«Sinful silence»

И даже твоя душа,которую я умела читать всю жизнь,была закрыта в этот вечер. Меня трясло как в церкви и где-то из недр твоего сердца доносилось глухое «Аллилуйя». Тень,ты всего лишь тень. Незамысловатое очертание из миллиарда пропущенных букв. Я натыкалась на каждую пытаясь найти себя,в тебе. В медленном касании к твоим недосказано-замершим губам,ощущался сплошной реквием. -Все так уходят? Должны ли? Твои глаза так же беззвучны ,как стены ледяного храма. Свет погас и лунный блик высветил всю грешность,в полной мере равняющуюся к святости. Каждый раз ,когда стрелки на часах сужаются образуя острый угол,а потом и вовсе смыкаются в единую линию,моё сердце отдаёт ритмом безвольности. Превращается в тот самый бесхарактерный отблеск напрасно сказанных слов и уже целых букв. -Легче стало? Время переходящее линию ,давно уже, не «вечных» суток,всегда опасно. Оно питается утренним шармом,дневной усталостью и сумеречным флёром дожидаясь своего звёздного часа.Полуночной грешной минуты. Той самой секунды,когда свет от софитов будет направлен только на него. Мы все должны уметь держать лицо, владеть голосом и закапывать эмоции в кровавую почву,но обязаны ли молчать? Он поднял руки наверх и случайно задел бутылку с вином. Сосуд бардовым солнцем разлетелся по всей траектории. «Боязнь не так взглянуть,не то сказать …а теперь ещё и страх не там наступить ?» Штормовой ветер влетел сквозь приоткрытое окно и буквально заставил накрахмаленную тюль искупаться в вине со стеклом. «-Ты в молчании лишь белая тюль. Всего лишь вино со стеклом.И дело вовсе не в смертно-белом цвете …по этой ткани можно пройтись всеми красками,но она так и останется кровью с телом. Держи лицо,голос и эмоцию…но говори. С лицом и без, с чувством и пустотой,громогласным тембром и шёпотом. Говори о тленности существования в полнолуние и пусть этот звёздный час тщетно сказанных слов, всё же наступит!» Он наклонился над моим ^опустевшим^ лицом : —Благодарю за грешность,усталость и ,конечно, вечную святость. «Тогда что-то вроде улыбки скользнуло по тому,
что некогда было его лицом.» …