По стопам семьи

      Посиделки с коктейлями и салатами в кафетерии неподалеку от места, в котором снимают Битву Экстрасенсов, продолжались уже больше часа. До выхода в эфир оставалось меньше десяти минут и все сидели, как на иголках. Не хотелось ударить в грязь лицом перед соперниками и видеть их реакцию на свои неудачи, наверное, поэтому некоторые сегодня не пришли. Оба Максима, Михаил, Ирина, Шепс, Керро и Романова сидели вместе за столиком. Телеканал ТНТ был включен с самого прибытия нежданных гостей и не переключался ни разу, даже во время реклам, хотя никто не думал, что передача начнется раньше времени. У присутствующих было желание блеснуть своими талантами перед другими, видеть их эмоции, радоваться чужим провалам и гордиться своими верными ответами, сравнивать, кто сказал больше всех или, наоборот, меньше. Конечно, было страшно. Страшно услышать, что скажут жюри, что герои испытаний будут говорить между собой после ухода определенного экстрасенса. Но и жутко хотелось того же самого. — Начинается. — Сказала Марьяна, обратив внимание всех на происходящее на экране. Они увидели в телевизоре какой-то глупый спор двух ненастоящих потомков Джуны Давиташвили, угрозы Михаила кучерявому парню и Федоров решил высказаться. — Зачем? — Спрашивает мужчина. — Чтобы испугался. — Глупо. Сделав кому-то плохо — ты не сделаешь себе хорошо. — Ну не скажи, Максим, — Игнатенко заулыбалась. Ну, конечно. — Можно сделать много хорошего себе, сделав мало плохого другому. Так что, не стоит лезть в чужие дела. — Посмотрим, что нас ждет. — Пожимает плечами Максим. Бессмысленный разговор, до ведьмы не донести ничего, не переубедить. Все снова уставились на передачу, но из-за небольшой перепалки пропустили момент начала рекламы. Минут пять свободного времени было, Шепс посмотрел на Керро. — Пойдем покурим? — Пошли. — Кивнула девушка. Она взяла свою сумку, закинула на плечо и вышла вслед за медиумом на улицу. Достала из кармана пачку сигарет и чужую зажигалку, вернуть которую совершенно забыла. — Ничего не хочешь сделать? — Олег смотрит внимательно, пронизывающе. Марика ежится под его взглядом, не понимая, что он от нее хочет. — Нет? — Не отвечает — спрашивает. — Точно? — Парень хмыкает, забирая зажигалку из девичьих рук, перекладывает в свою ладонь и сжимает свободной чужую, не отрываясь от ее лица. Эстонка замирает, зависая в чужих бездонных глазах, так пристально изучающих каждую малейшую деталь. Ее словно прошибает током, когда большой палец медиума начинает осторожно поглаживать кисть руки. Вздрогнув, Мари оживает, выдергивая свою руку, и делает шаг назад, впервые затягиваясь. Сигарета истлела практически на половину, накуриться ей не получится, да и желания больше нет. Девушка делает еще две затяжки, потушив сигарету об мусорный бак и выкидывает ее в него же, без слов заходя в кафетерий. Она оставляет парня на улице и не уверена, что он вернется вслед за ней. И оказывается права. Слышится рев мотора — Олег уехал.

***

На сегодняшнем испытании нужно было найти маму темнокожей девочке среди шести женщин. Ведущий сделать правильный выбор не смог, а первые два экстрасенса блестяще справились с заданием. У следующих, к сожалению, не задалось. Антонина Керсна решила, что задание — не серьезное и мамой Николь является темнокожая женщина Алиса и все испытание выстроено на попытке запутать участников Битвы. Но оказалась не права. А потом на съемочную площадку вошла эстонская ведьма Марика Керро, которую благодаря вышедшему выпуску уже знали и ждали. Она, как по традиции, зажгла церковную свечу, подходя к первой женщине. — К тебе я даже подходить не буду, — Кивнула девушка на Алису, — не твоя она, было бы слишком легко. — Может, проверите? — Говорит Сафронов. Его задача - путать экстрасенсов и он прекрасно справляется с ней все сезоны, каждый раз надеясь, что это вновь получится сделать. — Хорошо. — Ведьма соглашается. — Мужчина у тебя в голове, седой, судьба твоя. Хороший парень, но не сразу разглядел. — Уже позже женщина признается, что они были вместе год и после расстались на семнадцать лет, теперь снова вместе. — На тебя твои не похожи. Она потушила свечу и зажгла следующую, посмотрев на нужную ей женщину. Что-то внутри подсказывало, что именно на нее нужно смотреть внимательнее всех. Мэрилин всегда говорила своей младшей сестре, что всегда нужно слушать сердце, оно оказывается правым, в отличии от мозга, когда дело касается экстрасенсорики. И Марика верила ей. — Твои тоже на тебя не похожи, на нее похожи. — Ведьма указала на сидящую рядом темнокожую, — мужчина у тебя. Как папы, не как ты. — У этой женщины несколько детей? — Да. Думает сейчас о другом мужчине, но это не отец Николь. Мальчика от него родила, но не любила толком. Я тебя выберу. — Мари, вы посмотрели только двоих. Может, стоит осмотреть других? Керро кивнула. С новой свечой подошла к следующей женщине, но сразу же отмела ее, ни слова ни сказав. Но сидящая последней Диана заставила ее смутится и задуматься. — А может, ты? — Положила свою руку на живот и закрыла глаза. — Не ты. Тоже темненький, но не тот, который мне нужен. — Иностранка отошла, оглядев оставшихся двоих. Боролась с мыслями: подходить к ним или нет? И все же решилась проверить. — Смотри на огонь. — Сказала ведьма светлой женщине, сидящей первой. — Есть у тебя одна, но не дочка твоя. Может, племянница? Нет, ближе. Сестра твоя, дочки нет. Будет, не переживай. — Потушила свечу и достала еще одну, поворачиваясь к последней. — Ангел хранитель у тебя сильный, а ты боишься очень. Не даст она тебя в обиду никому. — Кто? Дочка? — Мать. Не она мне нужна, нет у нее темного ребенка. — Так кого вы выбираете, Мари? — Женщину в зеленом. — Сейчас мы посмотрим, правы ли вы. — Из-за двери выскочила Николь, врезаясь в свою маму, стоящую в зеленом платье. Все зааплодировали и не разрешили Сафронову отпускать эстонку, желая поговорить с ней о своих проблемах и мыслях. Разговаривали они долго, заставляя других экстрасенсов ждать своей очереди дольше, чем должно было.

***

Второе испытание. Оно куда более эмоционально сложное, чем первое. В попытках найти маму ребенка, который сидит в другой комнате — нет ничего, заставляющего людей плакать. Но сегодня им нужно было понять: что случилось с шестнадцатилетней Лилей, которую повешенной нашли на кладбище? Девушке, которая так много хотела от этой жизни и так много планировала в ней сделать. Первой испытание проходить выпало иностранной ведьме, приехавшей из Эстонии. — Цветочек, — протянула она с улыбкой, как только коснулась конверта с ее серьгами. — Лилию вижу. — На глазах матери выступили слезы. — Лилии, лилии. Любила их? Не знаю, просто вижу перед собой лилии. Молодая девушка, младше меня лет на пять, может, совсем маленькая считая. Не живая она уже, умерла. — А что с ней случилось? — Спрашивает ведущая. — Дышать тяжело, задыхаюсь. Легкие пустые — не утонула. Задушили или повесилась. — Она сделала это сама или ее убили? — Подождите. Неупокоенная она, мельтешит перед глазами в синей шапке. Не говорит ничего, не могу понять, почему. То ли сама, поэтому молчит, говорить не хочет, то ли убийцу скрывает. — Марика, так что же случилось? — Не мешайте. — Выставила руки вперед, успокаивая Сотникову и закрыла глаза, откидывая голову назад. — Не хотела она, случайно вышло все. Внимания, может, хотела, но не получилось сделать так, как задумала. Плачет очень, жалеет, извиняется перед вами, что так поступила. — То есть, она залезла в петлю, чтобы привлечь внимание, но случайно повесилась на самом деле? — Да. — Закивала девушка. Больше об этом ей сказать было нечего, но на все личные вопросы рыжеволосая была готова ответить и делала это на протяжении часа, когда для нее испытание уже было пройдено безошибочно. Шепс шел последним. Он рассказал больше, чем первая ведьма, потряся убитых горем близких и родных девушки до глубины души и они были на сто процентов уверены в том, за кого будут голосовать.

***

Готический Зал. Экстрасенсы уже привыкли к нему и никто не хотел уходить, уступать свое место кому-то другому. Они все переживали сейчас. Кто-то думал, окажется ли в белом конверте, а кто-то думал о том, повезет ли не оказаться в черном в этот раз, чтобы попытаться блеснуть своими силами в следующих испытания? Башаров вошел в него, со счастливой улыбкой на лице. Неужто чересчур доволен результатами, которые находятся в его руках, пусть и зависят совершенно не от него. — Одного из вас жюри признали худшим на этой неделе, но сначала я открою белый конверт. У вас есть мысли? — Дама в красном там. — Антонина Керсна смотрит на Марьяну Романову. — Дама в красном, — начинает женщина, — всегда видит в белом конверте себя, есть такая проблема. — Но пока вас там не было, — говорит Марат, словно опуская ее с Небес на Землю. — Пока не было, но это не конец. — Улыбается она. — Мужчина там, будет стоять со мной в финале. — Ирина Игнатенко смотрит на Шепса, заставляя его рассмеяться. — Есть вероятность, что там двое. — Произносит Федоров. — Так давайте же посмотрим, кто в нем? — Давайте. — Хором вторят друг другу экстрасенсы. — Тогда я его открываю. — Башаров достает фото и разворачивает его. Перед присутствующими открывается фото рыжеволосой ведьмы. — Марика Керро, вы довольны? — Конечно. — Сияет иностранка. — Я же сказала, что мой первый конверт не будет последним. — Поздравляю, Мари, но время перейти к плохому. Так хочется приносить вам только хорошие новости, здорово, что они у меня есть. — Черный пустой? — Спрашивает бабушка из Эстонии. — Не дождемся. — Щурится Игнатенко. — Нет. — Тут же говорят Олег и Керро в один голос. — В белом конверте еще один человек и это… Олег Шепс! — Тот тут же поворачивается в сторону иностранки. Когда-то она сказала, что ошиблась в его силах и на деле, медиум слаб. Кажется, вот уже второй раз он доказывает обратное. — Я поздравляю вас двоих, но переходить к плохому все-таки нужно. И на этой неделе жюри единогласно признали слабейшей, — делает акцент на окончании, — Наталью Граболенкову. Мне очень жаль, но нам пора прощаться. Когда ясновидящая с Алисой прощаются и съемки заканчиваются, темноволосый медиум сразу же подходит к эстонской ведьме. После того случая у кафетерия они так и не разговаривали. — Тебя подвезти? — Спрашивает парень. — Мне по делам надо. — Я отвезу. — Не нужно. — Не хотелось снова ощущать эту неловкость, что так резко появилась между ними на той улице. — Поехали. — Он вновь по-хозяйски кладет руку на девичью талию, подталкивая к выходу. Еще немного и это войдет в привычку. — Хорошо. Керро соглашается, все-таки ехать в приятной машине куда лучше, чем в разваливающейся Тойоте или Ладе. Да и любой другой машине, которой давно нужен ремонт или хотя бы ароматизатор. Никогда не знаешь, в каком состоянии автомобиль и водитель приедут к тебе, рисковать не хотелось. А Олега она хотя бы немного знает, пусть и не горит желанием оказываться с ним наедине. Они шли к машине молча, прекрасно понимая, что Шепс решится нарушить тишину лишь в самом конце поездки, но этого, к удивлению, не произошло. Он лишь искоса поглядывал на нее, поджимая губы. Хотел что-то сказать, но не решался. — Спасибо. — Ты долго? — Какая разница? — Я тебя подожду. — Не нужно. — Я тебя подожду. — Уверенно говорит темноволосый, всем видом давая понять, что спорить с ним бесполезно. Сидел в машине он с двадцать минут, не дольше. Иностранка просто закупалась продуктами перед домом и вышла с двумя пакетами, которые Олег сразу забрал из ее рук, выскочив из машины. В этот раз он не рискнул трогать ее, чтобы не возникло никакого ступора, как раньше. Пока вез до дома, так же молчал, а после просто предложил донести пакеты до квартиры, чтобы девушке не было трудно. Та согласилась сразу же, заставив парня остолбенеть от неожиданности. Ему казалось, что придется долго уговаривать ее, упрашивать согласиться на помощь, но делать этого не пришлось. — Занести в квартиру? — Спросил парень, держа ношу в руках. — Не нужно, ставь, я сама занесу. — Марика, не отказывайся от дружеской помощи. — Разве мы с тобой друзья, Олег? — Ведьма подняла глаза на медиума. Ее действительно интересовал этот вопрос. — Я думаю, что да. А ты разве так не считаешь? — Я подумаю над твоими словами, можешь идти. Спасибо за помощь. Больше напрашиваться в гости он не стал, быстро спускаясь по лестнице вниз. Что ж, он думал, что все испортил, когда взял Керро за руку, но, похоже, все налаживалось.