она нравилась Гарри как подруга несмотря на все её особенности. — Привет, — остановилась Полумна, как только заметила его. Поприветствовала снова так воздушно, будто... будто находилась совсем в другом измерении, будто её ничто не волновало. Но она и не выглядела бездушной или безразличной. — Привет, — дружелюбно улыбнулся Гарри. После этого последовала тишина. Что бы загладить неловкость, он по банальному спросил: — Как ты? — Как всегда, Гарри. Но это неважно. Скажи мне, как чувствуешь себя ты? Возле тебя летают много мозгошмыгов, ты выглядишь напряжённо, — Полумне никогда не было плевать на окружение, всё её беспокойство искреннее, Гарри это знал. — Это все Том, да? — С ней вдруг стало так спокойно. Казалось, она знает больше, чем остальные, будто понимает его больше остальных. Гарри облегчённо и медленно выдохнул и слегка кивнул. Он мог ей довериться. Полумна понимающе и задорно улыбнулась, а следом резко сменила тему: — Добро очень хрупкое, пока оно не защищено злом, — не дожидаясь того, пока до Гарри дойдёт смысл её слов, она лихо ускользнула вдаль, весело подпрыгивая. «— Ещё одна загадка, черт! Как они надоели уже, почему никто не может говорить прямо?!» — слегка сжал руки в кулаки Гарри. Он глубоко вздохнул, задержал дыхание на пять секунд и резко выдохнул. Поскорее бы уже добраться до спальни.

***

Гарри упал лицом вниз на кровать и пролежал так еще минуты три. После той статьи на него начала давить угнетающая атмосфера. Ему и вправду стало не по себе от того, что Волан-де-морт возможно вернул себе разум. Его глаза, конечно, всё так же выглядели безумно на фото, но уже слишком... осмысленно. С того кладбища, например, Гарри вернулся живым из-за собственной глупости Волан-де-морта. Мальчик перевернулся на спину и уже в который раз тяжело вздохнул. Голова ужасно болела. Гарри перевёл взгляд на открывшуюся дверь. В проёме появился Рон. Поттер поднялся на локтях, вопросительно глядя на друга. — Эй, дружище, мы сейчас собираемся в Хогсмид, ты обязан пойти с нами! Гарри страдальчески потёр лицо. — Вы что, издеваетесь надо мной сегодня? — недовольно проворчал Гарри, однако встал с кровати. — Да ладно тебе, перестань бурчать как Филч! — Друг подошёл к Поттеру и ободряюще похлопал его по плечу. Гарри стало немного лучше.

***

Гуляя по Хогсмиду, троица беседовала о всяких неважных пустяках, пытаясь забыть утро (точнее — обед), что наслало на всех мрачное настроение. Они направились в бар «Три метлы». Пока Рон и Гермиона заказывали сливочное пиво, Гарри занял им столик. Нечто заставило его повернуть голову назад. За соседним столиком сидели мужчина и женщина, что то напряженно обсуждая. Было ясно, что они навели вокруг себя заглушающее заклинание. Мужчина был до ужаса знакомый, хотя Гарри уверен, что не видел его где то раньше. Одет просто, как все волшебники. По происхождению похож на француза. Внезапно они закончили свою беседу и мужчина посмотрел прямо на него, на Гарри. Взгляды их встретились. Француз смотрел изучающе и задорно, словно забавляясь чем то, положив голову на левую руку. Гарри же смотрел хмуро и настороженно. Женщина тоже изучающе глянула на него. — Ух, Гарри, Рон заказал тебе и себе сливочное пиво, а я решила попробовать что-то новенькое... называется вроде как... Горная вода, — запыхавшийся голос Гермионы заставил повернуть голову в их сторону. Его подруга пыталась выглядеть веселой, хотя у неё это не особо получалось. — Дашь мне попробовать? — Нагло спросил Рон. Гермиона вдруг вспыхнула и шуточно начала: — Рональд Уизли, как вы... — дальше Гарри не слушал, снова обернувшись. За тем столиком уже никого не было. Они ушли.