Доверься мне.

После этого сна, девушке не спалось, а парень все не как не мог переварить, за что Люмин на него накричала. Находясь в разных комнатах они проклинали друг друга. Люмин боялась, что Сказитель вновь придет к ней и каждый раз он все ближе к своей цели. Девушка даже подумала, что он может быть суккубом и лично ей не известно сколько она еще сможет держать себя в руках и не позволять Сказителю углубляться хотя бы в ее сознание, раз он делает это в поцелуях. Парень же проклинал Люмин, потому что девушка слишком странная. Она спасает его и не один раз, насмехается, но они все равно должны научиться сосуществовать вместе. Ее поведение раздражало его, она слишком хорошо относиться к другим, даже к Одиннадцатому лучше, хоть он и обманул ее. Предвестник, который не разу не соврал ей — Сказитель, но это не делает его святым. Он пробовал убить ее, в последний раз у него почти получилось сделать это. Шрамы проходят, но на это нужно время, а для девушки быть привлекательной, тоже важно, хоть она и воин, но это не избавляет ее он человеческих нужд любви. Любое изменение в внешности будет сильно давить на нее, а тут почти все ее тело в изъянах. Делает ли его особенным отношение Путешественницы? Нет. Она не выделяет людей, на некоторых ей попросту все равно, но что-то в нем все же есть. Красота? Безусловная. Эи с Яэ Мико наверное постарались над созданием такого миловидного парня. Делает ли Путешественницу особенной в его глазах ее подвиги? Нет, ему нет дела, но вот сама она, без всяких масок доброты. Вот это уже интересует его. Может она не такая святая, какой хочет казаться? Сама Люмин, кто она? , что она? , откуда она? , какая она? — это уже интересует и вот это уже делает ее особенной. Но пока он пересекался с ней, говорил с ней, единственное, что он понял, что она не настоящая. Почему людям все равно на это? Их героиня страдает, а им все равно, тогда кто же ее утешит? Люмин вертелась на своей постели, не как не могла уснуть. Тогда на светлую голову девушки пришло зелье, что Тигнари давал ей на такой случай. Если боль будет сильной, даже после лекарств, то снотворное, было бы неплохо принять. Она встала и тихо открыла дверь. В доме все спали, как она думала, поэтому старалась меньше шуметь. В коридоре на обратной стороне стоял Странник и смотрел на небо через окно. Сам его вид: немного сонный, задумчивый и такой нежный, что девушка не смогла пройти мимо него. Может ему тоже не спиться? Люмин шумно выдохнула и начала идти к нему. На звуки шагов он не повернулся, но Люмин все же видела одну сторону его лица. — Почему ты не спишь? — Парень повернулся к ней лицом. Не единой эмоции, а в глазах отражаться лишь звезды и луна. — У меня к тебе такой же вопрос. Что не можешь уснуть, когда я рядом? — он хитро ухмыльнулся, — Если ты не забыла мне не нужен не сон, не еда. Я и без этого себя нормально чувствую. Но вред ли ты забыла, если помнишь такие мелочи, как-то, что я писал раньше хокку. — Люмин томно вздохнула и повернулась к нему боком. Она не удивлена его поведением, но сил спорить не было, а завтра важный день, перед которым лучше поспать. — Спать иногда полезно, у меня есть снотворное. — Парень улыбнулся и наклонил голову в бок, что со стороны Люмин выглядело немного мило, а если бы ему язык оторвали, то цены бы не было. — Это же яд, да? — Лицо Люмин совсем немного перекосило. Если бы она хотела убить его, то вонзила меч в спину еще давно. — Ладно, как хочешь. Мне же больше достанется. — Девушка развернулась и направилась в кухню. Доставши баночку с зельем, она внимательно прочитала инструкцию. Девушка выпила половину всей дозы, как Тигнари ей и сказал. Если боль сильная, то пить все, а если терпимо, то половину. В сон поклонило сразу, как она поставила баночку на стол. Она подумала, что не кто не будет пить ее лекарства. Паймон не когда не пила, а Страннику не нужно это, поэтому она не убрала баночку из-за отсутствия сил. Она спокойно поднялась на второй этаж, обессиленная и сонная, парня уже не было у окна, видимо он ушел после встречи с ней в комнату. Зайдя в свою комнату, она сразу завалилась на кровать и быстро заснула. Сны ей больше в этот день не снились. Пение птиц. Вокруг деревья сакуры и цветы. Корзинка с тортом и розами из Сумеру стоит в левой стороне от нее. Запах цветущей сакуры, небо без единой тучки. Рядом сидит Странник и что-то рассказывает девушке, но только потом она понимает о чем идет речь, что он говорит, что сегодня у него день рожденья. Неужели сейчас третье января? Мими них про порхали две бабочки желтая и голубая. Парень выглядел спокойным, не как обычно, слишком умелитель. Сама Люмин чувствовала эту теплую атмосферу. Атмосферу уюта. Лепестки сакуры медленно кружатся в воздухе и падают на землю, где сейчас сидит Люмин и Странник. Люмин было стыдно, она без подарка, а это грубый тон. В голову ей приходит, что он может просто сам загадать у нее желание. Она все же звезда с небес и попробует выполнить одно желание человека. Она знает, что при падении звезда может выполнить одно желание из всех, что загадают у нее, но все же доверяет ему это единственное желание. Пусть парень с такой грустной историей почувствует себя лучше, почувствует себя особенным, хотя бы на его день рождения. Парень усомнился, что ему можно загадать все, что он хочет, но Люмин постаралась его уверить, что если это в ее возможностях, то она попробует исполнить эту мечту. Он взволновано положил руку ей на щеку и именно тогда она поняла, что он имеет ввиду. Но это не так уж ужасно по сравнению, что он мог попросить. Он не просит у нее власти, не просит убивать ради него, тогда это не так уж и плачевно. И если бы Люмин умела контролировать себя во сне, осознавать себя, она бы еще подумала, но вот Люмин с сна, она слишком страстная. Именно у этой версии Люмин вместо крови в венах огонь, а вместо мозга — сердце. Она без единой капли стеснения касается своими губами его, закрыв перед этим глаза и положив на его щеку руку. Когда они поменялись местами? Раньше всегда Сказитель начинал их игру, но теперь начала Люмин и не с Сказителем, а Странником. Технически он все еще тот, кем был, может чуть добрее. Парень медленно привыкая к новым чувствам медленно закрыл свои глаза. Между их губами будто создалось трение, каждый придавал поцелую новый оборот и парень захотел углубить их поцелуй языком Люмин резко проснулась. Почему ей каждый раз снится такое? Этот каталист решил заколдовать ее своим ветерком? Люмин встала, но не смогла понять почему она лежит в комнате Странника. Его тут нету, только она. И какие-то странные чувства. Люмин встала с кровати, на тумбочке она увидела свою старую фотографию, которую потеряла. Она спокойно лежала себе в его комнате и видимо эту фотографию она обратно не получит. Это она в Татарсуне. Наверное ему было интересно посмотреть на Татарсуну вновь. Люмин подошла к двери и открала ее, но когда она посмотрела на свою руку, то была близка, чтобы закричать на всю обитель. Это не ее рука, это рука Странника. Почему она — это он? Она быстро побежала в свою комнату. И конечно, она увидела себя со стороны, девушка или уже не совсем, подошла к зеркалу. Там она точно убедилась, что она — это Странник. Она ущипнула себя, чтобы проснуться, но проснуться не получалось. И понятно стало только то, что это реальность. Она подошла к кровати и начала будить Странника в ее теле. Видимо он не менее удивился увидев себя перед собой. — Что ты наделал? Почему я проснулась в твоей комнате, в твоем теле. Что ты сделал, отвечай? — Парень расслабленно сел на кровать. Он потянул руки вверх и зевнул. — Единственное, что сделал я — это выпил то, что было в той банке, что стояла на кухне. Это разве не снотворное? И я подумал, что ты оставила ту часть мне. — Люмин нервно села на кровать и взялась на голову. — Это было снотворное, но почему. У меня сегодня утром важная встреча, что теперь делать? — Ну я побуду тобой, всего лишь. Это же не свидание? Я не смогу с твоим парнем. — Да, свидание. Это небольшая помощь академии. Ты же не умеешь себя нормально вести. Точно, я знаю. Перед этим пойдем к Тигнари. Он даст что-то, что поможет. — Парень пожал плечами. Люмин решила все же пойти в комнату парня, но когда она подошла к двери, ее остановили. Когда она повернулась, чуть не засмеялась, видеть себя такой испуганной, так смешно. — Ты ведь ничего не будет трогать? Дай я уберу кое-что, что ты не должна видеть. — Парень вышел с комнаты первый. — Ты про мою фотографию? Наверное скучаешь по Татарсуне, но где ты ее достал. Я потеряла эту фотографию, она от Ксавье, я помогала ему там, а в конце пришлось полностью зачистить то место. — Парень остановился в коридоре. Глаз начал дергаться, но Люмин не увидела этого, потому что стояла спиной к нему. Он медленно пошел в комнату, так и не ответив, и увидел, что фотография лежит не на тумбочке, а на кровати. Закрыв глаза он мысленно отругал себя за то, что бросил фотографию просто так. Она могла найти фотографию, даже если бы зашла к нему в комнату. Почему то стало не по себе от мысли, что Люмин может предположить зачем ему ее фотография. Он прислонил фотографию к груди с закрытыми глазами. Когда до него дошло осознание, что у него теперь есть женская грудь, то это заставила его взорваться. Он весь покраснел и убрал фотографию, но зато он знает чем будет заниматься далее. Самоизучение полезно, он может изучать ее дневник, хоть это и неправильно. Он так сильно хочет узнать ее настоящую, что попробует сделать все возможное. Но вот зачем ему это? Он сможет изучить тело Люмин, как бы странно это не звучало, но ему интересно последствия после его рук. Его осенила одна ужасная мысль, которая заставила его улыбнуться. Он спрятал фотографию и побежал обратно в комнату, и это поведение было странным, но девушке не привыкать терпеть его странное поведение. Она вернулась в комнату и единственное, что поменялось — это расположение фотографии, она не видела ее. Наверное у него есть причины не отдавать фотографию. Люмин легла обратно, в надеждах, что завтра она будет в своем теле. Но надежды не оправдались, она все еще в теле парня. Было странно умываться и видеть не себя, а Странника. Она могла потрогать его лицо, поиграть с челкой, но само тело она не трогала, ей бы было стыдно потом видеть его. Да и более детализированы снов с ним не особо хотелось. Было трудно притворяться парнем, поэтому в присутствии Паймон, Люмин молчала. А вот Странник не в чем себе не отказывал. Пел песни, шутил, а когда время пришло выходить к Тигнари он надел свою одежду, та что Странника и смеялся с отражения. Люмин в теле Странника и Паймон смотрели на него, как на поехавшего. Паймон предположила, что Люсин пере общалась с Сайно. Ему было в удовольствие жить Люмин. Он мог сказать всем, что хотел и ему бы ничего не сказали, потому что он героиня, сильная, красивая девушка. Но Люмин все же заставила Странника переодеть себя в ее обычную одежду. И именно тогда он включил режим шутника, он одел кимоно, что было подарено Аякой Камисато. Тогда терпение Люмин вышло на предел и пришлось переодевать свое тело самостоятельно. Паймон попросила Странника купить ей побольше еды на сегодня, потому что знала, что будет весело наблюдать за ними. — Ты же знаешь, как это выглядит? — Люмин недовольно посмотрела на него. Тело Странника переодевало тело Люмин и ему стало интересно с какого именно ракурса он запомнит это. — Нечего было выводить меня, мои нервы не железные, а я опаздывать не хочу. Одевши себя она с Странником телепортировались в Гандхарв. Найти Тигнари было не трудно, а вот объяснить, что происходит было немного сложнее. По объяснению Тигнари эффект выветрится сам и лучше зелье не разделять на двоих. Люмин грустно вышла и направилась в академию. Теперь осталось только ждать пока время зелья пройдет и все вернется на место. Хотя можно было признать, что были преимущества у тела Странника и она вовсе не хотела есть, и спать. У Академии для Люмин было задание справиться с Фатуями, так как они начали подходить к городу все ближе и ближе. Ему дали карту, где находиться лагеря Фатуи. Странник всеми силами играл Люмин, но пару манер все же были не для такой девушки, как Люмин, никто так и не задал вопрос. Теперь осталось самое сложное — Фатуи. Люмин не знала, как управлять силой Странника, а он, как она активизирует стихии и меняет их. Если Странник мог использовать физическую силу, то Люмин не могла в теле каталиста использовать физическую силу. Если бы это было завтра, то не вызвало бы столько проблем, им придется учиться сражаться с нуля. Странник пытался научить Люмин пользоваться анемо клинки. Он брал ее руки в свои и показывал, какие движения нужно делать. А Люмин учила его ставить конструкции и использовать анемо взрыв стихии, она даже не пробовала научить его дендро или электро, хотя реакция была бы хорошей. Всего на карте было 3 точки, которые сейчас не безопасны, с остальными можно было справиться потом, после возращения тела. На первой точке не было не кого, поэтому они отправились дальше. А вот там уже было немного застрельщиков, поэтому выглядело это легко. Но Люмин так и не научилась использовать анемо клинки и заклятиям, поэтому в этот раз у нее была роль Паймон. Перед тем, как ее тело шло на сражение с Фатуями, она сама должна была залезть на дерево. А почему? Странник слишком переживает за свое тело? Или за Люмин? Странник пошел вперед и приложил уйму сил и здоровья Люмин, чтобы справиться с ними. На плече были ожоги и несколько раз по нему ударил молот электро застрельщика, но в целом он справился с первой точкой из двух, осталась одна, но парень в теле Люмин выглядел таким уставшим, что перед базой номер 3 Люмин накормила его едой, чтобы он случайно не убил ее. Снова ей приходиться лезть на дерево, чтобы обозревать битву. Она немного волновалась, потому что парень еще не до конца восстановился, да и застрельщиков здесь больше. Странник снова пошел в бой, но из-за своей неосторожности подверг тело девушки опасности. Девушка быстро слезла с дерева и пыталась активировать Ханэга, но вот снова не вышло. Тогда она подбежала к своему телу и попыталась выпустить анемо клинки. И Слава Архонтам, у нее получилось. Она начала выпускать клинки, что намного ускорило их работу. Теперь, когда он в безопасности, она снова подходит к нему и подает свою руку. Впервые она искренне улыбнулась ему. Это было, так красиво, хоть это было и его тело, он знает, если бы она улыбнулась ему так в своем теле — это бы точно растопило ему сердце. — Я наконец-то научилась выпускать эти клинки. Теперь не придется по деревьям лазить. — Девушка радостно прыгнула и покрутилась на месте. — Если бы я не успела, ты бы так и умер в моем теле. А теперь идем к Тигнари, он даст лекарства для ран. Ты то вернешься в свое невредимое тело, а мне в тело с болячками. Вставай. — Парень сидел и смотрел на то, как быстро меняются эмоции. Ее настоящие эмоции. Придя в обитель после того, как Тигнари дал им лекарства, Люмин начала протирать свое тело, что смутило парня, потому что он чувствовал ее нежные прикосновения на себе. Когда он стал неженкой? Он понятия не имеет. Пришлось научиться ладить с друг другом, чтобы выжить и это было не так уж и плохо. Люмин тепло улыбнулась парню и пошла в свою временную комнату. Она не знала, что замышлял этот хитрый жук, но проснулась она уже в своем теле. Руки были в странных красных пятнах и Люмин подумала, что это аллергия на лекарства. Но кто знает, что это? Конечно Странник.

В моменте, ночью я страдаю. Обезнадежившись в себе, кровью обливаюсь. Чувства свои я презираю. Холодной сталью прохожусь по телу своему. Но, как же вы милы мне стали. Слезы больше не спасают от горения в нутри. Вы сон сказочный подарили, где я была легка, незрима. Где проблем и вовсе нет. Где одиночества и не существует. Где смех и радость вместо слез, и горя. В конце я понимаю, что не правда это, но как же хорошо мне было на душе. А после пробуждения я в маске. Улыбка, смех и счастье - все это маска на лице. Я знаю, что вы видите ее. И знаю, что с вами без нее. Как жаль, что вы хотите знать меня, так же, как себя. Ведь себя вы вовсе и не знаете. Как и я. На что же мысли мои способны, к чему ведет меня моя мечта? Но знаете, моей мечты уже и нету. Мне достаточно и вас. Ваша ль душа смотрит на меня ночами? Но нет, мне не трудно спать с вами, когда вы рядом. Уснуть могу я с легкостью в сердцах, но моя любовь не знает сна. Трудами изнуряться, просит сна, покоя. Отдых блаженностью ей пахнет. Но видет только тьму. На утро вновь надевши маску иду к «мечте», от которой по просту устала. И не смыкая утомленных глаз, иду. Мне от вас покоя не найти. И днем, и ночь мы в пути. Я видела, как в глазах ваших мерцают звезды, не одна. Но главная звезда лишь одна и точно уж не я. Устала я идти к мечтам.