Моё счастливое ПОПАЛ(а)!

      Дима 1.       Очнулся я, вернее сказать, что проснулся, судя по солнечному свету бьющему в окно, на следующий день или утро. Часов в комнате не видать, хрен его знает сколько сейчас времени… Но лежал я на огромной постели под балдахином.       «Ох, ты ж, бля… Как принцесса, твою ж за ногу!» И слово «принцесса» тюкнуло кувалдой прямо по темечку!       — Чего-о-о…?! — вырвался из меня вопль, из самого нутра раненного бизона. По мозгам шарахнуло: весь бредовый сон, что снился мне всю ночь, хлынул обрывками чужих воспоминаний.       — Течка?! Это, что ещё за хуйня?! Что со мной, вообще, происходит?! Откуда это в моей голове?! А-а-а…! — истошно заорал я, вцепившись руками себе в волосы.       Почти одновременно с моим воплем, ударом ноги или какими там рогами бились, распахнулась дверь. Дверь со всей дури стукнувшись об стену со скоростью вернулась в обратную сторону, ёбнув в лобешник Александра и уже спокойно отъехала, пропуская заторможенный шаг оного, типа, «а хули ты меня бил, получил ответочку…? Ладно, так и быть, проходи в комнату.»       — Воу-у… — прикрыл он ладонью лоб и шустро так, для только что отпизженного деревянным охранником, ломанулся ко мне и запрыгнул козликом на кровать. — Димочка, что случилось? — убрав руку со лба, Саша подполз ближе, заглядывая тревожно в мои глаза. Я перевел взгляд на его лоб… Ого! Вот это синий теннисный мяч надулся! Из меня вырвался смешок.       — Что, что такое?! — ещё пуще испуганным голосом запричитал Александр и протянул ко мне свою трясущуюся граблю.       — Ой, бля… — прошептал я и заржал в полный голос, повалившись на подушки. А чего, если рожа у него в этот момент была дюже смешная. Бровки домиком, глазки по пять рублей и растущий, прямо на глазах, рог носорога!       Я катался по постели, в приступе истеричного смеха, периодически тыкая пальцем в сторону Александра, что заставило его слезть с кровати и прошествовать к зеркалу, вернее к трюмо, стоявшему с другой стороны от «королевского ложа.»       — Ох, ты ж… — вытаращился на своё отражение обсмеяный. — Да, уж… красавчик…! — сделал вывод Саша и невозмутимо вернулся ко мне, наклонился и заткнул мой смех поцелуем.       Поборахтавшись, я уплыл в сладкой истоме. Незаметно для себя закинул руки на крепкие плечи оккупанту моих губ и продолжил млеть, до тех пор, пока в паху не разлилось тепло и мой «дружок» затрепыхался в трусах и это было ещё не всё. Живот потянуло слабыми спазмами и я почувствовал, что из моей пятой точки, что-то потекло!       «Понос?! Недержание?! А-а-а…!» — оттолкнул Сашу и закричав «где туалет», рванул, сжав булки, в указанном направлении. Лишь захлопнулась дверь, я судорожно путаясь в чём-то длинном, стянул трусы и плюхнулся на унитаз. Пока сидел, пытаясь тужиться, обратил внимание, что на мне одета какая-то длинная хламида на лямках, состоящую в большей части из кружев.       — Ночная бабья сорочка?! Ёпттвоюмать! Ну, уж не-ет… — сказал сам себе и не слезая с унитаза, скинул её к херам!       Потом взгляд наткнулся на мотню труселей, которые были выпачканы в чём-то белёсом. Наклонился, потянул на себя трусы, понюхал… Пахнет цветочками жасмина, что ли? Это ещё, что за хуйня?! Может я гнию, как-то не правильно? Сложил руки на бёдрах, попытался, наклонив голову к плечу, запустить мыслительный процесс… Но помешала жопа. Дырочка, то сжималась, то разжималась… но не срала.       «Значит не хочет.» — подумалось мне. Оторвал туалетной бумаги, стал вытираться… а моя пятая точка попыталась зажевать свою подтирку…! Вот теперь я испугался натурально, до дрожи! И не зная, что делать, я ничего лучше не придумал, как завопить:       — Саша-а-а…! Дверь мгновенно распахнулась, видимо он стоял возле неё, и «Сивка-Бурка» встал истуканом предо мной.       — Что случилось? — выпалил конь в футболке и присел рядом на корточки, взволнованно смотря мне в глаза.       — С-саш-ша… — протянул я дрожащим шёпотом. — У меня, что-то с жопой… Кажется я умираю… — доверительно донёс я свою проблему и мысль. — Вот… — оттянул испачканную мотню трусов и вопрошающе, с надеждой, уставился в глаза Александра.       «Всё таки красивый, зараза!» — пронеслась совсем не к месту восторженная мысль. Пришлось зажмуриться и потрясти головой, отгоняя непрошенные мысли. А когда разлепил зенки, то увидел ласковую и всё понимающую улыбку Саши.       — Испугался, да? Ты теперь омега и это, — махнул он, указывая на мои боксёры, — омежьи выделения.       — К-к-какие выделения…? — охреневшим голосом переспросил я.       — Омежьи. Так бывает, когда возбуждаешься.       — Чего-о-о…? И ничего я не возбуждался!       — Твой организм говорит о другом. — не согласился он с моим отрицанием и ласково погладил по рукам.       — Я другой! — включил я барана. — Я с другого мира! Так не бывает! Я не хочу! И я не этот, как его… омега! — орал я сидя на горшке.       — Ладно. — согласились со мной.       — Чё, правда? Ты веришь мне, что я другой?       — Ну, конечно! Ты другой! И я счастлив безмерно, что ты отличаешься от наших омег. И я счастлив, что ты мой, что судьба забросила тебя ко мне, ты же моя истинная пара. А теперь давай включим душ и помоем тебя. — выдал речь Саша, на которую я среагировал открытием и закрытием рта, не зная, что сказать. А Александр уже настраивал воду бегущую из душевой лейки. Потом быстро сбросил с себя одежду и снова присел рядом со мной, стянул с меня трусы, подхватил на руки и шагнул под душ.       По мере того, как омывалось моё тело, я с отчётливой ясностью понял, что сколько бы я не отрицал того, что я стал этой чертовой омегой и, что уже ничего не изменить… Короче, расплакался я, как девчонка, с подвыванием, с вытиранием слёз ладонями.       — У-у-у… не хочу-у… ы-ы-ы… я не буду-у… — подвывал я, уткнувшись в грудь Саше.       — Ну, что ты, родной? Всё будет хорошо… — мурлыкал он, смывая с меня мыло. — Сейчас мы тебя вытрем, накормим… да? Мой хороший…       — Ы-ы-ы… Я есть хочу-у… и пить… ы-ы-ы…       Закутанного в большое полотенце, Саша на руках транспортировал меня в уже знакомую постель.       «Мне начинает нравится кататься на ручках… кхе…» — подумал я и шмыргнул распухшим носом, подслеповато щурясь такими же опухшим глазами.       — Посиди, — обмотал меня одеялом мой личный носильщик, — а я схожу и закажу нам покушать. — и Саша направился на выход.       — А колокольчик на шнурочке…? — вякнул я, боясь почему-то остаться один на один сам с собой.       — Здесь нет, это только в столовой. — и шагнул в так и оставшуюся открытой дверь.       — А одеться? — снова мяукнул я.       — Ох, чёрт! — Сашка схватил свои голые мудя, сгребая их в ладони. Потом махнул рукой и пошёл в ванную комнату, оттуда вышел в наброшенном банном халате. — Так хорошо? — раскинул он руки в стороны, после того, как подпоясался.       — Угу. Только давай ты побыстрее вернёшься… — проканючил я и снова шмыргнул носом. Саша подошёл ко мне, обхватил ладонями мои щёки и поцеловал в нос, отстранился, посмотрел с улыбкой, затем втянул мою нижнюю губу и с чмоком её выпустил.       — Я быстро. — сказал он и ещё раз, но уже просто чмокнул в губы и вышел. Тяжко вздохнув, я замер в ожидании возвращения… мужа? Кхе… ну, да… Чего уж теперь отрицать очевидное и скулить.       Да, Димка, круто у тебя поменялась судьбинушка… Попал, так попал… Занесло не ведомо куда, а получается, что именно туда куда нужно, вернее, где нужен. А, вообще, если честно ответить самому себе, то там дома, я бы не нашёл себе пару. Сидел бы и боялся сделать «пук», а то вдруг бы батя узнал, что сынок его порченный товар, что любит он, чтоб его имели, а не он. Не-не-не… не хочу туда возвращаться! У меня есть мужчина! О таком счастье я мог только мечтать за закрытыми дверями своей квартиры, закрывшись на все замки, чтобы, не дай бог, мои мысли не просочились наружу!       Я вздохнул и счастливо улыбнулся. Повалился на бок, как неваляшка, выпутался из одеяла, полотенца и засмеялся. Сашка укутал меня, как младенца. Пф… обвернул даже голову махрушкой, он бы ещё узелок под подбородком завязал, на манер платочка… Но вот именно от его такой простой заботы, стало так тепло, радостно, что даже сердце зачастило!       «Сашка… Мой Сашка, мой собственный мужик… Хе-хе-хе…!»       — А вот и я! — шагнул Александр с подносом в комнату и ставя его на журнальный столик, с придвинутыми к нему двумя креслами. — Давай, Димуль, подтягивайся, кушать будем.       — А я голый… И одеть мне нечего… — надул я губы.       — Я бы сказал, что мне и так нравится, но пощажу твою скромную натуру. Сейчас халат дам.       Мы позавтракали, а может и пообедали, сколько время я так и не знал, да оно мне было и не к чему. Счастливые часов не наблюдают! И трусов, видимо, тоже.       Как бы было не странно, но нас никто не тревожил и не мешал. Что очень радовало! Ну, не хотелось мне никого видеть на данный момент.       Поели, попили кофейку и завалились на кровать. Разговаривали и знакомились друг с другом. Хоть мне во сне и пришли кое-какие знания этого мира, но они были голыми, всё, как бы в общих чертах. Поэтому я задавал вопросы, а Саша отвечал.       Да… По словам Сашки, мне придётся заняться фирмой предыдущего хозяина, место которого я занял… Ничего, я не тупой, практичный и быстро обучающийся. Впрочем, у меня вон, какой помощник имеется — не пропадём!       Александру, напротив, было интересно узнать, как всё устроено в моём мире и естественно про баб, которых я всё искал, долго фыркал от пояснений в чём отличия между женщиной и мужчиной. Я, в свою очередь, заявил, что никаких бабских тряпок и обуви на каблучищах, носить не буду! Ещё чего не хватало, я хоть и предпочитаю нижнюю позицию, но я мужик! Высказался и скрутил кукиш, вот вам!       — А, что же ты будешь носить?       — Как, что? Что носят все нормальные мужики! Вот увидишь, я ещё стану законодателем моды! — восторженно я закончил свою грандиозную мысль. А этот ходячий тестостерон, заржал. — Ничего, ничего… Посмотрим на чьей улице будет праздник! — сказал я и пихнул локтем, этого лося, в бок.       Сашка охнул и вскриком «ах, так» подмял меня под себя и затянул в глубокий, жаркий и крышесносный поцелуй. Такой… я прямо, натурально запылал, мой херушка встал колом, жопка делала жим-жим и опять потекла… Да, чтоб тебя! Я было дёрнулся, но был скручен и схвачен за мою неугомонную, мокрую задницу. А потом стало всё не важно.       Саша подкрался к моей дырочке, проник в неё пальцем, потом двумя… Скулил я от необычности ощущений, как сучка. Боже, мне ещё никогда не было так хорошо от одних лишь пальцев в заднице!       — Да-да-да… ещё-ё-ё… Сейчас, сейча-ас-с…       — Не так быстро, торопыжка… — обломал меня Сашка, передавив член.       — Сво-оло-очь… — разочарованно тяну, а он хохочет, гад.       — Сейчас всё будет, любовь моя… — зашептал Саша и закинул мои ноги себе за спину, сунув подушку мне под попец. Приставил головку своего члена к моей мокрой дырочке и медленно стал проникать внутрь, потом толкнулся чуть сильнее, проезжая по простате и погрузился полностью. Меня аж подбросило от разряда сумасшедшего удовольствия.       — Саша-а-а…! Дальше я просто сходил с ума, орал от переизбытка чувств, ощущений, которые рвали мою крышу. Я тонул, выплывал, снова тонул, взлетал, падал… пока не взорвался сверхновой! И кажется я вырубился.       — Ох, бля-я… Сашка, я в нерване-е… Это всегда так будет у нас? — спросил я, выныривая из сладкого небытия.       — Угу. Мы же истинные. — подтвердил Александр, выцеловывая мою шею. Как он оказался за моей спиной, вот, чес слово, не помню.       — Александр Батькович, а что ваш хер делает в моей жопке? Только не говори, что он туда гулять пошёл…       — Мы в сцепке.       — Чего мы…? Какая сцепка? Тоже мне, грузоперевозчик-товарняк… А ну, кыш оттуда! — я дёрнул своими булочками и меня прострелило оргазмом и кажется мои гляделки закатились под лоб. Охренеть, я кончил от слабого движения задницей! Пошевелился ещё, нужно же убедиться в своей догадке… и кончил снова… с болью пронзившую, то ли плечо, то ли шею…       — Ты, что делаешь, изверг?! — ору и тяну руку к больному месту.       — Тише, тише, радость моя. — обдал теплом своего дыхания мой затылок, Саша. — Я тебя пометил, чтобы от тебя пахло мной. — и стал лизать место укуса.       — Да, ёлы-палы…! Я буду либо сожран, либо помру от оргазма! — возмущаюсь, а этот снова ржёт. А я снова кончаю! — Да, не шевелись ты, твою мать! А-а-а…!       — Всё, всё… уже узел спадает…       — Какой, на хуй, узел ещё?! Ты чего там завязывал?! — соскализываю с хера, разворачиваюсь, ищу в постели этот пресловутый узел и не нахожу. Даже текущая из меня сперма не возмутила, любопытство пересилило. — Где? — спрашиваю.       — Что?       — Узел, говорю, где? Ну!       — Вот неугомонный… Нет, чтобы спокойно полежать, понежиться…       — Ну!       — Вот здесь, — Саша откинул одеяло и взял свой член за головку, — после оргазма набухает и увеличивается в размере. Это для того, чтобы запереть мою сперму в тебе.       — И намного увеличивается сливочка? — интересуюсь вылупив зенки на головку Сашкиного члена.       — Ну, где-то размером с мандарин…       — Ох, нихуя себе, сливища… — вытаращил я глаза, представив себе такую картинку. Потом почувствовал, как из меня потекло, подхватился и с возгласом «я в ванну», сиганул с кровати.

***

      — Вот же ж… Запирает он… Замо́к, бля, амбарный… — бурчал я намывая свой зад. — Да-а, всё чудесатей и чудесатей… То кусают, то лижут… и хер этот с головкой размером с мандарин… А ещё он сказал: Любовь моя! Да, любовь, чёрт возьми! А хрени́ще у него, твоюмать, не иначе, волшебный! — сделал я умозаключения и моя рожа расплылась в глупой, но счастливой улыбке.