Алый Лотос.

Лань Юань и Цзинь Лин совсем не ожидали обнаружить своих старших, зашедших на постоялый двор в компании какой-то девы. Впрочем, наличие самодельной флейты, заткнутой за пояс, указало на их новую знакомую. - А, это ты! - тут же воскликнул Лань Цзинъи, показав на неё пальцем. - А что с лицом? - Цзинъи, - вымораживающим тоном сказал Лань Чжань, заставив его вздрогнуть. - Три круга вокруг гостиницы за неуважение к старшим. - О, как тебя боятся, - хихикнула Вэй Ин, лукаво посмотрев на него. - Я бы в своё время тоже предпочла пробежаться, чем переписывать эту нудятину из Сборника о Благонравии. Удивительно бесполезный талмуд. - Да, тебя ничего не могло исправить, - закатил глаза к потолку Цзян Чэн. - Помню, как на тебя орал учитель Лань за вздорные идеи. - Дядя? - удивился Жулань, посмотрев на него. - Ты знаешь эту деву? - Не здесь, - Усянь глазами показал на любопытно навостривших ушки посетителей. - Слишком людно. - Мгм, - отозвался Ванцзи, уже успевший снять две комнаты наверху и заказать на шестерых еды. - Идём. Пока провинившийся Цзинъи три раза оббегал вокруг гостиницы, остальная часть их компании уже поднялась наверх и расположилась за столом. Расторопные служанки принесли поздний ужин на шестерых, и когда вернулся второй младший Лань, в окна и двери прилетели заглушающие талисманы. - Он промок, - наигранно печальным тоном сообщила девушка, отлепив с ключицы влажную полоску талисмана. С лица словно сдёрнули полупрозрачную вуаль, открывая настоящие черты лица. - Хотя неудивительно, если столько плакать. Эмоциональность у женщин выше, чем у мужчин. - Ну да, талисманы у тебя хорошие получаются, - Ваньинь окинул взглядом её лицо и повернулся к племяннику. - Знакомься, Цзинь Лин, это Вэй Ин, твоя тётя. - Но дядя, ты же сам мне говорил, что Вэй Ин приходится мне дядей! Пусть и не по крови. И мама говорила то же самое. - А-Нян? - одними губами спросил Сычжуй у отца, кивнув в сторону девушки и получив подтверждающий кивок. На душе сразу стало тепло, а на губы так и просилась улыбка. Сянь-гэгэ вернулся, но они поговорят об этом потом, в своём узком кругу, без посторонних. - Ну, был дядя Ин, стал тётя, - хихикнула бывшая старейшина, почесав флейтой затылок. - И вообще, малыш Жулань, будто я выбирал, в каком теле мне ныне обретаться. Мне его добровольно пожертвовали. Я же думал: всё, жизнь кончена, последний родной мне человек, принимавший меня со всеми загонами (это про твою маму, если что), мёртв, пора помирать. Возвращаться не планировал, но меня никто не спросил. И если Цзинъи не будет вопить на каждом углу о возвращении страшного-ужасного старейшины Илин, поживу подольше. - Кстати, твоя флейта в Пристани Лотоса, забери уже, - встрепенулся Саньду Шеншоу, заметив этот знакомый жест. - Заодно и с Вэнь Цин увидишься. - Через недельку, шиди, дай хоть немного привыкнуть к новому себе и устаканить внутренний конфликт между душой и телом. У меня сейчас там такая болтанка, что если я вывалю её на вас, мне-то станет легче, а вот вы заполучите головную боль. Самое смешное, что Мо Сюаньюй наполовину Цзинь, так что с твоим папенькой, А-Лин, мы кровная родня. - Гуаншань? - скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Ханьгуан-цзюнь, практически не сомневаясь в ответе. - Ага, чтоб этого козла похотливого на том свете Яньло-ван как следует побил. Уф, детишки, может, что повеселее обговорим? Как там сфера с душами, кстати? - Удалось вернуть души двоим, из последних жертв ложной богини, - приятно улыбнулся Лань Юань, глядя в тёплые серые глаза. - Остальным помогать уже было поздно. - Тётя Ин, - сделал акцент на первом слове повеселевший Цзинь Лин, - а можешь рассказать что-нибудь интересное? - Например, как мы с твоим дядюшкой впервые удрали на "ночную охоту" совсем мальчишками, а вернулись два болотных чудища? - заговорщицки наклонилась к нему Вэй Ин, но тут чей-то влажный язык лизнул ей руку, заставляя покрыться мурашками. - Фея, назад! - повелительно сказал Цзян Чэн, заметив горестный излом бровей сестрицы и открывающийся для крика рот. - Фу! Собака заскулила и попятилась задом, отступая в угол, её жалобный взгляд был не менее выразительным. - Не понимаю, как можно бояться собак? - ляпнул Лань Цзинъи, но тут же заткнулся под двумя ледяными взглядами. - Не тебя в возрасте семи лет терзала стая голодных бродячих псов, как любимую игрушку, и едва не загрызла, если бы не добрый человек, разогнавший их. Так что нечего так удивляться чужому страху, у всего есть истоки. - П-простите, госпожа Вэй! Этот ученик был неправ и примет наказание! - Всё хорошо, Вэй Ин, - Лань Чжань погладил узкую ладошку прижавшейся к его спине любимой, а затем и вовсе перетащил её к себе на колени. - Прости, тётя, Фея не хотела тебя напугать, - извинился расстроенный Жулань. - Она хотела подружиться. - Да ты-то чего извиняешься? - Усянь отняла одну руку от такого надежного Лань Чжаня и слегка потрепала племянника по щеке. - Цзян Чэн в своё время назвал своих щенков Жасмин, Принцесса и Милашка, как женщин в дорогом борделе. А твой отец вообще во время учёбы в Облачных Глубинах умудрился протащить туда собаку. - И тебя смогли снять с дерева только через два шичэня, - ехидно напомнил Ваньинь, даже не став возмущаться, что сестрица предпочла его защите объятия Ланя. - Так вот, к слову о "ночной охоте" и болотных чудищах. Нам было по двенадцать лет, и мы мнили себя достаточно взрослыми для охоты. Первая нечисть в Юньмэне, с которой имеют дело адепты - речные гули, и мы пошли на них охотиться. Все нормальные люди берут с собой сети, а мне захотелось выпендриться. И я полез в озеро доставать гуля голыми руками. Угваздался в ходе борьбы по самые брови, но достал. Мы же всё время соревновались с Цзян Чэном, так что он не мог ударить в грязь лицом и повторил мою дурость. Возвращаясь домой, перед обитателями предстали два гордых охотника, все в водорослях и боевой раскраске илом. Мадам Юй, как увидела два болотных чудища, схватилась за Цзыдянь. В итоге, я опять стою на коленях в Храме Предков, наказанный, а Цзян Чэн моет полы в резиденции. Зато сходили на охоту! Собравшиеся в комнате люди хохотали, и даже Лани позволили себе весёлые улыбки. - Я тоже могу припомнить забавные случаи твоих косяков, сестрица. Например, как учитель Лань в тебя свитки бросал за идею о четвертом способе. Или как ты увивалась всё обучение вокруг Второго Нефрита, а потом стенала, что тот не приехал, когда ты его приглашала в Пристань Лотоса. - Ты и правда хотела, чтобы я приехал? - спросил Ванцзи, касаясь губами её затылка. - Стала бы приглашать, если бы не хотела? - возмущённо посмотрела на него девушка, повернувшись лицом. - Ну ладно, Чэньцин в Пристани Лотоса, а куда забрали мой Суйбянь? - Он в Башне Кои, - признался Жулань. - Только все почему-то хохочут, когда их спрашиваешь, почему у твоего меча такое имя. - Потому что когда дядя Цзян, твой дедушка, вручил мне меч, он спросил, как я хочу его назвать. Перебрав ни один десяток имён, я так и не смогла определиться и сказала: "Какая разница"*, заранее согласившись с его вариантом имени. Кто же знал, что на ножнах отчеканят: "Суйбянь", закрепляя за мечом такое название? Дядя Цзян подшутил, и теперь по всей Поднебесной не найдется второго такого же меча. Чэн-Чэн, можешь порадовать Цин-цзе, Вэнь Нина не сожгли, а держали в цепях все эти годы. - Ты же говорила, что никакого Призрачного Генерала нет! - возмутился молодой мужчина, посмотрев на неё. - А чего, объявлять при толпе народа, что стояла за тобой, о том, в каком шоке была я при виде старого друга? Знаешь ли, я прекрасно помню, как кое-кто развеивал пепел Вэнь Цин и Вэнь Нина в Безночном городе, утверждая, что следом избавится от остатков клана Вэнь на горе Луаньцзан и старейшины Илин! Чтоб ему в загробном царстве икалось беспрерывно. На столь резонное замечание и сказать было нечего. Очень поздний ужин или слишком ранний завтрак был съеден голодными людьми, и до утра в комнате не смолкали разговоры, а поделиться было чем.