Пасть

Глава 5

Дорога предстояла долгая (идти нужно было минимум день) и довольно опасная. Первым делом, парочка зашла домой к Хакону, чтобы запастись аккумуляторами для фонарика. Ходить в северный район без уф-света было самоубийством. Однако, он не всегда спасал от крикунов, прыгунов, банши и других тварей, которыми кишели те места. Мужчина и парень сразу договорились, что во время привалов будут дежурить по очереди и ни в коем случае не клевать носом на посту. Иначе — смерть. Решив не тратить время на отдых, они двинулись в путь. Причина такой спешки не была понятна ни тому, ни другому, но никто не стал возражать против того, что чем быстрее начнёшь — тем быстрее закончишь. Сперва пилигриму и его спутнику нужно было пройти мимо пятого периметра миротворцев. Он охватывал кольцом район, где жил Хакон. Всего таких «границ» было шесть: центр города, район Хакона, Базар, юго-западный район, северный и стены города. Миротворцы рассредоточились буквально по всему Вилледору, были, как говорится, в каждой бочке затычкой. Контролировать базарцев и обычных граждан было достаточно просто — они не умели ловко прыгать по крышам, пролезать по тоннелям метро, которые кстати охранялись как порталы в Вальгаллу, не могли осторожно, практически бесшумно пробираться под самым носом у служителей закона. А вот осуществлять контроль над такими как Эйден и Хакон давалось куда сложнее. Таких людей не пугали публичные наказания и казни. Они просто шли к своей цели, не видя препятствий. Вот и сейчас, парочка в наглую бежала по крыше заброшенного торгового центра, где находилась группа миротворцев, командующая пятым периметром. Вариант быть пойманными не рассматривался совершенно, поэтому все действия были спонтанными, но не лишёнными профессионализма и отточенности. Перемахнув через какой-то старый, серый, но высокий забор, Хакон оглянулся, дождался Эйдена и усмехнулся. - Эти суки думают, что они действительно тут что-то решают. Пилигрим проследил взгляд мужчины и увидел большую надпись на стене одной из высоток: «Кто не хочет уходить, того будут выносить!», а внизу приписка: «Уважай нашу власть!» - Не очень похоже на девиз миротворческой армии. - сказал Эйден. - Гандоны. - выплюнул бывший спецназовец и побежал дальше. - При нашей первой встрече ты отзывался о них дружелюбнее. - продолжил разговор парень, следуя за Хаконом. - Я не знал, можно ли тебе доверять. Вдруг ты бы оказался их крысой. - А ты уверен, что я не крыса? - А это провокационный вопрос? - Хакон залез на небольшую крышу и в два счёта завёл стоящий там генератор. Сразу начала работать маленькая уф-лампа, останавливая развитие заражения и создавая безопасное место. - Возможно. - Эйден присел на какой-то деревянный ящик, переводя дух. Мужчина пристроился рядом на подложке из досок, сев по-турецки. - Тогда скажу, что — нет, не уверен. - Хакон залез во внутренний карман своей куртки и достал от туда какую-то трубочку из бумаги. - Чем же я заслужил такое недоверие? - поинтересовался Эйден. - Ты, что, куришь? - А ты, что, зожник? - мужчина чиркнул спичкой и поджёг самокрутку. - В наше время никому доверять нельзя. - он выдохнул облако дыма. Сразу запахло какими-то приятными травами и табаком. - Вряд-ли мой образ жизни можно назвать здоровым. - хмыкнул парень, наблюдая как дым поднимается вверх, к светлеющему небу. - Тем не менее, ты продолжаешь мне помогать. - Ты мне просто нравишься. - лукаво улыбнулся Хакон, делая ещё одну затяжку. - И что-то мне подсказывает, что я тебе тоже. - Размечтался. - закатил глаза пилигрим. - Посмотрим. - улыбка так и не сходила с довольного лица. - Хорош лыбиться. - Эйден встал и отошёл ближе к краю крыши, смотря вниз. Спиной парень чувствовал на себе пронзительный, изучающий взгляд. Хакон откровенно лапал его глазами, продолжая нахально улыбаться. Ему до дрожи нравилось вгонять пилигрима в смущение. Эйден передёрнул плечами и резко развернулся на 180 градусов. Два взгляда встретились. Один непонимающе-смущённый, второй — жадно-развратный. У парня на щеках появился румянец и он поспешил отвести глаза в сторону. Похотливый зверь внутри Хакона ликовал. - Я тебя смущаю, малыш? Вроде уже привычное обращение прозвучало как-то иначе. Так, что у Эйдена ладони начали потеть, а кровь прилила к лицу и к другому известному месту внизу. В голове пилигрима невольно всплыл образ Хакона с голым торсом. Он представил накаченное тело, покрытое татуировками и полосками белых шрамов, выступающие мышцы на руках и кубики пресса. Фантазия стала уходить всё дальше и всё ниже, но в реальность вернул знакомый голос: - Эй! Вернись на землю. - Хакон щёлкнул пару раз у Эйдена перед носом. Парень не ожидал увидеть мужчину так близко и шарахнулся от него назад, оступился и чуть не полетел вниз. Его вовремя поймали, обхватив за талию, и вернули на место. Чужая рука продолжала покоиться на талии, вгоняя Эйдена в ещё большее смущение. Солнце уже начало показываться из-за горизонта, так что его красное лицо Хакон лицезрел без каких-либо препятствий. - Кхм… Нужно идти. - пилигрим вывернулся и подошёл к генератору, нажимая на кнопку выключения. Спустя мгновение его толкнули и прижали спиной к большому железному ящику, стоящему на крыше. - Думаешь, от меня так просто отделаться? - спросил Хакон, снова положив руки на чужую талию. Эйден не знал, куда деться. Хотелось просто провалиться под эту крышу, под землю, спуститься в Ад, только не заставить себя встретиться с изучающим взглядом. В нос ударил запах выкуренной самокрутки вперемешку с запахом самого Хакона, от которого сносило голову. Сейчас их лица были так близко, что щекой ощущалось чужое горячее дыхание. Парень сглотнул ком в горле и постарался вдохнуть побольше кислорода. Ему начинало казаться, что он задыхается. - И это я то размечтался? Рука скользнула на бедро и сжала его, вторая притянула ближе к Хакону. Эйден прикусил губу, медленно выдыхая воздух, всё ещё не решаясь поднять взгляд. - Хорош издеваться. - почти взмолился пилигрим, но продолжал сохранять спокойное лицо. - Посмотри мне в глаза и скажи перестать. - шёпот на ухо вызвал толпу мурашек. - Блять… Эйден с трудом заставил себя поднять голову и посмотреть на мужчину. Он открыл рот, но слова застряли в горле. Повисла давящая тишина, но похоже в неловком положении был только парень. Хакону до умопомрачения нравилось видеть пилигрима таким смущённым, неуверенным, таким милым. Он упивался своей властью и совсем не хотел останавливаться. Однако солнце уже вставало, а это означало, что скоро Айтор пойдёт на утренний обход и обнаружит его пропажу. Нужно было скорее выдвигаться. Мужчина сделал шаг назад, оглядел бедного парня, который сейчас был похож на маленького щенка, усмехнулся и залез на железный ящик, у которого они только что стояли. Эйден выдохнул и полез следом. - Что с лицом? - спросил как ни в чём не бывало Хакон, дождавшись пилигрима на ящике. - Знаешь, чт… - возмущённо начал парень. - Что? Пошлёшь меня? - Да. Иди на хуй. - Эйден спрыгнул вниз и побежал вперёд. Мужчина довольно цокнул языком.

***

С самого утра у Айтора начались проблемы — из его района пропал человек. Не то, чтобы он был удивлён, что этим человеком оказался Хакон, но было странно, что после из встречи у него на крыше мужчина не образумился. Видимо, это было ещё одним подтверждением того, что люди не меняются. Прождав около часа у дома бывшего спецназовца, миротворец направился в штаб, докладывать о пропаже. Атмосфера на базе была привычной и довольно неприятной. Все ходили с одинаковым лицом, не выражающим абсолютно ничего. Все в одинаковой одежде, одинаковым настроением и мыслями. Почти на каждом стенде был написан до тошноты противный Айтору девиз: «Закрой пасть! Уважай нашу власть!» К горлу подступал неприятный ком, всякий раз когда его заставляли это произносить. Другая омерзительная вещь, которую Айтору приходилось делать каждый день — ходить к главнокомандующему с докладом. Джек Мэтт бесил не только базарцев. Его политикой была недовольна половина армии, но никто не мог сказать ему и слова поперёк, потому что знал, что если это сделать, то на следующее утро окажешься на ближайшем складе токсичных отходов. К сожалению, Мэтт имел большую группу «поклонников» своего режима и пользовался этим как мог. Что Айтор может сделать против хотя бы десяти таких же как он, но по ту сторону горизонта? Ответ прост — ничего. Его забьют кулаками, размозжив голову о ближайший угол. По сути, половина миротворцев жила в страхе с момента зачисления в ряды «славной» армии. Этот факт никого не устраивал, но разве у куклы спрашивают мнение? Подойдя к нужной двери, Айтор постучали и вошёл только после грубого: «Войди». Джек сидел за деревянным столом, закинув на него обе ноги и откинувшись на стуле. Похоже, миротворец вырвал его из раздумий, так как только после прерванных дум Мэтт делал такое выражение лица, полное ненависти ко всему и всем вокруг. Главнокомандующий бросил на Айтора гневный взгляд и поманил к себе пальцем. Миротворец подошёл, осторожно ступая на ватных ногах. Быть рядом с Мэттом, когда он в таком расположении духа было по меньшей мере опасно. Айтор напрягся. - Говори. - привычный приказной тон. - Я пришёл с донесением о том… - мужчине не дали договорить. - Короче... - раздражённо протянул Мэтт, запрокинув голову вверх. - В моём районе пропал человек. - ответил Айтор. Джек опустил голову и посмотрел на него наигранно-удивлённым взглядом. - Да ты что? И кто же пропал? - Маттиас. - еле выговорил миротворец, весь натянувшись, словно струна. - Маттиас… Что-то знакомое. А! Это тот, кто две недели назад улизнул из под носа у твоих подчинённых? - было сказано с явной насмешкой. Слово «подчинённых» резало слух Айтору. Он уважал своих солдат и всегда относился к ним как к людям, а не как Мэтт — к вещам. - Так точно. - голос заметно сел. - Интересно, сколько ещё раз нужно ткнуть тебя лицом в дерьмо, чтобы ты понял, что если кто-то нарушает наши правила, то ты должен из кожи вон вылезть, но поймать его и наказать? Я тебя спрашиваю! Сколько? - Ни сколько, сэр - сказано ещё тише, чем в прошлый раз. - Тогда какого хуя ты тут прохлаждаешься?! Чтобы не показывался на глаза, пока не притащишь мне этого Маттиаса! Пошёл вон! - Так точно, сэр. - ответил миротворец на автомате и поспешил удалиться. - Бесполезные куски дерьма. - с отвращением сказал Мэтт. - Самодовольный кретин. - процедил сквозь зубы Айтор уже за дверью.

***

Где человек находится противясь, там его тюрьма. Эпиктет.