The Curious, Chaotic Case of Coffee, Crying, and Chemical X

Все, что Донни хотел, это немного тишины и покоя. После дня, когда он отбивался от последних головорезов Визиозо, тренировался со Сплинтером и не смог отговорить себя от помощи в уборке после импровизированной драки Рафа и Кейси за едой, он просто хотел вернуться в свою лабораторию, решить некоторые уравнения и, возможно, начать еще одну партию лекарства для Караи. Последнее вызывало больше беспокойства, чем успокаивало, постоянная угроза подвести не только Караи, не только его братьев, но и Сплинтера, а также… не самые лучшие условия работы. Но это должно было быть сделано, и чем больше времени ему требовалось, тем больше стресса и напора становилось от всех. Тем не менее, он хотел чего-то легкого, чего-то простого, чего-то, что он мог бы сделать без постоянно маячащей возможности потерпеть неудачу. Это было идеальное время для работы; достаточно поздно, чтобы у него не было реальных обязанностей, о которых нужно было бы заботиться, но все же достаточно рано, чтобы, наконец, наверстать хотя бы несколько из многих-многих часов сна, которые он пропустил за последнюю неделю, как только он снял стресс и восстановился. Или, может быть, прошел месяц с тех пор, как он не спал всю ночь? ...год? Донни вздохнул, наливая наконец готовый кофе в свою кружку(которая, как он все еще удивлялся, пережила три долгих года в убежище с одним лишь сколом на краешке). Он взглянул на шкафы, размышляя, хочет ли он использовать последний сахар или сливки, прежде чем отказаться от этого. Эйприл(а иногда и Кейси) была их основным источником свежей еды и припасов, и Донни не хотел растрачивать эту щедрость на то, что он вполне мог пить просто так. Майки, вероятно, уже собирался использовать сахар на завтрак, а разочарование Майки никогда не было хорошим знаком. Взяв с собой кружку, керамику, согревающую руки и соблазняющую просто свернуться калачиком перед обогревателем, может быть, с одеялом и книгой, он направился к своей лаборатории. Какой бы хорошей ни казалась идея лечь пораньше и просто ничего не делать, он знал, что слишком взвинчен, чтобы сидеть на месте, не отвлекаясь — отвлечение, которое даже книга не могла дать ему прямо сейчас. Ему нужно было напрячься, что-то решить, поработать. Несмотря на это, усталость поселилась глубоко в его костях. Возможно, если бы он действительно постарался, то смог бы найти достаточно веский предлог, чтобы пропустить утреннюю тренировку… Нет, наверное, нет. В мире не было оправдания, которое он мог бы дать Сплинтеру, которое бы подошло, и не вызывало массовой паники, если он скажет, что умирает, или в массовой депрессии, если он упомянёт Караи. Но, с другой стороны… Он не собирался использовать потребность в лекарстве Караи, чтобы уклониться от тренировок или патрулей, но он не мог сказать, что не думал об этом. На самом деле он никогда бы этого не сделал, но он устал, и в этот момент он был уверен, что, вероятно, просто потеряет сознание от малейшего ветерка, так что, возможно, он немного отчаялся. Честно говоря, боль в его глазах, какой бы незначительной она ни была, становилась слишком привычной для успокоения. Он зашел бы так далеко, чтобы сказать, что при таких темпах это может стать постоянным. Он сделал глоток кофе — и это была еще одна причина, по которой Эйприл была светом в его жизни, она познакомила его с кофе, хотя сама мало его пила — он толкнул дверь в свою лабораторию. И… Из всех вещей, которые он хотел бы видеть в своей лаборатории — свое убежище, свое безопасное место, чтобы создавать и взрывать вещи по своему желанию — он не был в начале списка. Однако нельзя сказать, что он был в конце упомянутого списка. На самом деле, это была просто неудачная золотая середина. Нежелательный, очень нежелательный, и все вокруг было чем-то, что Донни должен был учитывать. Он чувствовал боль в голове. О, ему определенно понадобится еще кофе. — Майки, — вздохнул он, потому что как бы ему не хотелось кричать, это никогда не помогало. Кроме того, он слишком устал, чтобы сейчас как следует разозлиться, — Почему ты в моей лаборатории? Я думал, что сказал тебе не оставаться здесь без присмотра? Голова Майки резко поднялась с того места, где он сгорбился над самым дальнем от двери столом. Он быстро повернулся, застенчиво ухмыляясь и пряча что-то за спиной. Донни подавил еще один вздох — действительно, если бы у него было пять центов за каждый вздох только за последние три часа, он, вероятно, был бы близок к тому, чтобы купить себе пиццерию. Если ему повезло, Майки разбил мензурку. Если нет, то, вероятно, произошла утечка кислоты, или Майки случайно мутировал енота, или был на полпути к тому, чтобы по незнанию сделать какую-то взрывчатку, или ядовитый газ, или… На этот раз Донни действительно вздохнул, потирая глаза одной рукой и поднося кружку к губам другой. К счастью, кофе был еще горячим — достаточно прохладным, чтобы не обжечь язык, когда он проглотил примерно половину оставшегося напитка. Горький, божественный вкус остался на его языке, и он воспользовался моментом, чтобы насладиться им, а затем поблагодарить свое прошлое «я» за то, что оставил его без изменений, прежде чем отправиться туда, где стоял Майки. Если бы он уже не подозревал, что что-то не так, молчание Майки выдало бы его. — Ладно, — сказал Донни, уже сожалея о своем решении быть вежливым вместо того, чтобы просто прогнать Майки и приступить к работе. — Покажите мне. — Ч-что? — спросил Майки, издав короткий тревожный смешок. — Там не на что смотреть! Так что можете просто пойти туда, — он указал на лабораторию, — а я уйду — ничего с собой не взяв! Донни просто смотрел. Майки посмотрел в ответ, выдав свою лучшую улыбку. — Ты… ты пытаешься попасться? — спросил Донни после нескольких мгновений напряженного неловкого молчания. — Или ты еще больший лжец, чем я думал? Майки поколебался, прежде чем нерешительно пожать плечами. — Не знаю. Звучит как настоящая головная боль. Эй! Ты можешь решить это, и… — Майкл, — вздохнул Донни(ему действительно нужно было над этим поработать), и Майки захлопнул рот при этом имени. Донни использовал его только тогда, когда он серьезно переходил черту, так что, возможно, делать это здесь было немного грубо, но он просто хотел поскорее покончить с этим, — Просто скажи мне, что ты здесь делал, и тогда мы оба можем просто продолжить наш день. — Ничего страшного, — пробормотал Майки, но отошел в сторону, предоставив Донни полный обзор стола. И… — Ты опять смешиваешь химикаты ? — рявкнул Донни, и… и на самом деле он не собирался этого делать. Это не было неожиданностью, на самом деле, но это было разочарованием. — Мне казалось, я ясно дал понять , что ты не должен их трогать. В прошлый раз… — Я знаю! — Майки прервал его, и это было так на него не похоже, что Донни поймал себя на том, что замолчал. — Я знаю, я действительно, действительно запутался. Это было, к сожалению, почти преуменьшение. — Ты сжег мою этановую кислоту, этанол и разбил пять мензурок, — начал Донни, и Майки поморщился. Прежде чем он успел даже подумать о том, чтобы защитить себя, Донни продолжил, ставя свою кружку с излишним усилием. Потому что это было не самое худшее. Даже не близко. — Ты позволил Мороженому Китти помочь, что загрязнило несколько моих экспериментов генетически нестабильным мороженым, и как будто этого было недостаточно… — Донни остановился, заставив себя сделать глубокий вдох. Крик не поможет. Это только усугубит ситуацию. — Ты использовал последний мой мутаген, который очень трудно найти в наши дни, а потом чуть не съел его! Майки отшатнулся, на мгновение глядя в землю, прежде чем, казалось, взял себя в руки. Он поднял голову и встретился взглядом с Донни. — Но я этого не сделал. Он был прямо рядом с моим напитком, и да, я почти выпил его, но не стал! — Майки, это совсем другая проблема, — сказал Донни. — Ты не сосредоточен, ты оставляешь свою еду повсюду — она уже попадала в мои вещи раньше; посмотри на Мороженое Китти. И если это не еда попадет в химикаты, химикаты попадут в еду. Это нарушение правил техники безопасности! Майки нахмурился, приподняв бровь и кивнув на чашку кофе на столе. Донни остановился. — Это… — он замолчал, слегка запинаясь, пытаясь не обращать внимания на тот факт, что Майки удалось обернуть его аргументы против него. — Я не собирался заниматься никакой химической работой. Только уравнения, может быть, построение. Это другое дело. — Это формальность, — сказал Майки. — И это удивительно громкое слово! — отрезал Донни. — Ты уверен, что знаешь, что это значит? — Да! Майки огрызнулся, но помедлил. — ...может быть. Донни подавил стон. — Ну, по крайней мере, ты использовал его правильно. Теперь, просто, давайте посмотрим, с чем мы здесь имеем дело. Он подошел к столу, наполовину полный стакан гордо стоял в центре, окруженный маленькими пузырьками с различными химикатами и небольшими порциями еды. Конечно. Майки замолчал, глядя в землю, пока Донни осматривал беспорядок. Часть Донни хотела извиниться — вся эта ситуация вышла из-под контроля — но также… это было важно. Это была элементарная безопасность и прямое, целенаправленное игнорирование правил, которые Донни установил, чтобы обеспечить безопасность своих братьев. Его лаборатория была опасна, если ты не знал, что делаешь. Черт, даже когда ты знал, иногда. У Рафа и Лео хватило ума не пойти против правил(когда они вспоминали, что это место вообще существует), но Майки никогда не переставал нарушать их — хотя и редко нарушал. На этот раз он это сделал. Это было нехорошо, но Донни точно не хотел, чтобы Майки чувствовал себя плохо. Ему просто нужно было, чтобы он понял, что то, что он делает, было неправильным. — Послушай, Майки, — начал он, — я не злюсь. Я… разочарован… — Ты знаешь, что это еще хуже, — вмешался Майки, все еще глядя в пол. Донни кивнул в знак согласия. Там они были на одной волне. — Я установил эти правила, чтобы обезопасить всех, — продолжил он, несмотря ни на что. — И ты всегда сопротивляешься им. Ты видишь в этом проблему, верно? Майки пожал плечами, а Донни вздохнул. — Можете ли ты хотя бы сказать мне, почему лы решил сегодня проникнуть сюда и возиться с химикатами? Майки ничего не ответил, сгорбившись и слегка сжавшись. Разочарование подступило к горлу Донни, горячее и горькое, но он проглотил любой комментарий. Отлично. Если Майки не хотел говорить, то ему и не нужно было. Донни просто начал перебирать химикаты, отмечая каждое использованное — просто на всякий случай, но ему также нужно было убедиться, что то, что сделал Майки, не будет опасным. Он наполовину ожидал, что Майки ускользнет, ​​чтобы избежать любого шанса, что Донни может взорваться(чего он не хотел делать прямо сейчас, но это была неудачная возможность), или чтобы не убирать за собой. Но вопреки тому, что думал Донни, Майки не ушел. Он просто смотрел, уставившись на стол и свой незаконченный проект, и… Два документа привлекли внимание Донни. Один он сразу узнал. Ведь это он написал. Это была простая формула, старый рецепт, который он уже давно усовершенствовал. Это было просто — пятновыводитель, который не повредит одежду и не обесцветит ее. Он лежал на столе, а не на том месте, где он его хранил. Донни нахмурился, затем переключил внимание на другую бумагу. Он мог слышать, как Майки пинает землю позади него, хотя почему это было загадкой. Беспокойство, нетерпение, беспокойство… все было возможно. Вторая бумага была… копией. Хотя, не совсем так. Список был тот же, шаги были те же, но количество каждого ингредиента было немного изменено. Что-то неприятно свернулось в животе Донни. Даже незначительное изменение или ошибка в химической формуле могли закончиться катастрофой, а Майки только что… копировал рецепт отбеливателя…? — Майки? — спросил он, в замешательстве нахмурив брови. — Почему, вообще говоря, ты пытался сделать это? И, кстати, зачем это менять? — Я… — Майки остановился, снова ударив ногой по земле. Донни, наконец, полностью повернулся к нему лицом, Майки не смотрел ему в глаза. — …Я хотел посмотреть, смогу ли я. — Но почему? — спросил Донни. — А зачем менять? — Потому что! — наконец воскликнул Майки, как будто это был реальный ответ. — Потому что я знал, что есть шанс, что я все испорчу, поэтому я… я выбрал что-то, что звучало довольно безопасно, и я пытался убедиться, что даже если я напортачу, это все равно будет работать! Донни колебался. Майки казался… расстроенным. Это было не очень обычное зрелище. Раздраженный, может быть, раздраженный точно. Но расстроен? Злой? Здесь было что-то важное, что-то, чего не хватало Донни. — Это не объясняет, почему ты это сделал, — сказал Донни. Майки открыл рот, но остановился. — …Это… это ничего, — сказал он, снова немного прячась в своей раковине. Донни нахмурился. — Если тебя это беспокоит, — начал он, — то ничего страшного. И после этой… ситуации мне было бы лучше знать, что именно ты считаешь достаточно веской причиной для всего этого. На мгновение воцарилась тишина, которая длилась достаточно долго, чтобы Донни почувствовал, как напряжение в комнате нарастает и угрожает сломать все вокруг него, прежде чем Майки наконец заговорил; — Мне нужно… — он остановился, сглотнул и попытался снова. — Мне нужно... чтобы иметь возможность сделать это. Все эти... научные штучки, боевые действия и планы. Но я не могу. Так что я... я пытался изучить это с помощью ваших заметок, и если это все еще работало, если я напортачил, тогда, может быть, это сработает, когда... если ты... Он замолчал, глядя в пол. Донни не знал, что сказать. Это было ненормально; Майки всегда отличался высокой энергией и яркой улыбкой. Он не был... этим. Неуверенный, тревожный, пессимистичный. Может быть, Донни просто пропустил это, пропустил все возможные признаки, указывающие на это скрытое беспокойство, но даже это было трудно сказать, когда он не мог понять, к чему было это беспокойство . — Что ты имеешь в виду? — медленно спросил Донни. Майки лишь пожал плечами, не глядя ему в глаза. — Майки, ты… я не понимаю , о чем ты говоришь, но ты не обязан этим заниматься. «Научные штучки», как ты выразился, — это мое. Не имеет значения можешь ты делать это или нет. И это даже не коснулось других вещей. Борьба? Планирование? Они уже были опытными ниндзя — чего еще Майки мог желать? Однако его брат только покачал головой, и безмолвные вопросы Донни остались без ответа. Однако он приближался к чему-то, он чувствовал это. Он просто понятия не имел, что это такое. — Правда, — продолжил Донни, потому что не знал, что еще сказать. — Я разобрался с этим, и ты уже хороший боец. Тебе не нужно… — Нужно, — прошептал Майки, так тихо, что Донни был наполовину уверен, что он придумал эти слова. Как бы то ни было, они просто оставили его еще более запутанным. Здесь что-то было, что-то ясное и важное, но Донни не мог этого найти. Он потерял равновесие, спотыкаясь между намеками, которые Майки оставлял ему для расшифровки. — Тогда о чём ты? — спросил Донни. — Потому я не понимаю. Майки на мгновение заерзал, позволив тишине снова давить на них, прежде чем вздохнуть, звук был слегка натянутым. Это звучало почти так, как будто Майки пытался не заплакать. Легкие Донни сжались. Всегда было трудно видеть одного из его братьев таким. — Тебя… может и не быть, — наконец выдавил из себя Майки слова, каждое из которых было хрупким, как стекло. — А если тебя нет, то кто-то должен... — Эй, эй, — сказал Донни, делая шаг вперед, чтобы положить руку на плечо Майки. — Все в порядке. Что... что ты имеешь в виду, говоря, что меня здесь может не быть? Где еще я могу быть? Майки покачал головой, и Донни почувствовал, как дрожит его плечо. — Ты… ты просто иногда не такой. Как в случае с осой — ты заразился, и мне пришлось это исправлять, и я чуть не напортачил! Вы ребята были правы, я мог все испортить — я почти сделал. Я чуть не сделал еще хуже! Но это просто... это продолжается. И всякий раз, когда ты не сможешь этого сделать, я должен, но я не так хорош в этом, как ты! И если я все испорчу, когда всем буду нужен, тогда- Он замолчал, снова качая головой. Донни открыл рот, не совсем уверенный, что сказать, но уверенный, что должен что-то сказать, но Майки снова заговорил. — И… и Раф продолжает уходить, так что я должен быть в состоянии сражаться достаточно хорошо, чтобы наверстать упущенное, — продолжил он, дико размахивая руками. Донни отступил назад, чтобы избежать удара по лицу — хотя он знал, что Майки не сделает этого нарочно, он также знал, что есть большая вероятность, что он сделает это случайно. — А Лео почти… чуть не умер раньше, и мы просто… никто из нас не знал, что делать!П-поэтому я… я… — Майки, эй, просто. Стоп, — сказал Донни, снова хватая Майки за плечи. Майки замолчал, а Донни заколебался. Что он вообще должен был сказать на все это? Это было… правда, предположил он. Это все случилось ; он был заражен осой, и Майки пришлось самому завершить лечение. Майки также был тем, кто вылечил разум Донни. Но... это были только два случая. Это не было причиной так реагировать, не так ли? ...Не один, нет. Но он был прав и в другом. Обычные исчезновения Рафа, близкий к смерти Лео — вместе со Сплинтером. Этого было достаточно. Донни вздохнул. — Ты… прав, — сказал он. Майки моргнул, выглядя одновременно с надеждой и так, как будто это было последнее, что он хотел услышать. — Но вам не нужно пытаться сделать все. Это слишком много для одного. — Но мне нужно , — сказал Майки. — Так что я должен быть в состоянии сделать это правильно, и- — Я остановлю тебя на этом, — вмешался Донни. — Почему ты так уверен, что облажаешься? Майки колебался. — Я не знаю. Донни указал на стол, на котором невинно стоял недоделанный, намеренно несовершенный отбеливатель Майки. — Ты изменил рецепт специально, чтобы испортить его, на случай, если ты случайно сделаешь это позже? И теперь, просто болтая, ты продолжаешь упоминать об этом. Я не вижу никаких доказательств, подтверждающих идею, что ты испортишь это. — Ты не-? — спросил Майки с замешательством в голосе. «Но… я всегда все путаю. Я ломаю вещи, и порчу… какие бы ни были твои проекты, и… — Да, — сказал Донни. — Правда. Но только когда балуешься. Когда ты делал противоядие? Ты делал это безукоризненно, даже когда был наполовину обезумевший от яда. И твои методы создания лекарства для меня были... неортодоксальными, но они сработали. Я бы даже сказал, что ты можешь быть прирожденным химиком — посмотрите на ретромутаген, который ты создал! Я до сих пор не могу этого понять, а у меня есть образец для работы. Майки слегка улыбнулся. — Значит, я… я сделал все правильно? — Да, — сказал Донни, прежде чем вздохнуть. — Но это не меняет того факта, что ты не следуете правилам, которые я установил, или не соблюдаете основные законы безопасности. Смешивать химические вещества, как ты, опасно — небольшие изменения могут вызвать непредвиденные проблемы. Вам повезло, что ты выбрал это чтобы поэкспериментировать и что-то изменить. — Я… я знаю, — сказал Майки, глядя в землю. — Извини. Я просто хотел… помочь. Это было глупо, с тобой все будет в порядке, я просто… Он повернулся, чтобы уйти, и часть Донни испытала искушение позволить ему. Он мог бы отпустить Майки и спасти тихую ночь науки и изобретений — может быть, даже отменить это сейчас и просто лечь спать. — Майки, подожди, — позвал он вместо этого, и Майки застыл у двери. — У тебя есть хорошая идея. — Правда? — Да, — сказал Донни. — Ты знаешь. Я не говорю, что меня выведут из строя, но иметь кого-то ещё, кто разбирается в этих вещах, было бы неплохо. Если бы ты хотел узнать, как это сделать, на всякий случай...? — Я… я хотел бы, Ди, — сказал Майки, снова ударив ногой по земле. — Но я не знаю, я был бы лучшим выбором. — Почему нет? — спросил Донни. — Веришь или нет, ты был бы моим первым выбором. У Лео и так слишком много забот, а Раф еще менее склонен к безопасности в лаборатории, чем ты, когда он удосуживается признать, что лаборатория существует. Эйприл была бы хороша, я думаю, но у неё есть другая жизнь. Если есть проблема, она не всегда будет доступна. И Кейси... — Донни замолк, дрожа, когда он представил этот кошмар. Он может быть в порядке с механикой, но он был слишком сумасшедшим, чтобы доверять ему это. — Но у тебя уже есть опыт с этим, и ты хорош в этом, когда у тебя есть основа для работы. Если бы ты действительно постарался, я уверен, что ты смог бы понять это. Майки колебался. — Я… я не могу этому научиться. Книги, слова, это… они не могут запомниться, понимаешь? Я должен это сделать, а ты сказал, что это опасно. Звучало так, будто он просто бросал на стол все оправдания, которые только мог найти, заставляя Донни увидеть решение для них. И, к счастью, он это сделал. — Это было бы опасно, — согласился он. — Если только я не был там, чтобы помочь тебе понять это. — Ты… ты бы сделал это? — спросил Майки. Донни кивнул. — Если ты относишся к этому серьезно, это будет хорошей идеей, — сказал он. — Так что, если ты хочешь учиться, я научу тебя. — Тогда да, — сказал Майки, улыбаясь. Это была не улыбка, по крайней мере, не одна из ослепляющих улыбок, которые он обычно носил. Но он был счастлив, и этого было достаточно. — Я- когда мы можем начать? Донни остановился, взглянув на часы. Было немного поздно, но... — Как насчет того, чтобы мы закончили это, — сказал он, указывая на незаконченный проект, — А потом действительно начнем завтра? Майки кивнул, осторожно метнувшись от того места, где он стоял у двери, обратно к столу. Были проблемы, и выяснение того, как заставить пятновыводитель по-прежнему работать даже при вмешательстве Майки, это заняло некоторое время, но они закончили. Донни поймал себя на том, что улыбается; было приятно иметь кого-то, с кем можно было по-настоящему поговорить о «научных вещах», и Майки действительно слушал. Завершение проекта превратилось в разговоры обо всем, что они могли сделать, пока Майки не освоит основы, а затем обо всем, что он мог создать как мастер-химик. Ему потребуется некоторое время, чтобы добраться к этому, но Донни был уверен, что он справится, если этот интерес продлится более нескольких дней. На что... он действительно надеялся. Наконец, намного позже, чем планировал Донни, он встал со своего стула в лаборатории, полностью намереваясь немного отдохнуть. Взгляд его остановился на еще наполовину полной кружке, кофе давно остыл. «Теперь все потрачено зря», — подумал он, слегка разочарованный этой идеей. Но когда он вспомнил обо всем, что произошло… Чашка кофе и полноценный ночной отдых были тривиальными вещами в обмен на времяпрепровождение с братом. Он сделал бы это снова в мгновение ока.